— Этот краснокожий — просто загадка, — ответила девушка спокойно. — Ты видел, как смеялись его глаза, когда она разговаривал с мистером Вэнсом? Держу пари, что он разыграл нас. Я не думаю, что он так глуп. Да, я считаю, что он разыграл нас.
— Сисси, большинство индейцев не такие умные, как профессора в колледжах, — мягко возразил ее брат.
— Большинство — да. Но не этот. — Она прикусила нижнюю губу. — Бен, разве он не великолепен? Я никогда не видела никого, похожего на него.
— Будь осторожна. Существуют определенные расовые предрассудки. Не нарушай их. Ты знаешь, как к этому относится Ричард.
— Ричард пусть заткнется, — ответила Сисси. — Я хочу знать больше об этом помощнике мистера Вэнса.
— Будь осторожна, хорошо?
— А вы слышали, что сказал этот краснокожий парень о Сисси? — вдруг проворчал Ричард. Он взглянул на сестру. — Это оскорбительно.
— О да, — она поправила соломенную шляпку и улыбнулась в ответ. — Я уверена, он измерял мой скальп.
— Ты провела полжизни в музеях, рассматривая старые фотографии и рисунки индейцев, — Ричард явно сердился. — Но я рад, что, в конце концов, ты начинаешь все понимать. Индейцы совсем не романтичны, они грязные, необразованные и наглые.
— А ты сноб, — возразила Сисси высокомерно. — Я студентка антропологии. Меня интересует культура древних народов.
— Вот как? Тебе нужно поговорить с Торном, — сказал Джек Лэнг. — У него друг антрополог.
— В самом деле? — обрадовалась Сисси.
— Да. Его фамилия МакКолум. Каждое лето он приезжает сюда на раскопки. Торн хорошо со всем этим знаком.
— Не могу поверить, — поразилась Сисси. — Это же мой профессор антропологии! Доктор МакКолум!
Трилби засмеялась.
— А ты никогда не писала об этом в своих письмах.
— Я приберегала это до нашей встречи, — Сисси лукаво улыбнулась. — Как хорошо, что я здесь.
— Да, как хорошо, что ты приехала, — добавила Трилби. Она взглянула на Ричарда, но тот был занят разговором с Джулией.
— Мистер Вэнс очень хорошо выглядит, правда? — спросила Сисси у Трилби.
— Будь осторожна, Трилби, а то Сисси уведет твоего местного поклонника, — Джулия весело засмеялась, бросив кокетливый взгляд в сторону нахмурившегося Ричарда. — Он похож на дикаря, не так ли? Когда живешь с индейцами и мексиканцами, невольно грубеешь.
Трилби посмотрела на нее, и ей стало нехорошо. Джулия была уверена в себе. Ричард принадлежал ей, и она не собиралась позволить Трилби приблизиться к нему. Если Ричард и заметил ее собственнические замашки, то, казалось, был совсем не против. Он только снисходительно улыбался.
Ни слова не говоря, Трилби направилась к машине. Но, собственно, она и не знала, что ответить. Ричард смотрел ей вслед, и его внезапно осенила догадка. Он хотел что-то сказать, но Джек Лэнг помешал ему. Он поторопил Тедди и Мери, все сели в машину, и шум мотора заглушил все слова.
В нескольких милях от ранчо Лос Сантос семья мексиканских крестьян принимала офицеров Мадеро.
Небольшая покрытая соломой хижина из необожженного кирпича была очень бедна. По грязному полу бегали цыплята. Унылое жилище освещал маленький очаг, на котором жена крестьянина готовила черепах с небольшим количеством муки, привезенной мадеристами.
— Mychas gracias, — пробормотал высокий молодой офицер, когда ему подали блюдо из черепахи с ложкой бобов. Ему не хотелось обидеть хозяев отказом. Они были бедными, но гордыми людьми. Отказ принять эту бесценную пищу означал обиду до конца жизни.
— Для нас честь угостить вас, — крестьянин был искренен. — Ради таких, как мы, вы сражаетесь с Federales.
— Когда-нибудь мы победим, amigo, — горячо сказал мадерист. — Наша цель благородна. Мы отвоюем назад землю, которую захватили у нашего народа эти мерзкие испанцы. Мы заставим этих собак заплатить за то, что они сделали с Мексикой.
— Si, — последовал жаркий ответ.
— А теперь расскажи, какие у вас новости.
— Группа гринго приехала на ранчо Блэквотер Спрингс. Богатые люди с богатого востока страны. Офицер кивнул и задумчиво нахмурился.
— Они не похожи на гринго, который приезжал к patron Лос Сантос? Ученый человек, но небогатый.
— Нет, сеньор, — громко запротестовал крестьянин. — У этих гринго много денег. Mucho dinero. Мой друг Жуан работает на ранчо Блэквотер Спрингс. Он говорит, что собственными глазами видел много банкнот и золотых монет.
— Это интересно, — молодой офицер нахмурился. — Я сообщу об этом в Мексику. В следующий раз мы еще привезем муки, — добавил он, вставая, и улыбнулся. — Может быть, даже кофе.
— Senor, — заплакала жена крестьянина, — мы благодарим вас именем Святой Девы за вашу доброту. В своих молитвах я буду каждую ночь просить Святую Деву защитить и сохранить вас.
— И весь наш народ, — сказал торжественно человек. — Это несправедливо, что у нас почти ничего нет, в то время как хозяева богаты и хотят получить еще больше. Мы вернем себе нашу землю. Мы накормим голодных и вернем народу то, что украли у нас поработители. Мы заставим их заплатить за преступления против нашего народа. Я клянусь вам.
Воспоминания о жестоких сценах заставили его помрачнеть, он видел зверства Federates, которые осуществляли военные операции от имени правительства Диаса. Среди крестьян репутация федералов была ужасной. Они издевались над невинными, убивали женщин и детей, и все от имени правительства Мексики. Правительство, — он обвел сочувствующим взглядом бедное убранство жилища. Разве это правительство, которое заставляет голодать народ и забирает у него все, до последней нитки. Нужно что-то делать. Мадеро именно тот человек, который нужен народу.
— Vayan con Dios, mis amigos, — сказал он, снимая шляпу. — Я передам новости, которые вы сообщили, нашему другу Фанциско Мадеро. Adios!
Ричард сердито бродил по дому, стараясь размять онемевшие ноги. Сисси и Джулия отдыхали, непривычная для этого времени года жара утомила их. Бен ушел с Тедди в амбар к старому техасскому рейнджеру Торренсу послушать его рассказы о диком Западе, от которых волосы вставали дыбом.
Такие вещи Ричарда не интересовали. Он любил охотиться, но у него не было времени слушать сказки старого бесполезного человека.
Трилби с матерью на кухне пекли печенье. Он остановился в дверях, опершись плечом о косяк, и наблюдал за ними. Его голубые глаза с любопытством следили за Трилби. Она изменилась с тех пор, как он видел ее в последний раз. Конечно, она выглядела так же просто, как и раньше, но он забыл, что она все же очень хорошенькая. Джулия была остра на язык и нередко обижала его, характер ее был непредсказуем. Трилби же была ее полной противоположностью. С ней мужчина чувствовал себя выше. Ему нравилось ее молчаливое обожание — как теперь этого не хватало.
