медленно двинулся вперёд. Мрак не давал рассмотреть деталей, но чудище не реагировало на меня. Когда до него оставалось метров пять, я решился на атаку, но замер, услышав голос у себя в голове:
— Не трать силы зря, человек, я уже почти умерла. И не буду тебе противиться. Точнее… В общем, слушай. Ты потомок Росомахи, и слышишь меня, я знаю. У меня выжил всего один щенок, она спит за мной. Если мы с тобой договоримся…
Тварь замолчала. А то, что со мной разговаривала именно она, я не сомневался. Рядом больше никого не было. Я опустил меч, призывая к продолжению, но зверь молчал. Наконец, самка набралась сил продолжить.
— Мой ребёнок, моя дочь. Последняя из рода, как и ты. Прими её под свою защиту! Поверь, твой покровитель будет рад подобному решению. Если ты согласишься оберегать её, я щедро одарю тебя. Иначе мы сойдёмся в битве, где не будет победителя. Ты слабее меня. Но и дочь моя сама не выживет, мне остались пара часов жизни. Думай!
— Что с тобой случилось? — я не придумал вопроса лучше, я был ошарашен.
— Битва со мной случилась, — явно усмехнулась говорящая. — Это был достойный бой. Я убила трёх мощнейших воинов, ещё девять подрала. Шансы выжить у них крохотные. Но, они убили моих детей. Двоих. Алиса успела спрятаться. Она — последнее, что у меня осталось. Принимай решение, человек, потомок Росомахи!
А я вдруг вспомнил совсем другую Алису. Девушку, молодую и красивую, что забросили к нам на последнем сроке беременности. И вспомнил, как она билась с людьми, которые попытались забрать у неё новорождённого сына. Истекая кровью, она бросалась на заведомо большие силы. И проиграла, само собой. Но, её я запомнил точно навсегда. Сколько же крови за свою жизнь я видел… Впрочем, от меня ждали ответа!
— Я спасу твою дочь, сестра! — убрав оружие, ответил я. — Я достоверно знаю, что значит лишиться ребёнка. И не потому, что, как ты говоришь, мы одной крови. А потому что ты мать, а она — невинное дитя. Клянусь Росомахой!
Всё подземелье озарилось светом, и у меня в голове раздался недовольный голос:
— И что ты меня дёргаешь? Я же говорил, что занят минимум на неделю! Ох, ёпт! Да ладно? Ты серьёзно? Здравствуй, сестра. Ты как себя довела до подобного? Андрей, извини, присмотри за щенком, я скоро!
Монстр, лежащий передо мной, замерцал и исчез. А в углу зашевелился и заскулил маленький комочек. Я нежно поднял его на руки. Блин, я даже не знаю, чем они питаются! Понятно, что сейчас молоком, а дальше? И что значит «сестра»?
Мысли обгоняли друг друга, путались, и я устало уселся на камень, поглаживая дрожащий комочек. Крохотный совсем. Тот попискивал, не пытаясь заорать или укусить. А через десяток секунд просто уснул у меня в ладони. Я аккуратно переложил себе за пазуху.
— Да, стоит отлучиться на пару дней, — ворчливый голос опять возник у меня в мозгах. — Наворотили дел, а мне разгребай. Впрочем, не впервой. Но я не об этом! Андрей! Ты должен заботиться о щенке, как о собственном ребёнке. Он должен выжить любой ценой. Сразу скажу, пока он маленький и ничего не соображает, тебе придётся его прятать. Люди злые, а это слишком лакомая добыча для многих. Алхимики мать родную за него продадут.
Он помолчал, как будто раздумывая, но, решился.
— Я покажу, где умерли её брат и сестра. Похорони их. Только от парня клочок шерсти возьми. Небольшой. Он тебе понадобится в будущем. Я так понял, тебе когти понравились? Сам я тебе их больше не дам, но ты их сможешь сделать алхимически. Точнее, там сплав алхимии, артефакторики и магии будет. Но, ты справишься. И это главный ингредиент. Понял? Напоминать о том, что это тайна рода, надеюсь, не нужно?
— Её мать жива? — игнорируя вопрос, уточнил я.
— Даже мне это неведомо, — невесело вздохнул Росс. — Я отправил её в… впрочем, это не та информация, которая нужна смертному. Считай, что шансы есть. Хоть и не особо большие. Ладно, бывай! Похорони малышей с почестями! Я на тебя рассчитываю.
Свечение на грани видимости показывало, куда идти. Путь оказался недолгим. Через пять минут я стоят над двумя крохотными трупиками. Надеюсь, Росомаха даст им достойное перерождение, дети не должны гибнуть! Даже дети монстров. Они не виноваты, что монстры, в конце концов!
Я сгрёб тельца в охапку и заозирался. Выдолбить в камне яму мне было нечем. Сжечь? Ничего горючего у меня тоже не было. Но обещание похоронить деток достойно я давал от чистого сердца. Я и сам этого хотел.
Я проверил маленького зверя, что выжил. Он уютно уместился сбоку от живота над поясом и тихо посапывал. Посмотрев, куда ведут слои мрамора, я направился на выход. В конце концов, можно сделать эту работу и на лице, хотя что-то и противилось подобному решению. Особенно вспоминая, что за «эту добычу» алхимики продадут себя в рабство.
Пол повышался, скоро должен был показаться выход. И тут я увидел крохотный отнорок на высоте чуть выше глаз. Диаметром примерно в восемь сантиметров. Засунув туда руку, я убедился, что он достаточно глубокий, но не сквозной. Глубина была сантиметров сорок. Просто ямка в стене. Но, для моих целей она была идеальной.
Положив начинающие закостеневать тельца внутрь, я огляделся. Почему-то именно здесь пол был почти чистым. Сходу я нашёл всего пару камней. Пришлось уходить обратно. Через десять минут я набрал нужное количество булыжника, которого впритык хватило завалить эту импровизированную могилку.
А был бы я магом огня, я справился бы с задачей намного быстрее. Да и огненное погребение у многих народов считалось более почётным. Но я не был магом, вообще. До инициации мне ещё почти полгода. Хотя, по слухам, многие рода, особенно княжеские, умели инициировать своих отпрысков досрочно. Как и некоторые академии. Правда, последние делали это весьма неохотно.
Постояв минуту и снова пожелав доброго перерождения, я отправился к выходу и через пять минут оказался в зале с порталами. Зверёныш спал, доверчиво растянувшись у меня вдоль пояса. Почему-то я отчаянно не хотел показывать его ни Алексию, ни команде, потому поспешил к воротам. К счастью, меня никто не окликнул.
Вскоре я поднимался по ступеням своего особняка.
— Господин, вы сегодня рано! — раздался голос моего няня. Или как будет нянька в мужском
