Последней каплей было то, что Ричард сел в машину не с Трилби, а со своей кузиной, сестрой и братом. Сердце у Трилби было разбито, но она старалась не показывать этого. Мери все поняла. Она ободряюще улыбнулась, но Трилби все равно хотелось плакать. Все ее надежды были связаны с приездом Ричарда. Совсем ничего не изменилось. Перед ее взором предстал Ричард. Он вежливо улыбался и смотрел сквозь нее.
Поездка на ранчо была длинной и утомительной. Трилби сидела, сжавшись, на переднем сиденье. Ричард обнял Джулию за плечи, как только они сели в автомобиль, и все еще не убрал руки. Трилби видела это сквозь пыль, когда оглядывалась.
А она так долго мечтала об этом визите…. но теперь боялась, что это может превратиться в сплошной кошмар. Ричард был вежлив, и ничего более. Он вел себя, будто и не соскучился по ней за долгое время разлуки.
Они достигли перекрестка недалеко от их ранчо, когда их догнала группа всадников. Трилби залюбовалась стройными всадниками, но разозлилась, когда поняла, что это были люди с ранчо Лос Сантос во главе со своим насмешливым красивым хозяином.
— Торн, как я рад видеть тебя, — приветствовал его Джек Лэнг.
— Что привело вас сюда?
— Мы сопровождаем вас, — уклончиво ответил Торн. Он перевел взгляд с Трилби, напряженно сидящей на переднем сиденье, на красивого молодого человека и остальных пассажиров во втором автомобиле, и его глаза сверкнули. Он сразу все понял. Все его страхи моментально рассеялись, хотя Трилби выглядела так, будто умерла ее любимая собака.
— Совсем недавно на границе был инцидент, — добавил Торн, — многим в округе известно, что у вас гости с Восточного Побережья. И я подумал, что вам будет спокойнее, если мы будем поблизости.
— Да, конечно. Большое спасибо, — улыбнулась ему Мери. — Торн, позвольте представить вас нашим гостям.
Автомобили остановились, и они с Трилби вышли из машины. Торн спешился, и все трое подошли ко второму автомобилю.
Трилби с интересом наблюдала за их реакцией. Глаза Сисси были широко раскрыты от удивления, когда она осматривала эту группу мужчин. Среди них были апачи, и глаза ее загорелись еще большим любопытством.
Сисси училась в колледже на севере страны. Она жила у своей двоюродной бабушки. Сейчас были каникулы, и это позволило ей принять предложение Трилби погостить у них. Она увлекалась антропологией, изучала культуру индейцев. Но особенно ее интересовали апачи. Ее преподаватель, профессор, много знал о них и снабжал ее книгами и статьями об апачах. Она не пропускала информации о них, читала все, что попадалось в библиотеке колледжа, но здесь перед ней был живой представитель этого народа. И не только живой, но и по-мужски такой красивый, что сердце девушки екнуло.
Он был очень высок, это было видно, даже когда он сидел верхом на лошади. У него были длинные густые волосы до плеч, прямые, черные и блестящие, как вороново крыло. Ветер слегка растрепал их, цветная лента вокруг лба не давала им падать на глаза. Он был хорошо сложен, и выглядел очень сильным. Широкую грудь прикрывала голубая клетчатая рубашка, сильные ноги обуты в мокасины. Он носил леггинсы, которые обтягивали его мускулистые бедра. Руки, лежащие на луке седла, были прекрасны. Она залюбовалась длинными смуглыми пальцами.
Его лицо было поистине произведением искусства. Высокие скулы и прямой, как стрела, нос, большие темные глаза. Губы, тонкие, не как обычно у индейцев, высокий лоб, квадратный подбородок. Сисси подумала, что могла бы смотреть на него всю жизнь.
Наки сразу почувствовал пристальное внимание к нему белой женщины, но притворился, что не замечает этого. У апачей считается дурным тоном обращать внимание на женщину на людях. Их строгие моральные правила включают множество табу. Несмотря на образование и многие годы, проведенные в обществе белых, он оставался апачи.
Но, конечно, он заметил белую женщину. Она была высокой и стройной. Носила очки. Ему было интересно, является ли это признаком ума. Иногда у него возникала потребность поговорить с образованной женщиной. Он любил свою умершую жену-мексиканку, но ее словарный запас был ограничен, она могла говорить только о них самих и о том, что их окружает. У нее не было никакого образования. Интересно, как бы он чувствовал себя, если бы смог поговорить с женщиной о поэзии По и Торея. Он засмеялся про себя. Эта женщина, наверное, одновременно и напугана, и заинтересована им. Она, возможно, думает о нем; как большинство белых людей: бедный, жалкий, безграмотный дикарь. Ему нравилось играть эту роль по единственной причине — ему нравилось смотреть на лица своих обидчиков, когда он цитировал Тацита или Геродота или декламировал стихи английских поэтов девятнадцатого века.
— Извините меня, мистер Вэнс, — голос Сисси звучал очень мягко, ее зеленые глаза казались огромными за стеклами очков в небольшой металлической оправе. — Но… он апачи? — она кивнула в сторону Наки.
— Да, он апачи. Не волнуйтесь, апачи сейчас совсем не враждебны, несмотря на ужасные истории, которые вам рассказали в поезде, — заверил ее Торн. Он подал знак Наки, и тот подъехал к ним.
Апачи выглядел величественно, его красивое лицо было, как бронзовая маска, но темные глаза, которые смотрели мимо Торна, искрились весельем и озорством.
— Это Наки, — представил его Торн стройной девушке с Востока страны. — Наки, это мисс Сиси Бейтс. Она из Луизианы.
Наки стало не по себе от взгляда этих зеленых глаз. Его чувства к женщинам умерли с тех пор, как не стало Кончиты, и он не хотел ничего менять в своей жизни, не хотел показать свой интерес. Как плохой актер, он дотронулся рукой до груди и поклонился.
— Уф, — произнес он на плохом английском. — Мне счастлив хороший отдых!
У Торна брови поползли вверх, а один из ковбоев прикрыл рот рукой. Джек Лэнг тоже с трудом сдерживался, чтобы не испортить представление. Он же слышал раньше, как прекрасно Наки говорит по-английски, но если индеец хочет держать это в секрете, это, его личное дело.
Сисси, восхищавшаяся его прекрасной внешностью, была полностью разочарована. Она ожидала большего от такого элегантного мужчины. Ну что ж, она тоже сыграет роль обычной белой женщины. Это может задеть его самолюбие, но она хотела, чтобы он ее запомнил, хотя не могла сказать, почему.
Бесполезно сближаться с таким мужчиной, как он. Такие отношения ни к чему не приведут. Даже если бы она и заинтересовалась им.
— Ох… Он… Мистер Наки не снимает скальпы с людей, не так ли? — спросила она Торна громким шепотом. Глаза индейца странно сверкнули, как будто он сдерживал смех. Какие все же у него умные глаза.
Однако Торн нахмурился.
