волка, вызвав его довольный оскал.
— Откройте кабинет, немедленно!
Но по глазам было понятно — не откроет.
Глава 11
Алена
— Ну, здравствуй, маленькая Альфа, — карие глаза заблестели, как перед оборотом. Ой мамочки, что он задумал?
Паника моментально затопила сознание, что не укрылось от волка, вызвав его довольный оскал.
— Откройте кабинет, немедленно!
Но по глазам было понятно — не откроет.
В нем проснулся азарт охотника, что очень некстати. В такие минуты волком управляют инстинкты, а не разум. Никогда не сталкивалась с подобным, оттого душу начал затапливать страх, что не скрылось от мужчины. Страх довольно быстро начал перерастать в злость. Волчица подобралась внутри и решила помочь отстоять границы дозволенного. В конце концов он прав, я — Альфа, значит главнее.
— Откройте. Это не просьба, — и выпустила силу на волю. Совсем немного, но достаточно, чтобы подогнулись его колени.
И что вы думаете произошло? Ничего! Он как стоял, так и остался стоять. Только бровь изогнул, мол «Ты серьезно?». Хотелось расцарапать его наглую морду так сильно, что остались бы шрамы, только бы стереть самодовольную ухмылку раз и навсегда.
— Это все, на что способна маленькая Альфа? Как печально, — театрально вздохнул и присел на край собственного стола.
— Вас это не касается. Откройте немедленно дверь, если не хотите реальных проблем.
— И каких же? Что ты можешь мне сделать? Только отцом и братьями напугать, и все. Сама по себе ты обычная самка.
Вот он сейчас серьезно, да? Издевается? Дразнит?
— На «ты» мы с вами не переходили. Перед вами Альфа, а не простая самка, не стоит забываться. Хотите проблем? Могу организовать по щелчку пальцев. Не стоит меня злить, Борис Сергеевич. Вам может сильно не понравится, когда я начну выпускать когти.
Старалась быть максимально сдержанной, однако рык из голоса не удалось убрать. Волчица все активнее затопляла мозг, желая отделать нахала, а для этого ей нужен был полный контроль. Вот только единственное в чем я была уверена, что, если дам мохнатой взять верх, случится непоправимое. Что именно не знаю, но что-то будет. Луна, помоги справиться.
— А мне не нужно дозволение двадцатилетней соплячки, чтобы обращаться на «ты», а вот тебе да, необходимо разрешение. Странная ты, Алена. Смотрю на тебя и не понимаю, в тебе мохнатая хоть есть? Нормальная волчица, а не вот эта вот выскочка.
— Ты забываешься волк. Не забывай кто стоит перед тобой, на чьей ты территории. Кто ты такой и что тебе нужно в нашей стае?
— Ух ты, какая грозная малышка, — оттолкнувшись от стола, волк надвигается на меня, все так же держа руки в карманах.
Уверенный в себе, дерзкий, наглый. Смотрит прямо в глаза, в которых нет ни намека на страх. Только уверенность в своих словах и действиях. Но я не человек, чтобы соблазниться на такое. И муж есть, чисто для справки. Тогда почему я чувствую странное поведение золотинки? Ее окутывает смятенье, и мне это совсем не нравится. Что за волнующий трепет в груди, который растет пропорционально приближению самца?
Он не спешит. Идет медленно, грациозно, окутывая мощной энергетикой. Я ошиблась, он сильнее Сорозовых. На порядок сильнее. Мне с таким не справиться. И вот он уже совсем близко. Нас разделяют полшага, и это пугает.
— Ты всеми любишь так командовать, принцесса? Со мной этот фокус не пройдет. Я люблю покорность, — и, подцепив прядку моих волос, убирает за ушко.
Не видя отпора с моей стороны, Волканов довольно скалится, словно одержал понятную только ему победу. Триумф в глазах выводит меня за долю секунды. Ощутимо отталкиваю его за запястье, не забывая скривится. Никому не позволю к себе прикасаться без разрешения. Только Максу.
— Не смей меня трогать. И выпусти. Немедленно. Я не собираюсь тут с тобой находиться, — отодвинулась от мужчины на несколько шагов. Его близость странно на меня влияет.
— Пока не поговорим, ты не уйдешь, — после того как зрительный контакт прервался, он словно перезагрузился.
— Так говорите! Что вам от меня нужно? — откровенно рыкнула в его сторону, желая хоть немного поставить его на место, но он лишь шире улыбнулся.
— Чтобы твоя Альфа-персона исчезла с радаров со свой заносчивостью, стервозностью и надменностью! — обманчиво ласковый тон к концу фразы перешел в крик. — Думаешь я позволю какой-то ничтожной самке так с собой обращаться. Что ты устраиваешь второй раз подряд? А?
— Я? Да вы в своем уме? Я само спокойствие, — бешенство в его взгляде на секунду сменилось иронией, поэтому я поспешила поправиться. — Сегодня. В понедельник вы умышленно меня спровоцировали. Вы, не я! — пытаясь сдерживаться из последних сил, отвечаю на повышенных тонах. Закричу — могу потерять всякое самообладание.
— Серьезно? То есть это не ты мне сегодня глазки строила и через подругу провоцировала?
— Ты вообще больной? — вот от такой неприкрытой наглости я перешла на «ты» самопроизвольно.
Каков хам, посмотрите! Да что у него в голове творится и чем он на меня воздействует, что я начинаю сомневаться в себе, собственных действиях? Мои руки неприятно вспотели от переполняемых эмоций. Раньше такого не случалось. Луна, что же происходит со мной?
— Не ори на меня, мелочь пучеглазая, — на долю секунды его ладонь сжимает горло, но уже в следующую убирает, словно ошпарившись. — Я нормальный, а вот ты нет. Хочешь проблем? Так не стоит так изгаляться. Просто скажи, сразу организую. А то ведет себя, как черт знает кто.
— Рот закрой. Ты хоть немного понимаешь, кто стоит перед тобой, на кого ты пасть свою открыл? Да тебя изгонят отовсюду по одному щелчку моих пальцев. Раз, — и демонстративно щелкаю, — и попал Борис Волканов во всеобщую немилость.
Все, хватит сдерживаться, пора проявить себя во всей красе. Никому не позволю так с собой обращаться.
— Ах ты, пигалица малолетняя. Да я тебя сейчас голыми руками порву прямо здесь за длинный язык и элементарное неуважение, — и уже двинулся на меня.
Немедля ни секунды, выпустила мощную Альфа-волну, приказывая остановиться. Его глаза стали слишком безумными, заставляя сердце сжаться от первобытного страха. Только не помогло это, поморщившись и затормозив на пару секунд, он продолжил идти на меня.
— Не подходи, — выставив руку вперед, надеюсь на то, что это его хоть немного остановит.
Но
