– Зачем это мне, Ланге? Я не интересуюсь пропагандой, отправьте в DPO, это их хлеб. У вас есть еще что-нибудь, кроме русской пропаганды? Последняя сводка с кавказского направления?
Готтлиб был взбешен: мало того что от целого отдела нет пока никакого толка, так они не могут сами решить, что делать с каким-то диском! Идиоты!
– Герр генерал-оберст, я уверен, что вам стоит взглянуть на этот диск. Русские его сделали для кавказских повстанцев, и действует это почище любых сводок.
Что-то в глазах Ланге говорило фон Рамелову, что на диске находится очень важная информация.
– Лучше смотреть в вашем кабинете, герр генерал! – предупредил полковник Ланге, видя, что Готтлиб собирается отдать приказ для воспроизведения диска на одном из огромных боковых экранов командного центра.
– Вы свободны, полковник! Ближайшую сводку с Кавказа – мне на сервер.
– Яволь, герр генерал! – гаркнул Ланге и, развернувшись на месте, отправился в свой отдел.
Компьютер пискнул, выдавая новую порцию сводок о положении на фронте. Не прошло и двух суток, как такие, казалось, страшные для обывателя слова: «фронт», «авиаудар», «боевые потери», привычно вошли в тихий европейский мирок и не вызвали никакого отторжения у сидящих перед телевизорами бюргеров. Они рассматривали все, как весьма увлекательное шоу в реальном времени. Вся эта грязь, кровь, разрушенные дома были далеко от обывателей: в Косово, Афганистане, теперь вот – на Украине. Поглощая пиво и рейнское вино и осуждающе покачивая лысеющими головами, они смотрели, как гибнут люди, затем шли спать. Профессиональные армии сделали войну красочным зрелищем для налогоплательщика, изнывающего от скуки. Плати налоги и наслаждайся картинкой в своем телевизоре. Доблестный бундесвер карает варваров в далекой стране за нарушение принципов европейского гуманизма. Делайте ставки, господа!
Сводки пришли благоприятные. Ситуация стала выправляться. Двадцать пятый армейский и восьмой гвардейский корпуса русских, вошедшие на территорию Украины, двигались разрозненно. Двадцать пятый, в составе двух танковых и двух механизированных бригад, двигался от Луганска через Донецк в общем направлении на Запорожье. А вот восьмой пересек границу лишь одной механизированной бригадой, остальные части застряли в жуткой железнодорожной пробке, организованной исламскими диверсантами. Хоть какая-то от них польза. Значит, двадцать пятый корпус движется вперед в одиночестве, не имея соседей ни слева, ни справа. Восьмой гвардейский соберется в кулак не раньше, чем через сутки, и двинется следом за двадцать пятым, прикрывая его северный фланг. Либо русским придется остановиться, чтобы сгруппировать силы, либо будут воевать по одиночке. В первом случае, они теряют еще сутки, а во втором – сталкиваются с превосходящими силами союзников и уничтожаются по частям. С севера к столице Украины приближался еще один русский корпус – элитный первый гвардейский в составе двух танковых, двух механизированных и десантно-штурмовой бригады. До Киева русским оставалось всего двести шестьдесят километров, и у Готтлиба не было сомнений, что гвардейцы подойдут к украинской столице одновременно с войсками коалиции. Но в полном одиночестве. И уступая численно в два раза. Если прибавить украинские части, то – в полтора.
– Русские разбросали свои силы на три изолированные группировки! Молодцы Иваны, сами лезут в капкан!
Двенадцать «тяжелых» бригад Евросоюза просто раздавят гвардейский корпус русских, как десантный ботинок давит куриное яйцо. Русское командование совершило грубейшую ошибку, подобно полякам, очертя голову бросаясь навстречу силам коалиции. Только поляки жертвовали бригадами, а русские – целыми корпусами. Русская душа широка, им ничего не жалко.
Странно, но до этого русские подобных ошибок не допускали, может быть, у них хватает мозгов только на один сильный и неожиданный удар? Хотя куда им деваться? Если союзники займут Киев и приведут к присяге «апельсиновую принцессу» с национальной прической, то действия Кремля официально объявят агрессией. Продолжать войну после этого русским смысла не будет, и их затея с узурпаторами так и останется только на бумаге. Олеся Тимощук – признанный мировым сообществом лидер Украины, а не самозванец Клещенко со своими подручными.
Киев будут брать десантники, усиленные спецназом и несколькими верными Тимощук украинскими частями. Бронетехнике найдется применение за городом в охоте на русских «Барсов».
– Es ist ein guter Plan!!!
Следующая новость пришла из Крыма. Турки успешно высадились в Евпатории под прикрытием ракетных и авиационных ударов Оперативного соединения и, образовав плацдарм, двинулись к центру Крыма – Симферополю. Украинцы, правда, успели перебросить туда еще семьдесят девятую аэромобильную бригаду из Николаева, но погоды эта бригада не сделает, слишком велико превосходство коалиции. Одновременно с турками генерал Арман Рабле произвел высадку тактического воздушного десанта к северу от Севастополя, где объединился с исламскими повстанцами, окончательно замкнув кольцо окружения. Еще день-два, и в Крыму все будет кончено. Русские ничего не успеют сделать, разве что отправить на верную смерть несколько батальонов своих коммандос. Проблемы могут возникнуть только с устаревшим русским крейсером. Но, надеюсь, наши ВМС с ним справятся.
– Здравствуйте, герр генерал!
В командный центр, тяжело ступая мужской походкой, вошла европейская знаменитость – комиссар Европарламента при Командовании ОВС, знаменитый оратор и радикальный эколог Мари Клейне-Фосс. Внешностью и грацией комиссар была похожа на танк «Леопард», причем некрашеный, и любила совать нос в дела военного командования. Готтлибу удалось ее отвлечь больше, чем на сутки, подсунув «смазливого» унтера-связиста турецкого происхождения. Комиссарша от вида его карих глаз с поволокой тут же потеряла какой-либо интерес к Украине и операции «Гефест». Она уволокла турка в свои апартаменты братиславского отеля «Аркадия». Через двое суток турок, видимо, пришел в негодность, и «госпожа эколог» заявилась в штаб в поисках новых жертв. В четыре утра… однако!
«Надо бы наградить парня!» – подумал Готтлиб про несчастного турка.
– Здравствуйте, фрау Клейне-Фосс! Чем могу служить?
– Ах, генерал! Мне надо отправлять отчет этим старым дуракам в Брюссель, а приукрасить-то его нечем. Как я поняла, операция развивается успешно, я смотрела новости. Хотя полякам, конечно, не повезло. – Еврокомиссар тараторила с такой скоростью, что у проведшего вторую подряд бессонную ночь Готтлиба от этой болтовни голова пошла кругом. Чтобы как-то заткнуть ее фонтан красноречия, он предложил гостье кофе и скромный армейский завтрак.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
