Читаем без скачивания Ответный удар - Илья Рясной

Объект гражданский, охраняется не так хорошо, как должен бы, учитывая его опасность. Куда и как заложить мины, как произвести взрыв - все известно. Специалисты - инженеры и химики - над планом поработали основательно. Все просчитали, все продумали, все последствия вычислили. И Валеев рассчитал акцию на пять баллов. Мусса был доволен. Долгожданный час Большой Мести неверным шакалам настал! И он, Мусса, будет держать в руках карающий меч. Огненный меч ислама!

Мусса еще раз посмотрел в бинокль на высокий забор, окутанный колючей проволокой. На корпуса и шарообразные резервуары. Предприятие построено с учетом требований безопасности. Здесь есть все - несколько степеней защиты технологических процессов, аварийные системы блокировки. Единственно, на что не рассчитано, - что резервуары и корпуса будут взрывать минами. Комбинат не должен рвануть, как рванул химический завод в Индии, когда облако накрыло несколько тысяч человек в Пхопале.

В поле зрения Муссы попали двое охранников с автоматами. Мусса улыбнулся. Жить этим людям осталось недолго.

- Восьмой - выдвинулись на позиции, - зашуршала рация.

- Четвертый - на позиции.

- Третий - на исходном рубеже.

- Шестой - готов.

Перекличка закончена. Все на своих позициях. До начала акции осталось три минуты.

- Пора, - улыбнулся Мусса и издал нервный, с сумасшедшинкой смешок.

Он раскрыл "дипломат", который тащил с собой. Внутри был прибор спутниковой связи. Мусса набрал на нем код. Замигала зеленая лампочка. Между чемоданчиком и спутником протянулась невидимая радионить.

Мусса отстучал на клавиатуре кодовое послание, означавшее, что группа вышла на исходный рубеж. На слабо светящемся экране появились слова, означавшие окончательное подтверждение о начале акции.

- Согласие есть, - сказал Мусса. - Начинаем.

- Начинаем, - кивнул Валеев и потянулся к рации.

* * *

Гудят на Руси все одинаково - вне зависимости от богатства и должностей и вне зависимости от того, где происходит действо - в коммунальной ли квартире или в президентских апартаментах. И гудеть на Руси любят тоже все (или почти все), и не имеет значения, кто ты - слесарь-сантехник, премьер-министр или академик. Президент относился к тому большинству русских людей, которые гуляют от души. Вовсю. Поговаривают, что со своим товарищем по подобным забавам, бывшим министром обороны, обожал он в Завидово, попарившись от души в баньке и приняв хорошенько на грудь, кататься на вертолете и кричать:

- Поднимите меня!.. Опустите меня!

Какой русский не любит быстрой езды и высокого полета?

Во время знаменитого речного круиза за борт из развеселой русской удали и смеха ради холопы выбросили искупаться в матушку Волгу президентского пресс-секретаря, после чего у последнего на лице еще больше стало философско-интеллигентского уныния, он превратился в эдакого грустного Пьеро и укатил послом в Ватикан писать мемуары, печатным словом распространять свои воззрения на свою судьбу, а также на судьбы России и всего мира. Впрочем, мемуарная лихорадка одолела не его одного - с каждым месяцем она трясла все больше и больше политиков, и чем хуже у них шли дела, тем больше появлялось подобных трудов.

Торжество в честь дня рождения Величества шло вовсю. По мере того, как лилось вино, звучали тосты, пел хор льстецов, хмурое лицо Президента разглаживалось.

"Гарант Конституции... Первопроходец... Петр Первый двадцатого века"... Соревнование в эпитетах грозило зайти далеко. Оно прерывалось аплодисментами. И к Президенту возвращалось доброе расположение духа.

Рядом с главой государства по обе стороны сидели премьер-министр, глава администрации, министры обороны, внутренних дел и другие высшие чиновники. Где-то сзади маячили на подхвате два адъютанта Президента - полковники из СБП. Два телохранителя находились недалеко от объекта защиты. Они засекали каждое подозрительное движение и в любую секунду готовы были рвануться вперед, нейтрализовать любую угрозу, если надо, своим телом прикрыть главное тело страны - такова их судьба, их натаскивали на то, чтобы рефлекторно ценой своей жизни защитить объект. Хороший охранник не теряет контроля над ситуацией ни на секунду. Его не утомляет безделие и скука - у обычных людей монотонность выполняемого задания притупляет реакции, но специалисты СБП вышли из школы девятки - одной из лучших специальных служб мира. Охранники рассредоточились по дому.

Стол был, как обычно, на высшем уровне. Из кухни постоянно выруливали официанты с новыми блюдами. Наконец - сюрприз вечера - огромный целиком запеченный осетр в окружении зелени и помидорчиков. Блюдо поставили перед виновником торжества. Президенту преподнесли нож для рыбы, предоставив почетную возможность первым вонзить его.

- У-у, - покачал головой Президент и привстал, нацелившись куда-то в бок осетра. Крякнув, он погрузил нож, заслужив бурные аплодисменты и приветственные крики.

Полковник Сапрыкин, стоявший у покрытой толстым ковром лестницы и с тоской смотрящий вниз, бросил взор на часы. Сунул руку в карман. Удовлетворенно улыбнулся. Вот так и делается история. Одним нажатием пальца. Нужно только знать, в какой момент, где и на что нажать. Сапрыкин знал, куда нажимать. Его палец погладил кнопку на плоском пульте взрывателя. Вырвется из коробочки радиолуч, коснется радиовзрывателя, электрический разряд пронзит взрывчатое вещество. Большое фарфоровое блюдо, на котором поднесли осетра, является ничем иным, как взрывным устройством, сработанным в одной из лучших лабораторий мира. Взрывная волна сметет главу государства, пройдется по первым лицам, нафарширует их осколками. Вряд ли кто выживет. Государство останется без верхушки. Но освободившийся вакуум заполнится быстро.

Сапрыкина пробрала холодная дрожь. Но сомнений не было. Он знал, что сделает это. Но не каждый день приходится менять историю. Он невольно зажмурил глаза. И нажал на кнопку...

Удар сапога впечатал одного чеченца в землю. Другой, потянувшийся к автомату, получил по пуле в плечо и ногу. В кузове "Урала" террориста отключили ударом ствола автомата под дых. Другому выбили зубы кулаком. Один подручный Муссы пытался дотянуться до гранаты, и ему раздробили ударом ботинка челюсть.

В течение нескольких секунд вся команда Муссы была повязана и упакована так крепко и надежно, как учат в спецназе вязать захваченных у противника языков. Подразделение майора Жарова, подставленное Муссе вместо обещанных боевиков, а так же двое помощников Валеева справились с порученным заданием играючи.

Муссу скрутили, ему крепко связали за спиной руки, приподняли его и прислонили спиной к березе. В лицо ударил луч фонарика.

- Говорит Первый, - произнес Валеев в рацию. - Докладывайте.

- Четвертый - взяли.

Мусса закрыл портфель. Сейчас он выполнит свою часть боевой задачи. О характере действий других он ничего не знал но был уверен, что будет нечто грандиозное, и это заставит забыть о России как о суверенном государстве надолго, если не навсегда.

- Говорит Первый, - произнес Валеев в микрофон рации. - Готовность номер один...

Он посмотрел на Муссу. Тот кивнул.

Сейчас группы выйдут на позиции броска. После подтверждения приказа начнется проникновение на объект. Боевики снимут охрану. "Урал" въедет в гостеприимно распахнутые ворота. Дальше - несколько минут на то, чтобы разместить мины и тротиловые упаковки - в кузове этого добра достаточно, покинуть территорию завода и активизировать взрыватели. И тогда все взлетит на воздух. И химическое облако взовьется над развалинами комбината. А боевиков будет ждать "Урал" со средствами химзащиты. Через пятнадцать километров они сядут в поджидающие легковушки. А власти ничего не успеют предпринять. Некоторое время они будут в шоке. А потом поймут, что уже поздно. Кроме того, у властей появится много других забот - не менее важных.

- Пошли, - сказал Мусса, поправил автомат для бесшумной стрельбы и, согнувшись, скользнул вперед, обогнав Атлета.

Яркие звезды. Много звезд. Они брызнули из глаз Муссы. Потом - космическая чернота. А затем он почувствовал что-то мокрое на лице. Не сразу понял, что его сбили ударом в спину на землю, а потом еще приложили так, что он отключился на несколько секунд. И теперь лежит, уткнувшись лицом в мокрую траву.

- Ай, шакал, - прошипел Мусса, сообразивший, что его снял Валеев.

Он скосил глаза и заметил рядом с собой черную массу. Понял, что это тело его напарника-чеченца.

* * *

- Напрасно стараешься, - послышался сзади Сапрыкина голос. Знакомый голос.

Полковник резко обернулся. И увидел начальника СБП и вместе с ним трех здоровяков. И понял, что влип.

- Не жми на кнопку. Не взорвется, - посоветовал один из них.

"Все, проиграл", - с каким-то равнодушием подумал Сапрыкин. Он представил, как прыгает вперед, бьет генерала кулаком в горло. Уходит в сторону и снова бьет, но уже каблуком одну из "горилл". Одновременно выдергивает пистолет. Потом... Потом будет потом.