придут, но внутреннее чутье гнало вперед, и как можно скорее.
Дошла до конца, нашла лестницу, не центральную, по которой все ходили, а скрытую за картиной какой-то битвы. Как вообще о ней узнала, не поняла, просто спустилась вниз. Здесь повсюду паутина, пыль, шорохи, скрипы. Задалась вопросом: куда вообще шла? Ритуал же скоро. Попыталась остановиться и повернуть обратно, амулет полыхнул ослепительным светом, а кольцо сильно сдавило палец.
– Ладно-ладно, не возмущайтесь, иду я, иду, – отозвалась шепотом, продолжая спуск. Кому скажи, что разговаривала с собственными оберегами, точно посчитали бы слабоумной.
Непроизвольно сознанием потянулась к матери, но будто на глухую стену наткнулась. Даже остановилась на мгновение. Неужели? Попробовала выпустить ментальные щупы, но и они не продвинулись никуда, застыв на месте. А обереги уже настойчиво подталкивали вперед. Пришлось двигаться дальше.
Прошло около получаса, по моим прикидкам, когда путь закончился около массивной двери, покрытой металлическими лямками. Я даже коснуться ее не успела, та распахнулась без единого скрипа. Вошла внутрь. Темно, хоть глаз выколи. Но как только переступила порог, вспыхнули факелы, ярко осветив внутренность комнаты. Самое удивительное – здесь не было ни пылинки, будто каждый день убирались.
Стены слабо светились, словно на них тысячи светлячков устроились. На потолке виднелась роспись, но рассмотреть не вышло. Посредине две статуи, покрытые позолотой: первая – тело женщины в одной тоге, с головой барса и большими перьевыми крыльями за спиной. Вторая – непонятно кто с волчьей головой, в брюках и рубашке, половая принадлежность не просматривалась. Между ними расположился неровный камень бордового цвета, к которому обе статуи приложили ладони с двух сторон, не касаясь, а сохраняя небольшое расстояние. Как ни присматривалась, не поняла, на чем вообще держался камень, он просто висел в воздухе. А на полу перед ними находился неровный булыжник – по-другому это я назвать не смогла. Правда, его поверхность имела выемку, наверняка, чтобы в ней расположиться. Цвет под стать рубину.
– Хм, мама говорила, алтарь белоснежный, – мысль вырвалась вслух. Отвечать мне никто и не подумал, вместо этого легкий поток воздуха толкнул в спину, заставляя подойти ближе. И откуда тут вообще ветерок?
Около камня на меня навалился такой груз, что я просто упала на колени, руки оперлись о камень, и в этот момент он вспыхнул. Сотни ярких точек замелькали поочередно в только им известной последовательности. Ладони будто приклеились к гладкой поверхности. Из кольца вырвался луч и устремился к амулету, заставляя его приподняться в воздухе, раствориться, чтобы заново появиться уже на камне. Неужели сам снялся?
– Пришло время тебя покинуть и вернуть утраченное, – произнес призрак, появившись из амулета и зависнув над моим лицом. Это был мужчина лет тридцати на вид, с тяжелым подбородком, шрамом над бровью, отлично заметным даже в полупрозрачном состоянии.
– Хорошо. Но сперва скажите, где мы? – сдержать любопытство не вышло. Язык с трудом ворочался, будто я много и без остановки бежала.
– Скажу обязательно, заодно предупрежу, поменяй служанку. Тебя едва не лишили второй ипостаси, да и ритуальную комнату изменили. Нельзя тебе туда. А сейчас не будем терять время.
Я больше ничего не успела спросить или уточнить, призрак взмахнул руками, будто встряхивая ткань, такую же призрачную, как и он сам, а после опустил ее на меня, полностью накрывая с головой. Ткань приподняла меня и на камень нежно опустила. Но осмыслить это не успела, в голове будто взрыв произошел. Я закричала от сильнейшей боли. Меня разрывало на мелкие частицы, которые потом собирались воедино, но с некоторыми дополнительными деталями. Память возвращалась. Сперва фрагментами, потом хлынула бурным потоком, едва не взрывая мозг. Вместе с ней, казалось, по венам побежал самый настоящий огонь, заставляющий сердце сильнее биться, а внутри творилось невесть что. Будто безумный маг проверял на прочность мои внутренности.
Когда боль немного прошла, я не сразу поняла, что за спектр эмоций на меня свалился. Разом захотелось и смеяться, и рыдать в голос. Я ощутила горечь утраты после похищения, так как осталась без близнеца, на месте связи возникла пустота, которую искусственно сотворила ведьма. Непроизвольно хотелось отгородиться от этой пустоты, от бездны внутри себя, заблокировав все, до чего смогла дотянуться. Сейчас я не только вспоминала, но и заново переживала каждый миг произошедшего десять лет назад. Меня бросало то в жар, то в холод. Сердце то стучало так, что уши закладывало, то вдруг практически затихало, норовя остановиться.
Ощущать что-либо помимо уже привычного безразличия оказалось необычно. И сперва я никак не могла сообразить, почему становилось то жарко, то холодно, отчего на щеках проступила соленая влага. Слезы. Я никогда ничего подобного не испытывала, зато сейчас всего получила с излишком. И начала сомневаться, что после такого получится сохранить уже привычную маску на лице.
Сколько длился ритуал, я понятия не имела. Вроде даже несколько раз отключалась, видела парящих в воздухе Блер и Коштари, но это могло быть плодом моего воображения. Зато окончательно придя в себя, обнаружила собственную персону прямо на бордовом камне, правда, вместо рук увидела лапы с белой шерстью. То-то зрение и нюх слишком резко обострились, я теперь видела каждую трещинку в стене, в воздухе сверкали мельчайшие искры, как поведала Блер, это были частицы магии этого места. А еще сейчас я могла прочесть письмена на стенах, которые до сего мгновения даже не получалось увидеть.
Подняла голову и осмотрелась. Камень подо мной светился, дарил тепло и надежность. Когда успела обратиться – совершенно не помнила. В данный момент меня занимала другая проблема.
– А? Э? И как мне обратно? Я превратилась? – У кого спрашивала, и сама не сообразила. Ответил тот самый призрак, появившийся из амулета:
– За последние два часа ты превращалась трижды в обе свои ипостаси. Сейчас ваше единение окончательно укрепилось, но я бы советовал никому не говорить хотя бы с полгода. Тебя ищут, можешь сообщить о прохождении ритуала, но об этом месте никто не должен знать, это настоящее сердце Хайшары, а я его хранитель, как и твой личный. Это место давно скрыто и запечатано. Видишь камень? – он указал как раз на тот, что светился между двух статуй.
– Его сложно не заметить, он очень красивый, – подтвердила, переведя взгляд на грани кристалла, где мелькали не только всполохи, но и вихры.
– Это сила Хайшары, в ней три элементаля. Благодаря им, наше королевство защищено. Но стоит нашему сокровищу попасть в чужие руки, и то, что призвано защищать, нанесет невосполнимый урон. Всего один ментальный посыл элементалям – с лица земли сотрется третья
