Таким образом, этот комитет нельзя считать предшественником Организации Варшавского договора, созданной в 1955 году, тем более что Сталин подчеркивал, что этот комитет должен работать в условиях строгой секретности.
Несмотря на то, что записи этой встречи многие рассматривают как свидетельство планов Сталина по войне с Западом, на самом деле Сталин не формулировал намерений СССР в отношении войны; напротив, он провозгласил свою стратегию сдерживания. Другими словами, он заявил, что единственный способ избежать войны, которую могут развязать американцы, - это создать сильную и мощную армию в советском блоке: "Напомню, что три года в нашем распоряжении не для того, чтобы спать, а для того, чтобы вооружаться, и вооружаться хорошо. Почему это необходимо? Это необходимо в связи с образом мыслей империалистов: они имеют привычку нападать на безоружные или слабо вооруженные страны, чтобы ликвидировать их, но они держатся в стороне от хорошо вооруженных стран. Вот почему вам нужно вооружиться во время этой передышки, и вооружиться хорошо, чтобы империалисты уважали вас и держались от вас подальше". То есть на секретном коммунистическом саммите в январе 1951 года Сталин фактически пересмотрел свой прежний тезис о неизбежности войны. Это даже не удивительно в свете того, что всего месяц спустя в интервью "Правде" он публично высказал тезис о том, что войны между Востоком и Западом можно избежать. Все это можно рассматривать даже как теоретическую основу для процесса разрядки, начавшегося после 1953 года: Послание Сталина Западу было направлено на то, чтобы корейская война не рассматривалась как подготовка к советскому вторжению в Западную Европу, поскольку Кремль по-прежнему был заинтересован в сохранении европейского статус-кво, установленного в 1945 году. Той же цели могла служить речь легендарного советского пропагандиста Ильи Эренбурга, произнесенная несколькими месяцами ранее, в ноябре 1950 года, в которой он провозгласил важность мирного сосуществования.
Интеграция Венгрии в советский блок, формально установленная осенью 1947 года, могла быть осуществлена без особых трудностей после августовских выборов 1947 года. На международном уровне это означало, прежде всего, присоединение к определенному виртуальному военному пакту, состоящему из двусторонних договоров. В 1947-1949 годах Венгрия заключила двусторонние договоры о дружбе и сотрудничестве со всеми странами-членами советского блока: с Югославией - в декабре 1947 года, с Румынией - в январе 1948 года, с Советским Союзом - в феврале 1948 года, с Польшей - в июне 1948 года, с Болгарией - в июле 1948 года. С Чехословакией договор был подписан только в апреле 1949 года из-за репрессивной политики пражского правительства по отношению к венгерскому меньшинству.
Во внутренней политике объединение двух рабочих партий в июне 1948 года открыло путь для адаптации сталинской политико-экономической модели. Введение однопартийной системы и плановой экономики - полная национализация промышленности, банковского сектора и торговли - было завершено к 1949 году. Советизация образования, культуры и науки была завершена к 1950-51 гг. Все эти преобразования поддерживались привлечением большого числа советских советников. Примечательно, однако, что странам Центральной и Восточно-Центральной Европы не пришлось полностью перенимать советскую модель - в них сохранялись парламенты и действовали зонтичные организации типа Народного фронта, имитировавшие многопартийную систему. (В СССР такого не было.)³⁸ Кроме того, в некоторых странах, таких как Польша, Чехословакия и ГДР, даже некоторые из так называемых партий-попутчиков могли продолжать свою деятельность, им "всего лишь" нужно было принять руководство Коммунистической партии и "программу построения социализма". Подобные партии, такие как Национальная крестьянская партия и Партия мелких землевладельцев, все еще участвовавшие в выборах 1949 года, не были официально запрещены и в Венгрии, однако, по современным понятиям, они просто "канули в Лету".
С осени 1947 года возможности для внешнеполитического маневра Венгрии резко сократились, а с 1948 года внешние отношения страны стали характеризоваться полным подчинением Советскому Союзу. Параллельно с формирующимся культом личности Ракоши его привилегией стала связь с "Центром" в Москве, то есть со Сталиным. Основным средством связи после 1949 года была телеграфная связь, а также специальная секретная телефонная линия без подслушивания. В то же время Ракоши посчастливилось неоднократно лично консультироваться со Сталиным: в период с 1949 по 1953 год нам известно о девяти таких встречах, в основном в Москве или в других местах Советского Союза.
Из имеющихся документов вырисовывается образ особо инициативного Ракоши, как будто пытающегося просто подтвердить современный лозунг "Ракоши - лучший венгерский ученик Сталина". На самом деле он старался не обращать внимания на прилагательное "венгерский", поскольку действительно хотел играть видную роль во всем советском блоке. Его амбиции были не совсем беспочвенны: согласно принципу "одноглазый - король среди слепых", после 1949 года в советском блоке было не так много соперников. Болгарин Димитров, герой Лейпцигского процесса 1933 года, игравший видную роль в международном коммунистическом движении, умер в 1948 году. Югослав Тито, благодаря своей выдающейся роли и военным успехам во Второй мировой войне, втайне мечтал о должности гауляйтера региона. Однако теперь он стал более ненавистным врагом, чем сам американский президент Трумэн. Восточный немец Вальтер Ульбрихт также имел заметную историю рабочего движения, но, к его несчастью, в 1949 году он стал лидером советского марионеточного государства ГДР, которое не было признано никем за пределами советского блока и поэтому не имело большого международного авторитета. Георге Георгиу-Деж в Румынии был "домашним" коммунистом, никогда не жившим в Советском Союзе, что всегда считалось большим недостатком в Кремле, тем более что он вел постоянную междоусобную борьбу с фракцией москвичей в своей партии, которая закончилась только в 1952 году, со смещением Аны Паукер. Наконец, Бирут в Польше и Червенков в Болгарии были новичками; оба стали лидерами только в 1948 году, сменив Гомулку и Димитрова соответственно.
В то же время Ракоши мог похвастаться известным международным героическим прошлым: он был членом руководства недолговечной Венгерской советской республики 1919 года, а с 1920 по 1924 год представлял Коминтерн в нескольких европейских странах, занимая с 1921 года пост одного из секретарей этой организации. В 1924 году он нелегально вернулся в Венгрию, где в 1925 году был приговорен к восьми годам тюремного заключения. Его речь, произнесенная в последнем слове на суде, сделала его всемирно известным, а лозунг "Освободите Ракоши" стал широко популярным требованием европейского рабочего движения. В общей сложности он провел в тюрьме в Венгрии шестнадцать лет. Поскольку в то время, после пакта Молотова-Риббентропа от августа 1939 года, Советский Союз был квази-союзником нацистской Германии, Сталин хотел сделать дружеский жест в сторону венгерского правительства, поэтому в октябре 1940 года Ракоши был освобожден (вместе с Золтаном Вассом) в обмен на знамена, захваченные в качестве добычи во
