хмыкает Ирка, - Оставайся уже. Раз ты всё равно утром заедешь.
- Хорошо.
Он так спокойно принимает приглашение, что я теряюсь. Нет, я вроде помню, что у Ирки тут три комнаты, место есть, но всё-таки...Или она его приглашает.
Тьфу, сама не понимаю, что за мысли. Зачем я об этом думаю. Какая мне вообще разница что происходит между Ириной и Демидом? И происходит ли что-то. Мне сейчас вот вообще не до этого должно быть!
Но я запуталась,
- Может, я, тогда поеду? — робко встаю.
- Угу, и ты туда же? Разъездились. Куда поедешь?
Да. Ехать мне некуда.
Не домой же?
Дом.
Дом, которого нет.
Всего лишилась.
Нет, не всего! У меня есть дети! У меня есть мои, пока еще клиники! Я поборюсь! Не с чего мне раскисать!
- Пойдём, я тебе комнату покажу.
Ирина встаёт, кивает мне, выходим.
- Вам, может, вместе постелить?
- Иди ты...
- Ну, а что? Он на тебя так смотрит.
Боже... этого мне еще не хватало! Сводничества! И как он смотрит?
Я про него уже всё поняла.
Я трофей. И ниточка к тому, чтобы Ивана прижать. Хотя, чем я могу помочь? Я ничего не знаю, доступа к информации не имею.
Почти.
У меня же есть секретное оружие? Ольга Николаевна, помощник Ивана.
Правда, она сразу сказала, что подставлять себя под статью не будет, никакого слива информации, документов и прочего. Она в принципе согласилась помочь с Викой и этим арабом.
Араб... как-то его надо использовать.
Вика, конечно, дрянь, но я её понимаю.
Каждый сам за себя.
- Мне же тоже Иван предложил встретиться и поговорить. — спокойно говорит Ирина, доставая из шкафа постельное бельё.
- И что?
- Встретились. Поговорили.
- Ясно. — усмехаюсь. Значит, Ирина тоже думает.
- Слушай, Янина, это не моя война.
Да, это я уже поняла. Война моя. Горько усмехаюсь, но Ира продолжает.
— С одной стороны не моя.
Она поворачивается, смотрит пристально.
- А с другой... Я ведь тоже пошевелила булками. И мозгами. Сходила к юристу знакомому. Всё, что ты сказала про своего Ивана — всё в точку. Ему меня подставить и обуть — как не хрен делать. Конечно, Демид может помочь и мне. Вот только…
- Что?
- С хрена ли твой Иван решил, что со мной так можно? Я его свела с нужными людьми в своё время. Я ему здорово помогла! Ты... ты, наверное, даже не знаешь в какой он жопе тогда был. У него партнёры были из дружественных стран, которые резко стали недружественными, хотели его обуть, он бы не просто всего капитала лишился, его бы покрошили в фарш свои же. Потому что ему деньги дали под один проект, а он их решил покрутить на другом. Наварить. Если бы не моя поддержка тогда и помощь…
Она прищуривается, кривит рот.
- Он же передо мной на коленях стоял! Ноги мне целовал! Скотина такая. Я его спасла, реально! А меня вот так пинком под зад? Нет уж. Хрен ты, Ваня, угадал! Со мной так не выйдет. И с тобой тоже! Я не позволю! Ты не думай, что я просто, обычная шлюха.
- Да, ты не обычная... - смеюсь...
- Иди ты, Яна!
Поддаюсь порыву, шагаю к ней, обнимаю.
- Ну, ты чего? Забыла, что я была любовницей твоего мужа?
- Содержанкой, ты хотела сказать?
- Один хрен.
- Спасибо тебе, Ир... То есть…
-Знаешь, я подумала, и с какого я Эвелина? Ирина — имя красивое, благородное, и не пошлое. Да?
- Да, Ирина Панченко.
- Из села Соснишки.
Мы снова смеемся, а потом я вижу в дверном проеме Демида.
Он стоит в гостиной, смотрит на нас.
Странная ситуация, конечно.
Странное всё сейчас в моей жизни.
И чем это закончится — я не знаю.
Не спится совсем. То ли место новое. То ли мысли старые.
Иван.
Неужели он реально может дойти до края? Я же мать его детей? Мы столько вместе прошли?
Я не звонила его матери, ничего ей не сказала, но, думаю, связаться с ней нужно.
Просто, чтобы озвучит свою версию.
Не могу спать.
Пить хочу.
Усмехаюсь, думая о том, что пойду на кухню и, конечно, встречу там Демида! Это просто клише.
Но я хочу пить.
Наливаю себе в стакан из бутылки, которая стоит на столе. Там же на тарелке лимон порезанный — это Ира ставила Демиду под коньяк, который он не пил.
Беру дольку, отправляю в рот, морщусь, кисло так, что слёзы из глаз текут.
Или они не от этого?
Нет, Ванечка, плакать я из-за тебя не буду.
Я тебя, мразь, в тюрьме сгною! Или найду бандитов на расправу!
Забыла совсем, что у меня был одноклассник, Колька Резник. А у него брат.
Хорошие такие парни. Весёлые. «Слово пацана» отдыхает. Найти их, думаю, не проблема.
- Мне кажется, ты сейчас подносишь факел, чтобы поджечь костёр, на котором сожжеёшь своего благоверного.
- Ты прав.
- Давай ты оставишь это мне.
- Почему тебе?
- НУ, просто потому, что я мужчина.
- И что?
- Мужчина должен решать проблемы своей женщины.
- Я не твоя.
- Сопротивляйся.
- А если буду?
- Так интереснее.
- Зачем тебе это надо?
Поворачиваюсь. Хочу видеть его глаза.
- Надо.
Что такого сделал тебе Иван? Это ведь не просто бизнес?
- Не просто.
- Ты выбрал не ту жертву. Я Ивану не нужна. Ему сейчас нужна Арина.
- Арина мне не интересна. Она утонет вместе с ним. А ты — нет.
- Почему?
- Потому что я так хочу.
- Что он тебе сделал?
- Ничего. Просто из-за него погиб человек, который был мне дорог.
- Кто?
- Моя жена.
Любил ли я свою жену?
Да, в начале, наверное, любил. И она меня.
Потом... жизнь, говорят, сложная штука. А мне иногда кажется наоборот — слишком простая. Это мы усложняем.
Бабло появилось. Работал я, ясен-красен, как проклятый, но и кайф ловил от этого.
Первая сотня тысяч, первый миллион... Больше, больше, больше...
Рефреном реплика из «Бригады» - когда же вы нажрётесь, твари.
Да, никогда, наверное. Когда начинается охота за баблом остановиться трудно.
Невозможно этим «нажраться», хочется еще, еще, еще.. пока твоё золото не превращается в черепки.
Пока твоя жена не начинает спать с твоим лютым врагом.
Почему?
Потому что…
Потому
