– Боковой дозор! Матерый, ох, матерый у духов здесь командир, все по науке делает!
Еще четверо боевиков, раздвигая заросли, редкой цепью шли по склону прямо на скрытых камуфляжем пластунов старшины Пятова. Да уж, два боковых дозора – это уже слишком. Пластунов спасло то, что боевики находились в пути не один час, основательно вымотались и внимание их притупилось. Не заметили пластунов, лежащих от них менее чем в двух метрах. Опять же у духов не было собаки. Обычного блохастого серого песика хватило бы на то, чтобы обнаружить казачий отряд. Капитан внимательно рассматривал пытающегося восстановить дыхание боевика на расстоянии в полутора метрах от себя. Классная снаряга у «зверька», ничего не скажешь. Ботиночки американские «Мародер», рюкзак бундесверовский на полсотни литров, американская же разгрузка, турецкий армейский камуфляж. Оружие тоже классное. Не старенький «АКМ» или венгерский AMD-65 со складов бывшего Варшавского договора, а новенький немецкий G-36C. Остальные дозорные были облачены так же и напоминали настоящее воинское подразделение, а не шайку религиозных фанатиков.
Караван появился лишь вечером, спустя одиннадцать часов. Перед его проходом дозорные группы вновь прочесали русло и склоны. В обратную сторону.
«Что же они там везут? – думал Пшеничный, внимательно следя за проходящим рядом с ним боевиком. – Двенадцать человек в дозоре – это очень круто!»
В караване было больше тридцати навьюченных лошадей, два десятка пеших боевиков в уже известном Артему турецком камуфляже и шестеро верховых. Без бород, в черных шапочках с куфьями, обернутыми вокруг шеи, и с немецкими автоматами. Какие интересные личности в этой глуши. Одного из этих надо взять живьем.
Тем временем караван неторопливо втянулся в образованную природой дугу, подставляя себя под огонь. Пшеничный поднял руку, зная, что Пятов на той стороне русла ждет его сигнала, и показал пятерню и еще три пальца. Через восемь секунд караван накроет огненным шквалом. Но сначала надо подстрелить одного из конных. Чтобы не насмерть, но дергаться долго не мог.
«Винторез» с шипением выплюнул СП-5, и плечо одного из всадников взорвалось кровавым облачком. Осанистый черноволосый мужчина дернулся и, словно манекен, свалился с седла под ноги лошади в ледяную воду ручья. Через секунду ударили «Печенеги» Разина и Петренко, кроша очередями хвост и голову колонны, валя на камни людей и лошадей. Захлопали ГП-30, посылая смертоносные гранаты в мечущихся внизу людей. Затем заговорили АК-103, добивая тех, кто еще мог двигаться. Когда Артем с бойцами спустился к руслу, вода в ручье была красной от крови. Во вьюках находилось целое сокровище для боевиков: антибиотики и плазма в специальных холодильниках. К одной убитой лошади были приторочены длинные чехлы. Взяв один из них, старшина развернул и присвистнул:
– Вот это – «дура»!
В чехле, матово отсвечивая, лежал шведский ПЗРК Rb-70 «Bolid». Какая удача! Теперь понятно, отчего такая охрана, духи везли медикаменты и защиту от русских самолетов. Ценный приз.
– Командир! – позвал Пшеничного сержант Мороз. – Твой подранок шевелится! – Лежащий под мертвой лошадью боевик глухо застонал.
– Вытащить из-под лошади и перевязать! Вколоть промедол. Он мне живой нужен. Пятов, вызывай транспорт, уходим!
Отряд пластунов, уничтожив медикаменты и заминировав оставшийся груз, уходил к зоне эвакуации, прихватив с собой пленного и четыре трофейных ПЗРК. Через двадцать пять минут над их головой зависла пятнистая туша «Ми-8».
День третий. Малацки. Словакия
Штаб Объединенных вооруженных сил Евросоюза располагался в тридцати километрах севернее столицы Словакии. В городке Малацки рядом с крупной одноименной авиабазой, на которой обосновались отборные воздушно-десантные части союзников, эскадрилья перехватчиков «Тайфун» и транспортная авиагруппа. Вчера утром большинство десантников с помощью вертолетов произвели самое массовое десантирование в истории новой Европы, разворачивая завесу перед рвущимися вперед к Днепру сухопутными войсками.
Украинские войска, подчиненные Западному оперативному командованию генерал-полковника Остапенко, полностью поддержали госпожу Тимощук, сопротивления не оказывали, но и помогать многонациональным силам не спешили. А с украинскими ВВС вообще произошла неприятность. Шесть «МиГ-29» ночью взлетели с авиабазы Староконстантинов и попытались улизнуть на контролируемый узурпаторами аэродром. При попытке их перехвата «Рафалями» с целью вернуть их обратно вспыхнул воздушный бой, в итоге погибли три «МиГ-29» и два «Рафаля», при катапультировании разбился майор Жюно, став первым убитым военнослужащим ЕС в этой кампании. Еще один «МиГ-29» упал в районе Винницы из-за тяжелых повреждений. Оставшиеся два благополучно ушли на восток.
Украинцам поставили на вид и предупредили, что подобные инциденты не должны повторяться. В противном случае союзники будут вынуждены разоружить украинцев. Это был единственный неприятный случай в первый день кампании. Все остальное, как на Украине, так, собственно, и в Крыму, прошло без проблем. Коалиционные ВВС отработали «на отлично», подавив малочисленную авиацию украинцев прямо на аэродромах. Авиабазы Васильково, Миргород и Борисполь были практически уничтожены. Противовоздушная оборона пострадала еще сильнее. «Рафали», «Миражи», «Тайфуны», «Торнадо» буквально выбивали зенитно-ракетные комплексы украинцев с помощью бомб Paveway 3, ракет ARMIGER, KEPD-Taurus, SCALP EG, ALARM, применяя ракеты с дальних дистанций и наводя их на цель с БПЛА и спутников.
Дальнобойные ЗРК С-200 и С-300 уничтожались в первую очередь как более опасные, а также крупные и заметные. С ними проблем не возникло. Небольшие проблемы возникли со старенькими «Буками», которые были меньше размером и легче маскировались, так же, как мобильные «Стрелы» на МТ-ЛБ. За ними по ночам охотились специальные группы вертолетов. Первые бои на суше начались только на второй день, когда стало известно о вторжении русских в Польшу. Затем русские танки вошли в восточные области Украины и двинулись на соединение с основными силами украинцев. Узнав об этом, восьмой украинский армейский корпус, выполняя приказы хунты Клещенко-Ситного, с утра второго дня военно-гуманитарной операции начал оказывать яростное, хотя и хаотичное, сопротивление. Располагая несколькими комплексами ОТР «Точка», украинцы пытались обстрелять атакующие колонны союзников, но большинство ракет были перехвачены в воздухе. Четыре украинских механизированных бригады, двигающихся на марше без должного авиационного прикрытия, были атакованы с воздуха и остановлены. После чего в дело вступили наземные части коалиции. Бои развернулись на линии Шепетовка, Хмельницкий, Каменец-Подольский, как это происходило семьдесят лет назад. Союзные «Леклерки», «Леопарды» и «Ариете» схлестнулись с украинскими «Т-72» и «Булатами». Как предсказывал генерал фон Рамелов, не имея должного опыта и современного вооружения, украинские части понесли серьезные потери и стали откатываться на восток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
