расфокусированы, когда он уставился на свой стол.
— Тобиас.
Он с трудом сглотнул.
— Что случилось?
— Ничего.
— Поговори со мной.
Между Тобиасом и Хитом, именно с Тобиасом я больше всего потерял связь. Он был занят в колледже и работал после. И у меня не было времени поддерживать связь со своими братьями.
С Хитом это не имело значения. Он исправлял мои недостатки на протяжении многих лет. Не проходило и недели с тех пор, как я уезжал из Монтаны, чтобы он хотя бы раз не написал мне.
Но мы с Тобиасом начали отдаляться друг от друга. Я надеялся наверстать упущенное теперь, когда я дома.
— В последнее время я был дерьмовым старшим братом. Дай мне шанс загладить свою вину.
Краска отхлынула от его лица, когда он отвернулся и тупо уставился в стену.
— Ты помнишь Еву?
— Я никогда не встречал ее, но да. — Ева была девушкой Тобиаса в колледже. Я не был точно уверен, почему они расстались, но, по словам Хита, это на какое-то время сломило его.
Мама всегда любила Еву, и во время одного из ее регулярных телефонных звонков — тех, когда она сплетничала о моих братьях — она сказала мне, как сильно ей хотелось, чтобы они снова были вместе.
— Она приходила на днях утром, — сказал Тобиас. — В Сочельник.
— Хорошо, — протянул я. — Вы снова вместе или что-то в этом роде?
— Нет. — Он потер лицо руками, затем сбросил бомбу. — Она беременна.
— О. — Дерьмо.
— Мы переспали некоторое время назад. Презерватив порвался. Она беременна. И переезжает в Лондон.
Четыре утверждения, произнесенные без интонации. Как будто он понятия не имел, как поступать ни с одним из них. Прежде чем я смог придумать, что сказать, Тобиас покачал головой и взял карандаш со своего стола.
— Давай обсудим, что ты хочешь для своего дома.
— Мы можем сделать это в другой раз.
— Нет, сегодня подойдет. — Он подсунул блокнот под графитовый наконечник и стал ждать.
— Тоб…
— Пять спален? Или ты хотел бы шесть?
Я вздохнул, не желая давить.
— Шесть. И одна в гостевом доме.
— Ванные комнаты?
Следующий час мы провели, обсуждая дом. Тобиас задавал вопросы, а я отвечал. Когда он закончил, прежде чем я смог снова заговорить о Еве, он встал из-за стола. Встреча окончена.
— Я сделаю предварительный набросок и скоро принесу его.
— Спасибо. — Я кивнул, поняв намек на то, что пора идти.
Я дам Тобиасу немного времени привыкнуть к новостям о беременности, а потом поговорю с ним снова. Я никуда не собирался уходить, не в этот раз.
Сев в свою «Ауди», я достал телефон, надеясь увидеть пропущенный звонок от Натали. Экран был пуст. Где она была? Почему она не пришла сегодня? Мое любопытство сводило меня с ума.
К черту. Я быстро отправил электронное письмо своему помощнику о том, что кое-что произошло и мне нужно, чтобы он перенес мои следующие две встречи. Затем я набрал номер Хита.
— Алло? — ответил он приглушенным голосом.
— Ты все еще в постели? — Было больше одиннадцати.
— Возможно.
— Мне нужна услуга.
— Какая? — Он зевнул.
— Ты случайно не знаешь номер телефона Натали? Или ее адрес?
— Зачем тебе? Разве она сегодня не работает на тебя?
— Хит, — проворчал я. — У тебя есть ее номер?
— Подожди. — Послышался шорох, затем меня отключили.
— Господи, что я делаю? — Если бы Натали хотела меня видеть, она бы появилась дома сегодня утром. Правильным поступком было бы уважать ее частную жизнь и оставить ее в покое. Но повесил ли я трубку? Нет. Потому что, черт возьми, в ней было что-то другое.
Может, и не другое, но… знакомое. Она не была фальшивкой, как многие женщины в мире развлечений — моем мире. Ее, казалось, не интересовал статус. Она была приземленной и настоящей. Находиться рядом с ней было все равно, что перенестись в прошлое, до «Мэдкаст». До денег.
До того, как я уехал из Монтаны.
Я хотел попробовать на вкус ее губы. Хотел ощутить изгибы ее тела под своими ладонями. Запустить пальцы в ее мягкие волосы и поглотить ее целиком.
Я хотел ее больше, чем когда-либо желал женщину.
Тишина на другом конце провода резко оборвалась.
— Мэддокс?
— Все еще здесь.
— Я думаю, Натали живет в доме, где выросла.
— Со своим отцом?
— Нет, я думаю, она купила его у него. Или что-то в этом роде. Я не уверен. Но ты помнишь, где это?
— Смутно, но конкретный адрес был бы не лишним.
— У меня его нет. Это в нашем старом районе. Темно-зеленый дом в двух кварталах от нашего.
— В каком направлении? — Я стиснул зубы.
— Э-э… в сторону начальной школы?
— Ты меня убиваешь.
— Темно-зеленый не такой популярный цвет. Ты его найдешь. Сколько их может быть?
Два. На улице, которая находилась в двух кварталах от дома моего детства, стояли два темно-зеленых дома.
В первом из двух темно-зеленых домов жила милая пожилая женщина по имени Кристина, которая пригрозила натравить на меня своего шпица Рокси, если я не уберу свою приставучую задницу с ее крыльца.
Очевидно, в линялых джинсах и черном свитере я походил на адвоката, который ходит от двери к двери.
У второго темно-зеленого дома я понял, что попал в нужное место, когда прочитал приветственный коврик.
У соседей есть вещи получше.
Я усмехнулся, стоя без приглашения перед домом Натали. Прежде чем я успел постучать или позвонить в дверной звонок, дверь распахнулась, и там стояла она с комнатным растением, зажатым в сгибе одной руки.
— Привет.
Она моргнула своими прекрасными голубыми глазами. Дважды.
— П-привет.
— Ты не появилась сегодня.
Ее плечи опустились, и она протянула растение.
— Прости. Это извинительное алоэ. Я выходила, чтобы занести его и попрощаться.
— Извинительное алоэ? — Я взял горшок из ее рук. — Никогда о таком не слышал.
— Это одновременно и рождественский подарок, и подарок на новоселье. Они очень полезны, если у тебя есть дети, подверженные несчастным случаям. Или дети, которые могут попытаться превратить своих Барби в зомби с помощью паяльной лампы.
Она купила мне подарок. Алоэ. Для моей дочери, которая вполне могла бы превратить своих Барби в зомби с помощью паяльной лампы.
Я запрокинул голову и рассмеялся, звук разнесся по кварталу. Боже, как приятно было смеяться. Приятно было знать, что она была на пути к нам. Да, она шла попрощаться, но мы разберемся с этим словом позже.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она.
В ответ я шагнул вперед, вталкивая ее внутрь. Поставив алоэ на пол, я закрыл за собой дверь
