прокатился по столу. Селестин прервала его волну, нахмурившись вместо того, чтобы присоединиться.
Вчера он чуть не растерзал меня, но раньше он так ко мне не прикасался. Конечно, не на глазах у своих друзей.
Стиснув зубы, я положила два куска мяса на его тарелку и протянула ему. Мой росчерк не выглядел бы неуместным ни на одном из моих выступлений.
Селестин была следующей. Она взяла свою тарелку и потянулась за ложкой, чтобы налить себе.
Рука принца протянулась над ее тарелкой и с предупреждающим видом поставила ее на стол.
Поджав губы, она хмуро смотрела на него в течение долгих секунд, прежде чем, наконец, откинулась на спинку стула.
На челюсти принца дрогнул мускул, и он мотнул подбородком в сторону стола, показывая мне, чтобы я продолжала. Я обслужила ее.
Следующий коснулся моей спины и воскликнул о том, какая я маленькая, но в остальном оставил меня в покое. Аня погладила меня по волосам и пробормотала «спасибо», как я подозревала, слишком тихо, чтобы принц услышал. Я обходила стол, не прибегая ни к чему худшему, чем затяжные прикосновения к моей талии или спине и плотоядные взгляды. Возможно, они не совсем доверяли разрешению принца поиграть с его игрушкой.
Возможно, дело было в том, как он наблюдал за едой, не сводя с меня пристального взгляда.
Стул пустовал, поэтому я направилась к следующему, к креслу Рорка. Он откинулся на спинку, расставив ноги, улыбка стала еще шире. Поскольку у него не было зрачков, часто было трудно сказать, куда направлены его черные глаза. Но не сейчас.
Они запали мне в душу.
Затем широкая грудь преградила мне путь, и когда я подняла глаза, то увидела, что Кадан улыбается мне сверху вниз.
— Я следующий. — Он скользнул на свободный стул и указал на свою тарелку, встав между мной и Рорком.
Судя по взгляду, которым он одарил меня, я не сомневалась, что рогатый фейри планировал в полной мере воспользоваться разрешением своего принца, но Кадан вмешался, в буквальном смысле. Он не спас меня, но он дал мне короткую отсрочку.
Моя улыбка, когда я обслуживала его, была искренней.
Под пристальным взглядом принца он обнял меня за плечо.
— Спасибо, Зита.
— Называй ее «питомцем». — Голос принца прогрохотал над столом, снова позвякивая люстрами.
Кадан прочистил горло и склонил голову.
— Конечно, Сефер. — Его рука скользнула к моему затылку, щекоча мягкие волоски там.
Когда я поставила перед ним полную тарелку, его прикосновение осталось, удерживая меня на месте, в то время как его взгляд задержался на моем. Его грудь глубоко вздымалась и опускалась, и медленная улыбка приподняла уголки его рта. — Спасибо тебе, Зи… питомец. — Что-то в его темно-синих глазах было мягким, напомнив мне тот момент в лесу, когда он дал мне мазь.
Я кивнула в знак подтверждения. Я бы поблагодарила его за мазь — я хотела — но сомневалась, что принц знал, и это наверняка навлекло бы на Кадана неприятности.
Собравшись с духом, я перешла к Рорку. Он откинулся назад, расположившись так, что мне пришлось бы встать у него между ног, чтобы дотянуться до тарелки.
Как восхитительно.
Однако я и раньше сталкивалась с такими людьми, как он, и зарабатывала на них хорошие деньги. Я не собиралась позволять ему запугивать меня, как будто я дрожащее существо, боящееся прикоснуться к такому большому сильному мужчине. Я позволила себе улыбнуться самодовольному, саркастическому тону в своей голове, и он, должно быть, удивился моему выражению, потому что между его бровями промелькнула морщинка.
Когда я наклонилась над столом, чтобы дотянуться до первого блюда, его рука легла мне между лопаток.
— Спасибо тебе, Сефер, — сказал он, когда его прикосновение прошлось по моей спине, — за то, что ты так великодушно поделился таким великолепным видом.
По моей коже побежали мурашки. Я не была уверена, было ли это от его слов или от его прикосновения, но это определенно было от него.
Среди звуков еды я уловила слабый звук рвущейся ткани. По моей коже прошлись острые когти. Он разорвал мое платье, и его рука не замедлила опускаться.
Глубоко вздохнув, я продолжила накладывать еду ложкой на его тарелку. Искушение плюнуть на это бурлило в моих венах, но принц наблюдал за мной, не мигая, забыв о еде, все еще держа нож и вилку в руках.
Рорк дотянулся до моей задницы и сжал, обхватив пальцами прямо под ягодицей. Я ахнула от пяти точек боли, пронзивших меня там, где его когти прорвали мою кожу. Секунду спустя я овладела собой и вернула улыбку на место, но было слишком поздно. Он уже смеялся.
Это распространилось по группе, пропустив Селестину и лишь слегка коснувшись Кадана.
Принц сидел очень тихо. Мускул на его челюсти дернулся, и на мгновение мне показалось, что он собирается перегнуться через стол и убить меня, но его губы медленно изогнулись.
Однако никто не сказал его глазам, что он улыбается. Они оставались пустыми, когда он выпрямился и отложил столовые приборы.
Смех Рорка сменился хихиканьем, и он снова сжал мою плоть.
— А я-то думал, что она ни на что не отреагирует. Жаль, но я собирался попробовать в другом месте. Может быть, мне все же стоит. — Он повернул руку, пальцы блуждали у меня между ног, его цель была безошибочна.
Скрипнув зубами, я положила ему на тарелку кусочек говядины и стала ждать.
Принц фыркнул и хлопнул ладонью по столу. Все тарелки подпрыгнули. Бокал опрокинулся, и малиновое вино потекло по белой скатерти. Рорк замер на волосок от моей киски.
— Это занимает слишком много времени. — Принц указал пальцем на Кадана, но его желтые глаза не отрывались от меня. — Верни слуг. Маленькая птичка, иди сюда.
Я постаралась не показать своего облегчения, когда выпрямилась и вышла из пространства Рорка.
Но мое облегчение было недолгим, потому что принц медленно-медленно улыбнулся, и на этот раз улыбка коснулась его глаз, сверкающих и лукавых.
— Мне следовало быть более конкретным. — Он наклонился вперед, сцепив пальцы на столе домиком. — Подползи ко мне на четвереньках.
Снова? Как будто это могло меня беспокоить.
— Конечно, Ваше Высочество, — сказала я с театральным поклоном.
Пара фейри резко выпрямились. Если не считать моего «ошейника», это был, вероятно, первый раз, когда они услышали, как я говорю.
Как будто это была сцена, а не просто столовая, я опустилась на колени с грацией танцовщицы и проползла вдоль стола. Подняв голову, я хлопала ресницами, глядя на свою аудиторию, пока не завернула за угол и не увидела принца. Затем я сосредоточилась на нем с натянутой улыбкой.
Сломать меня? Невозможно.
Я собиралась разорвать его на куски и сожрать к чертовой матери.
ГЛАВА 17
Ухмылка принца не дрогнула, когда он выдержал мой взгляд, но
