— В итоге, — Рыжая хихикнула, — Варварскому кругу пришлось хорошенько раскошелиться на услуги жрецов-целителей. Кучу времени потеряла: полтора дня в палатке исцеления провалялась…
— Мда, — тщательно скрывая улыбку, произнес Ланс, — не повезло тебе.
— Не повезло, — вздохнула Мэри Сью, — а ведь могло все по-другому выйти!
— Я вернулся, — о конторку стукнулся небольшой кошель. Тьма из-под бирюзового капюшона «уставилась» на Рыжую. — Думаю, название «Неудачники» вам удачно подходит.
В голосе Бирюзового звучало абсолютное равнодушие, но Рэм почему-то подумал, что гильдиец посмеивается над ними. И в большей степени над Мэри Сью.
Получено 11 очков опыта.
— О! Опыт! — воскликнула Рыжая и тут же подозрительно глянула на Бирюзового. — Что-то мало. Мы носились по канализации, убивали крыс, боролись со слизью и нам дали всего одиннадцать очков опыта?
— Больше не положено, — пожал плечами гильдиец.
Мэри Сью нахмурилась, но вступать в спор не стала. Ее больше заинтересовал Ланс, успевший сунуть нос в кошель с наградой.
— Сколько нам досталось, а? А?
— Четыре рубленки и восемь гросов.
— Мало! — возмутилась Рыжая. — Мы так будем долг несколько лет отдавать!
— Не забывай, — улыбнулся Ланс, — надо еще щит твоему другу купить. Взамен поломанного.
— Что? Этому увальню? Этому безрукому ротозею? Да ни за что! Не надо ему щита! Пусть голыми руками дерется! И не друг он мне теперь! Слышите? Не друг! — Рыжая сложила руки на груди и недовольно переводила взгляд с одного на другого.
Возмущение Мэри Сью выглядело настолько комично, что первой прыснула Мичи, а за ней засмеялись все остальные. Они смеялись. Бирюзовый хмыкнул что-то невнятное и ушел. Ушли и другие искатели приключений. В зале почти никого не осталось, а Неудачники стояли и смеялись. Смеялись до слез. Смеялись до колик в животе. Смеялись не над Рыжей, не над Рэмом. Скорее смеялись от того, что одиночество уходит, что они стали группой, что теперь есть на кого положиться. Они смеялись, избавляясь от накопившегося напряжения, оставляя позади тягостное прошлое. Они смеялись в надежде, что в будущем у них все будет хорошо.
— Пошли, — Ланс встряхнул полученный кошель, — отметим наш первый успех!
Глава 5. Самый обычный день
Рэм проснулся. В щель между неплотно прикрытыми ставнями било утреннее солнце. Йерк — сосед по комнате — еще спал. Прошла всего неделя, как Рэм стал частью Неудачников, но некоторые особенности поведения товарищей по оружию стали гораздо понятнее. Йерк, например, предпочитал подольше поспать, зато вечера он частенько проводил, изучая книги, взятые из библиотеки. Рэм пару раз заглянул в них и понял, что такие сухие и скучные тексты о магии, сопровождающиеся нечитаемыми схемами, не для него. Воина больше привлекали истории о новых землях да героических свершениях!
Рэм соскочил с кровати и потянулся. Пара приседаний, пара наклонов, пара бесшумных прыжков — и спящие мышцы стали пробуждаться. Рэм оделся и, тихонько прикрыв за собой дверь, выскользнул в коридор. Под ногой противно скрипнула половая доска. Ланс нашел отличное место для проживания: относительно дешевое — всего полтора талера в месяц; вместительное — четыре жилых комнаты (одну из которых рачительный Ланс отвел под кабинет), чулан-кладовая, кухня, чердак и подвальчик; в хорошем районе — дом находился на окраине Торгового района; с водой — в небольшом дворе нашлось место колодцу; с некоторыми удобствами — в углу, между оградой и стеной дома хозяин возвел небольшую деревянную будку с вырезанным на двери сердечком.
Единственной проблемой оказалась обветшалость дома: скрипящие половицы и двери, обшарпанные стены и протекающая крыша. С последней Рэм и познакомился поближе два дня назад во время сильного дождя. Сперва вода проникла сквозь кровлю, затем по стропильной балке стекла на пол чердака, а после — оказалась в кровати Рема, намочив одеяло и тюфяк. О сне пришлось позабыть. А весь следующий день Рэм занимался ремонтом кровли. Кстати! Надо бы лестницу соседям вернуть!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В кухне никого. Через распахнутые ставни в дом проникали звуки пробуждающегося города и теплые лучи летнего солнца. В очаге тлели головешки. В котелке на столе остывала каша. Да, Ланс уже встал. Распорядок дня лидера группы Рэм выучил наизусть. Сложно его не выучить, если Ланс изо дня в день действовал одинаково: подъем на рассвете, приготовление завтрака, утренний выход в город с обязательным посещением рынка и Гильдии, возвращение домой и завтрак со всеми, тренировка во дворе, дневной выход в город с непременным посещением Гильдии, ужин, подбивка баланса за день в кабинете, сон. За неделю лидер ни разу не отступил от разработанного плана. Казалось, что внутри улыбчивого и доброжелательного жреца не плоть и кровь, а шестерни и зубчатые колесики.
В животе забурчало. Рэм оторвался от разглядывания котелка с кашей и вернулся в коридор. Прислушался. Тишина. Дом спал. Рэм вздохнул: хотелось есть, но устраивать утреннюю трапезу в одиночестве желания не было. Осторожными шагами, стремясь избегать скрипящих половиц, Рэм прошелся по коридору и оказался во дворе.
Яркое солнце. Помятая травка. Низенькая покосившаяся оградка, упасть которой не давали массивные столбы, хорошенько вбитые в землю. Небольшая грядка у ограды, на которой Йерк высадил какие-то редкие семена. Заросшая дорожка к воротам. Колодец, на вороте которого весело щебетала пара птиц. При появлении Рэма птицы вспорхнули и полетели искать более спокойное место. Рэм вдохнул утренний воздух, наполненный запахом свежего хлеба и вонью жженого угля. Кирпичники в соседнем квартале заканчивали обжиг.
Над головой простиралось голубое безоблачное небо. Где-то высоко-высоко кружили птицы. И даже крики соседей не могли изгнать из Рэма чувство какой-то безмятежности.
Мимо ворот прокатилась груженая телега. В этой части города телеги ездили не часто. Рэм несколько мгновений смотрел перед собой, пытаясь понять, что именно ему показалось странным, а потом выскочил на улицу и посмотрел вслед мчащейся телеге. И впрямь… Не показалось. Лошадь, телега да и груз на ней выглядели достаточно безобидно. Мужичок, управляющий телегой и носящий гордое имя «Погонщик Том», тоже не казался опасным. По крайней мере, на первый взгляд. Если бы не черная табличка с красными полосками, то Рэм бы и не подумал, что этот тощий мужичонка может представлять угрозу.
Безмятежность ушла, как будто ее и не было. Рэм проводил телегу взглядом, дождался пока она скроется за поворотом и лишь тогда облегченно вздохнул. Удивительно, сколько он ни ходил по городу, а таблички с именами жителей выглядели примерно одинаково: серого цвета, темная окантовка, в центре написано имя, никакой опасности. А тут…
От мыслей Рэма оторвал тычок в спину и веселый окрик:
— Чего стоишь? Охраняешь?
Рэм с трудом устоял на ногах и обернулся. Как и ожидалось, за спиной оказалась Рыжая. Раскрасневшаяся, улыбающаяся, довольная жизнью и пробежкой. Еще одна ранняя пташка. Вставала она примерно в то же время, что и Ланс, но если лидер занимался хозяйством, то Мэри Сью устраивала пробежки по городу, не забывая влипать во всяческие истории. К примеру, три дня назад она полезла разнимать дерущихся мужчину и женщину. Ну как дерущихся. Мужчина отвесил женщине две сильные затрещины, и та, упав в пыль, горько завыла. Сердце рыжеволосой не выдержало эдакой несправедливости, и она, несколько раз хорошенько стукнув мужчину, уронила на землю уже его. Так на Рыжую накинулись и избитая женщина, и прибежавшая на ее зов стража. Пришлось Мэри Сью хорошенько побегать по городу, а потом до вечера прятаться в грязных и вонючих переулках. И как она на крысу там не наткнулась-то?
— Давно я в салочки не играла! — заявила она тогда, явившись домой прямиком к ужину. Бесшабашность и какая-то детская наивность. Ее совершенно не смущали ни кровоточащие ссадины, ни разодранные вещи, ни грязь, ни вонь. Мэри Сью просто радовало то, что она совершила правильное дело. А то, что оно осталось никем не оцененным… Что ж… Тем хуже для ценителей!
