возле каждого наёмника на некоторое время. Она тоже была зла на этих людей и жалости они у неё не вызывали. Кроме того, они торопились, и Алиша не смягчала действие своей магии. Вторгаться в сознание этих людей приходилось грубо, глубоко и резко. Это вызывало у них головную боль, тошноту и головокружение, но такова была необходимость.
Просканировав всех пятерых, Алиша отрицательно покачала головой. Теперь у Гарта оставалась надежда на Нику. Он очень хотел найти и отбить жену. Немедленно. Но пока «немедленно» не получалось.
***
Лена пришла в себя довольно быстро. Она поняла это из того, что до сих пор лежала поперёк седла. Значит, они отъехали ещё недалеко. Об этом же говорили глухие взрывы артефактов. Бой шёл примерно в нескольких километрах от них.
Вдруг её похититель резко остановил коня и прислушался.
– Обвал! – крикнул он товарищу на дарешском. – Давай в грот, иначе засыплет!
Теперь Лена и сама услышала нарастающий гул. Конь, подстёгнутый камчой, изо всех сил рванул наверх, к гроту, который виднелся чуть выше тропы. Кони тоже чувствуют опасность. Боль в груди и рёбрах у Лены усилилась. Она застонала и вскрикнула, уже не сдерживая себя. Но наёмники не обращали на неё внимания.
Мощным рывком конь вынес их, наконец, на небольшую площадку перед гротом. Оба наёмника соскочили с коней. Один снял с коня Лену и, перебросив её через плечо, занёс внутрь грота. Второй завёл лошадей.
Шум камнепада становился всё громче. Некоторые камни пролетали уже над входом в грот.
– В стороне идёт, – на дарешском заметил один. – Нас заденет крылом.
– Как бы это крыло не оказалось смертельным, – пробурчал второй, отходя вглубь грота, где по стене стекал крохотный ручеёк.
Лена, которую наёмники грубо скинули на землю у входа, тоже с тревогой прислушивалась к близкому гулу. Но и ей показалось, что основной камнепад идёт стороной. Она заворочалась и села, но боль сразу дала о себе знать, и Лена вынужденно прислонилась к стене грота.
«Неужели трещина или, не дай бог, перелом?!» испугалась она. Сама Лена лечить магией не умела, только травами, а здесь вряд ли быстро найдёшь нужные. Помощи ждать неоткуда, и возиться с ней здесь никто не будет. Но ошиблась. Наёмники услышали её стон и подошли ближе. Они по-прежнему разговаривали на дарешском, не скрываясь от Лены.
– Интересно, что за бабу мы захватили? На знатную непохожа, одета, как магесса, в брюки и куртку. Но магии в ней – кот наплакал. Может, служанка или компаньонка? Что скажешь?
– Эй, – обратился к ней второй на всеобщем. – Ты кто, красотка?
– Я жена лорда Гартнера Ромера, – ответила Лена, морщась от боли. – И вам лучше быстрее вернуть меня мужу.
Лена полагала, что честным признанием облегчит себе положение. Она видела, как боялись Гарта все вокруг и надеялась, что его имя послужит ей защитой.
– Ты?! Жена Ястреба?! – оба наёмника откровенно издевательски расхохотались.
– Это правда! – возмутилась Лена. – Если вы не отпустите меня, вам не поздоровится.
– Нам и так не поздоровится, мы напали на обоз герцога и захватили добычу. Прижали немного Ястребу хвост. Но насчёт тебя… Я сомневаюсь, оценивающе осмотрел её первый, тот, который вёз её в седле.
– А, может, не врёт? – засомневался второй. Кто их знает, этих герцогов. Хотя, говорят, он падок на сочных женщин. Князь не зря свою Делию ему готовил., – они опять перешли на дарешский. – А если правда, эта пигалица его жена?
– Не верю! – упирался первый. – Тощая, бледная, ни сиськи, ни ж*пы. Руки, посмотри, с мозолями на ладошках, как будто сама варит и стирает. Какая это герцогиня?!
Лена тихонько выдохнула. Ну, да, до недавнего времени ей приходилось и варить, и стирать, и не только на себя. А грудь… какие им сиськи нужны? Пятый что ли? По её мнению, твёрдая двоечка – самое то.
– Не знаю, – всё ещё сомневался второй. – Давай сдадим её хозяину биржи и все дела! Не хочу я везти её в тот охотничий дом. У Ястреба наши пленные, наверняка, уже всё выдали и про дом, и про планы на баб из кареты. Нет, давай сразу во Влахию. Пусть хозяин сам решает.
– Тогда давай полечим её что ли. Может, у неё ушибы или раны? – тот, что вёз Лену, всё пытался ей помочь.
– У меня только один амулет от ран. Сейчас на неё потратим, а если серьёзная рана случится? Если такой добрый, дай ей какую-нибудь тряпку рёбра замотать. Доберёмся до границы – вызовем целителя.
– До границы, говоришь… Там начинаются земли графа Фоули. Он когда-то бежал к нам из королевства. Но тут его не слишком ласково князь принял, не хотел ссориться с королём. Так что земли ему выделил далеко от столицы и на службу не принял. Граф живёт только на свои доходы. У него есть контрабандная тропа, мы часто пользовались его услугами. Но до него ещё добраться надо. Не меньше полудня верхом, а пешком ещё дольше. Она сможет дойти? – он кинул оценивающий взгляд на Лену, но она сделала вид, что не слушает их разговор.
– У нас другого пути нет. Доберёмся!
Из их разговора Лена поняла, что мужчины-дареши служат и живут в Кенире, а, значит, подчиняются законам княжества. Про дарешей Лена знала только то, что они являются соседями паланов. Живут закрыто, чужих к себе не пускают, но их мужчины с удовольствием служат наёмниками в разных странах.
– Значит, нас этим наёмникам заказали, – по-русски прошептала Лена.
– Что ты там бормочешь, пигалица?
– Пить хочу, – ответила Лена на всеобщем.
– Иди к дальней стене, по ней ручей течёт. Я там сейчас лошадей поил, посоветовал её спутник.
Лена молча, превозмогая боль, поднялась на ноги и доковыляла до стены. По ней действительно стекала чистая ледяная вода, накапливалась в небольшой ямке и снова утекала в расщелину. Лена просто припала губами к сбегающей воде и напилась мелкими глотками.
Исподтишка оглядела грот. Наёмники расположились у входа. Ясно, что готовились к ночёвке. Развели из сушняка костерок, но, похоже, еды у них с собой не было. У Лены тем более. Кажется, сбежать ночью не получится. Да и куда бежать в незнакомой местности. Придётся ждать удобного случая и надеяться, что с ней не будут обращаться слишком грубо.
Однако на всякий случай, Лена устроилась в стороне от наёмников, зажав в руке острый камень. Задаром она свою жизнь и честь не отдаст! Всю ночь она просидела в полудрёме, вздрагивая от каждого шороха, но, слава богу, за ночь ничего не случилось.
Утром наёмники молча собрались,
