Ее лицо горело, когда она спрашивала себя, действительно ли она женщина без морали и не ясно ли это сразу же опытному мужчине.
Возможно, только теперь Торн увидел, кем она, в действительности, была. Она еле сдерживала слезы и бросилась к своим родителям.
— Какая ты красная, Трилби! — воскликнула Мери, смеясь. — С тобой все в порядке?
— Я плохо себя чувствую, — сказала Трилби без всякого объяснения, прижимая тонкую руку к животу. — Мне очень жаль, но не можем ли мы уехать отсюда?
— Конечно, дорогая, — Мери обняла ее за плечи, и они пошли искать Джека. Через несколько минут они уже ехали по пыльной дороге на ранчо Блэквотер Спрингс.
Трилби сидела на заднем сиденье с Мери и Тедди. Ее брат без остановки возбужденно обсуждал увиденное, а Джек Лэнг громко делился впечатлениями о фиесте с Торном, стараясь перекричать шум мотора.
Она была рада, что все закончилось. Она приедет домой и попытается успокоиться до приезда Ричарда. Она должна помнить, что любит его. Может быть, она и не может устоять перед этим дикарем, но ее сердце принадлежит только Ричарду. Она откинула голову и закрыла глаза. А что, если Ричард догадается, что она легкомысленная женщина? А что, если это видно по ней? Позволить Торну ласкать ее таким образом могла только падшая женщина.
Она мучила себя этими вопросами еще долго после того, как молчаливый Торн проводил их до двери и отправился домой со своей маленькой дочкой.
Лайза Моррис услышала, как хлопнула дверь.
Она молча смотрела, как Дэвид снял фуражку и китель, бросив их на стул. Машинально она начала их чистить, но слой пыли был таким плотным, что ей никогда не удавалось вычистить одежду полностью. Ее внимание привлек длинный черный волос и запах духов. Дешевые духи. Она нахмурилась. Она была блондинкой и никогда не пользовалась духами.
Не взглянув на мужа, Лайза со скрытым отвращением повесила китель обратно.
— Ты не был на службе?
— Да. Делал объезд в поисках мексиканцев, — зевнув, сказал он. — Я устал.
— Ты ездил на границу?
— Около Дугласа, — он с любопытством взглянул на нее. — А что?
— Мне интересно, видел ли ты каких-нибудь мятежников? — уклонилась она от ответа.
Он засмеялся. А он подумал, что Лайза его подозревает! Да как она может узнать о Селине?
— Я их никогда не видел. Они, как призраки. Как лисы, как дым на ветру. Спроси любого.
— Да, я понимаю, — у нее все болело.
Она знала о том, что в Дугласе у него есть женщина. Жена одного из офицеров, хитрая неприятная женщина, рассказала ей о Селине. Она не знала, что Лайзе давно было безразлично, чью постель согревает ее муж. Лайза устала от него, устала от жизни. Ее отбившийся от дома муж даже не подозревал, что она тайно готовила документы для развода. Бумаги вскоре должны быть готовы, а она представления не имела, как он будет реагировать на это. Она боялась его гнева, но больше не могла терпеть это унижение. И просто хотела быть свободной.
— Дэвид, — спокойно начала Лайза, — я хочу вернуться на Восточное Побережье.
Он резко повернулся, пораженный.
— Что?
Она сжала руки, бледная, но решительная. Ее лицо не выдавало внутреннего волнения, которое она испытывала, в больших глазах были боль и укор.
— Я сказала, что хотела бы вернуться в Балтимор. У меня там есть кузина, которая позволит мне жить у нее.
— Кузина Хэтти, — сказал он презрительно. — Которая сделает из тебя рабыню.
Она гордо подняла голову.
— А разве здесь я не рабыня? — ее голос сорвался. — Содержу дом в порядке, пока ты навещаешь свою любовницу и возвращаешься ко мне, благоухая дешевыми духами?
Если бы она разозлилась, кричала или делала что-то еще, он мог бы тоже высказать ей свои претензии и обвинения, но она говорила спокойно и почти безразлично, ее лицо не выражало никаких эмоций.
Он покраснел от стыда, когда посмотрел на нее.
— Вы изгнали меня из своей постели, когда потеряли ребенка, мадам, — напомнил он ей. — Мужчина не может долго жить без этого.
— Но ты никогда не хотел меня, Дэвид. Никогда, — она опустила глаза.
Это была правда, и это было очень больно.
— Возможно, я устал заниматься любовью с манекеном.
Она не реагировала. У нее просто не осталось для этого сил. Она растеряла их в этой жестокой стране много лет назад. Она потеряла здесь молодость и своего ребенка. Ей не нужен был Дэвид, но ей нужен был ребенок.
— Ты женился на мне, потому что твоим командиром был мой отец, — сказала она. — Мы это оба хорошо знаем. Ты не любил меня, но притворялся, что любишь, пока не добился продвижения по службе. Ты продолжал притворяться, пока не получил звание, после того как мой отец умер, у тебя уже не было необходимости притворяться. Но офицер не должен разводиться со своей женой, не так ли, Дэвид? Не должен, если он хочет получить следующее звание. Ты понимаешь… — она усмехнулась, увидев, как он покраснел. — Я знаю тебя очень хорошо. Как и мой отец, но, к сожалению, тогда я не хотела слушать его.
Он не мог отрицать того, что она сказала. Это была правда. Он никогда не любил ее. Она была холодной и неласковой в постели. Даже ее беременность не пробудила в нем нежных чувств. Он не любил ее. Он был виноват в том, что притворялся. Ее отец был богатым и влиятельным, а он был бедным и тщеславным. Женившись на Лайзе, он мог быстро продвинуться по служебной лестнице. Но позже женитьба на нелюбимой женщине омрачила триумф его военной карьеры.
— Ты не должна была выходить за меня замуж.
— Я понимаю, — она изучала его красивое лицо, в его лице была печаль, которую она раньше не замечала. — Я знала, что не всякий мужчина женится на мне ради меня самой, — сказала она. — Звание моего отца было единственным моим преимуществом. Это правда. Я не всегда была несчастливой. Честно говоря, были времена, когда я думала, что люблю тебя. Но нам лучше всего расстаться. Я не могу жить с тобой, Дэвид, зная о… о ней.
Он медленно и тяжело вздохнул.
— Ты никуда не поедешь, — возразил он холодно. — Пусть я буду проклят, если ты уедешь! Ты принадлежишь мне.
— Я не собственность.
— Нет, ты собственность, если я говорю так, — ответил он. — У тебя нет собственных денег, а я их тебе не дам. Как ты собираешься добраться до Мерилэнда?
— Почему ты не разрешаешь мне уехать? — заплакала она. — Я тебе не нужна.
— Ты моя жена, — жестко возразил он. — А я здесь командир. И не хочу, чтобы обо мне сплетничали.
— Ну что ж. Ты не против, если я убегу, чтобы это на тебе не отразилось?
Он скрипнул зубами.
— Тебе не на что жаловаться. У тебя есть дом, прекрасная репутация и много красивых платьев.
— Я вижу, ты считаешь, что все это скрашивает мою жизнь, в то время как ты веселишься с этой проституткой?
