проснулось моё любопытство.
— Мы служили вместе. Марк сам пошёл, а меня дед заставил.
— Ничего себе, — присвистываю я.
Разговор немного отвлекает от трясучки. Как только Макс тормозит у нужного дома, я пулей вылетаю из машины, но меня за капюшон цепляет Волков.
— Да стой ты. Тебе же сказали ждать.
Психую и хожу из стороны в сторону добрых семь минут, пока не замечаю машину Марка.
Словецкий подходит, быстро целует меня, жмёт руку Максу.
— Спасибо, что не отпустил.
— Сумасшедшая же.
— Давайте потом меня обсудите. Надо чтобы он дверь как-то открыл.
— Сейчас всё будет.
С нами идёт Артём. Макс прикидывается возмущённым соседом, обещающим снести тыкву, если этот урод сейчас же не вырубит музыку. А что ещё нужно? Борис тут же открывает дверь, после чего Макс пинком толкает его в квартиру, выбивая из рук табельное оружие.
— Вы кто такие? А-а, подружка-шлюха привела? — зря он это, тут уже у Марка срывает предохранитель.
Мне же плевать, как он меня называет, я бегу за Викой и Тёмой.
— Вик, открой, это я, — стучу в закрытую дверь. Подруга аккуратно и открывает, а я от шока молчу пару секунд. Губа и нос разбиты, на скуле ссадина, шея фиолетово-багрового цвета. Даже не представляю, что под одеждой.
— Дана, — бросается мне на шею подруга.
— Всё хорошо, тихо. Я не одна, он ничего тебе не сделает. Тёмочка, собери свои самые любимые вещи и игрушки, хорошо? Сегодня будешь у меня с мамой ночевать.
— Холосо, — серьёзно нахмурив брови, соглашается малыш.
— И ты собери все необходимые вещи.
— У него наши документы, — утирая слёзы, говорит подруга.
— Сейчас всё будет, — крепко обнимая, отправляю их собираться.
— Документы где? — выходя в зал, спрашиваю у этого морального урода.
— Вы все за это ответите, — сплёвывает Борис. — И вы, шалавы, и хахали ваши.
Макс оставляет отпечаток своего кулака, ещё раз вежливо уточняя, где документы.
— В кабинете. Ключ в вазе, документы в сейфе. Они вам все равно не помогут. Я найду эту тварь, я её закопаю.
— Себе лучше яму выкопай, урод, — рычит Марк.
Артём спокойно стоит на стрёме, но в кабинет идёт со мной на всякий случай. Я нахожу документы и открытый ноутбук, в котором вижу переписку, в которой Борис обсуждал отмывание денег. Быстро скриню и распечатываю. Пусть будет. На всякий случай.
— Что? — спрашиваю у ухмыляющегося Артёма.
— Умница.
Возвращаюсь к Вике и Артёму. Помогаю им собирать вещи, складываю всё, что вижу.
— А ты с кем?
— Ну, один мой работодатель, другой — мой мужчина, а третий — начальник его охраны, — смеюсь. — Я тебе всё потом расскажу. Но бояться нечего.
Одеваю Артёмку в куртку, недеваю его маленький рюкзачок и беру на руки. Вика берёт две большие сумки. Я выношу Артёмку спиной, чтобы он не видел происходящего.
— Я найду тебя, тварь, и убью, — но следует удар, а дальше я не слышу, потому что выхожу на улицу. Вика идёт следом. Через пару минут выходят и парни.
— Это Вика — моя подруга. Артёмка — её сын. Марк — мой мужчина. Макс — мой работодатель и наш друг, Артём — начальник охраны, — как есть, так и говорю я, следуя к машине.
Максим забирает вещи у Вики, а Марк открывает машину.
— Ух ты! Какая машина, — радостно говорит малыш. — Мы на ней поедем?
— Да, Тёмочка. Вик, садись, — открываю ей заднюю дверь. — Марк, давай ко мне.
— Ребятки, я больше не нужен? — спрашивает Максим.
— Да нет, — пожимает плечами Марк. — Ты решишь?
— Ну конечно, — с важным видом сообщает Волков.
Жмёт руку Марку, слегка прижимает меня, на что я слышу рык Словецкого и с невозмутимым видом уезжает.
— Нет, я точно его убью когда-нибудь.
— Успокойся, — чмокаю в щёку, прыгая на заднее сиденье и усаживаю малого на колени. Он кладёт головку мне на грудь, кажется, засыпая.
Как можно быть таким моральным уродом и кошмарить свою семью? Но правильно говорят. На самого сильного найдётся ещё сильнее.
— Стоит говорить, что больше вы к нему не вернётесь?
— Дана, ты же знаешь, он найдёт нас.
— Он больше никого не найдёт, Виктория, — спокойно говорит Артём. Он вообще как-то очень серьёзен и очень внимательно наблюдал за подругой.
— Вик, не переживай. Я тут обзавелась крутыми связями, — смеюсь я. — Всё будет хорошо.
— Где он работает и какое звание? — обращается Артём к Вике, и та отвечает.
— У него там в ноутбуке какие-то странные схемы. Я распечатала, нужно будет отдать Максу, — вручаю бумаги Артёму, больше говорят об этом для Марка.
— Дана, он знает, где ты живёшь? — низко спрашивает Марк.
— Да.
Спустя двадцать минут Марк тормозит у моего дома. Вика более-менее успокаивается лишь в квартире, а я уложив и раздев мелкого, включаю чайник. Пока он закипает, я достаю аптечку, начиная обрабатывать синяки и ссадины на Вике.
— Как рёбра поживают?
Вика приподнимает кофту, где всё такого же цвета, как и шея.
— Вот сука, — поражённо говорит Марк. Думаю, ему такое и в голову никогда не приходило. Он из-за синяков после бурной ночи всегда выглядит дико виноватым, выцеловывая их потом. — Завтра к врачу нужно съездить, заодно побои снять. Артём, оставь здесь парней.
— Есть, — что с Ермиловым? Что это он такой сосредоточенный.
Наливаю нам с Викой травяной чай, а парням кофе. Артём вскоре прощается и уходит, а Вика идёт в душ. Марк притягивает меня, стоя у столешницы.
— Я с ними останусь.
— Я уже понял, — упирается подбородком мне в макушку, крепко прижимая к себе. — Завтра заеду за тобой. Мне так тебя мало.
Марк говорит это так проникновенно, при этом ещё крепче сжимает в своих руках. Мне тоже катастрофически его не хватает. Мы видимся то час утром, пару вечером, да на выходных, если повезёт.
