у меня, конечно, не было.
- Тебя не посадили?
- Ну, она не стала на меня заявлять, Иван мне помог... Яхонтов... Заплатил кому-то, в общем, дело замяли.
- И ты сделала выводы?
- Определённо, все процедуры только в кабинете. Хотя и в кабинете врач не застрахован от ошибок. Бывает, что пациентка уверена — аллергии ни на что нет. И она уже делала процедуру, но что-то идёт не так, и всё…
- Интересно, но реально кто-то умирал в кресле косметолога?
- В моём — нет. Но случаи такие я, конечно, знаю.
Официант заносит поднос с нашими стейками.
Мясо выглядит красиво.
- Я заказал «медиум велл», надеюсь, тебя устроит? Или любишь с кровью?
- Нет. Не люблю. Вообще не очень люблю кровь.
- Даже так? А как же... Врачи, они же…
- Я имею в виду кровь в еде. Хотя на самом деле это не кровь. Это клеточный сок с белком — миоглобином. — режу стейк, мясо внутри такого красивого розового оттенка, сочное и очень мягкое. — Именно миоглобин придаёт соку красный цвет.
При сильной прожарке железо, входящее в состав миоглобина, окисляется и мясо становится серым.
Как интересно.
- Прости, прозвучало как лекция?
- Вовсе нет. На самом деле любопытно, никогда не задумывался о том, кровь это или нет.
- Если говорить о профессии... - отправляю кусочек в рот, жую, понимая, что Демид не ест, а разглядывает меня, - когда я была студенткой, да, конечно, приходилось видеть много крови. Сейчас, если только провожу процедуру плазмолифтинга.
- Это что за зверь?
- Кстати, могу предложить, многие мужчины делают. — хитро улыбаюсь, отправляя в рот еще один кусок мяса.
Демид тоже жует, и опять пристально смотрит.
- Предложи.
- Можно сделать процедуру на лицо, можно... нет, волосы у тебя густые, в порядке, можно сделать плазмолифтинг члена.
ЕГО челюсти замирают, вижу, как он сглатывает и усмехается
- Члена?
- Да. Очень популярная процедура. Помогает при лечении эректильной дисфункции.
- Члена?
- Хм... то есть, ты считаешь, что с волосами у меня в порядке, а там... мне нужно?
- Ну, я не знаю, тебе виднее. Я ведь еще...не пробовала?
- Скоро попробуешь.
- Ты меня пугаешь, Демид?
- А что, звучит пугающе?
- Есть немного. Но ты не думай, я не боюсь.
- Хорошо.
Он снова опускает голову, делая вид, что старательно увлечен остатками Рибая.
Я тоже ем. Вкусно.
Странно, что я ощущаю вкус еды. Могу получать от неё удовольствие.
Да и вообще, я живу. Всё хорошо.
Надо позвонить дочке, она поехала в гости к моим родителям, я думаю, не пожить бы ей там немного...
- Скажи еще, пожалуйста, меня реально давно мучает этот вопрос... - он вытирает губы салфеткой, наклоняется ближе, усмехается, - вот эти губы... которые как свисток, это... зачем? Зачем вы их делаете?
Удивил.
- А зачем вы, мужчины, просите ваших женщин сделать такие губы?
- Погоди, - он сам явно удивлён, - реально мужики просят?
Качаю головой — он же не такой наивный?
- Двух клиенток регулярно приводят мужья. Платят за всё. Им нужны именно эти
тубы. — непроизвольно складываю свои уточкой. — Я не психиатр, не могу тебе
объяснить почему. Но я читала статью известного специалиста, там... в общем, там
всё сложно.
- Сложно?
- НУ, у кого-то просто не встаёт, если у женщины губы не того размера. Ему хочется и всё.
- Смешно.
- Я бы сказала грустно. Одна девочка так себя изуродовала... ради такого вот господина.
- И что?
- Ну, он попользовался и бросил. Нашёл себе девочку с натуральными губками.
- А эта?
Пожимаю плечами. Внимательно смотрю в глаза Демида.
- А эта пошла искать других любителей. Твое любопытство удовлетворено?
- Немного.
- Я рада.
- Десерт? — он снова откидывается на спинку кресла, вальяжный, довольный, сытый.
Почти.
- Думаешь, есть смысл тянуть?
Я смотрю прямо.
У меня чувство, что мы не стейк ели, беседуя о косметологии, мы разыгрывали шахматную партию. И сейчас решающий раунд. И я иду ва-банк.
Хотя это не покер. Это всего лишь шахматы...
- Поехали. Посмотрим, как трахается Янина Яхонтова.
А вот после этих его слов меня реально потряхивает.
И мерзко.
До этой реплики Демид мне даже нравился.
Но выбора ведь нет?
Или не так. Это был МОЙ выбор.
Что ж...
В машине он берёт меня за руку, а я прикладываю усилие, чтобы не вырвать ладонь.
Он галантен. Всю дорогу до его шикарного поместья. Галантен.
Но после слов про «трахаться» это всё как-то уже... не катит.
Дом хорош. Не огромный. Не пошлый.
Уютный. Такой, как надо.
Похож на хозяина.
Если бы не последняя фраза.
Он помогает мне снять пальто. Туфли..
Да, я в туфлях, хотя еще лежит снег но уже весна. И мы же всё время на машине.
- Ты слишком напряжена, Янина. Расслабься.
- Извини, почему-то не могу подчиниться этому приказу.
- Не подчиняйся. Выпьешь просекко?
- Текилу не предлагаешь?
- Я бы предложил тебе выпить чаю и лечь в постель.
Он разворачивает меня к себе, держа за плечи.
- Лечь одной. Я не собираюсь тебя насиловать.
Мне трудно дышать. Я вообще не понимаю, что я тут делаю и как до этого дошла.
Мне сорок пять лет. Я врач. У меня репутация, уважение коллег друзей, сотрудников. Я сама построила бизнес, да, сама! Я... я мать двоих детей, хорошая мать.
- Успокойся. Я правда не хочу причинять тебе боль, или делать что-то, что будет тебе неприятно.
- Зачем тогда привёз меня сюда? Зачем... зачем эти мерзкие слова?
- Прости.
Демид опускает голову, руки. Мы просто стоим рядом.
- Мне хотелось, чтобы ты...
- Чтобы я что?
- Чтобы ты послала меня на хер, Яна. Взяла и послала на хер, понимаешь?
28.
Послать, значит?
А я пошлю. Прекрасно! Почему бы и нет.
Смотрю ему в лицо, а потом — р-раз! Хлесткая пощечина опускается на загорелую, щетинистую скулу. Луплю так, что рука отваливается. В ушах звон.
Вот так, Демид, считай, послала.
Спокойно туфли надеваю, пальто. И выхожу.
Достаю телефон.
Руки дрожат. Меня трясёт всю. До забора идти прилично.
Отстроился, буржуй.
А мой-то, Яхонтов, всё в квартире. Конечно, в непростой квартире и дом элитный и соседи тоже все не самые последние люди в стране. Но
