«консалтинговую фирму». Разведать, как там обстоит дело с обслуживанием клиентов, которые обожают эротические игры по телефону. Что стоят сведения о шашнях приятельницы по сравнению с информацией о жизни и смерти? После воскресных походов на базар Натали бывает набита агентурными данными, как компьютер мощной разведки. Разве трудно Лизе изъять из этого ходячего компьютера пару амурных файлов и предоставить их Шуйко?
– Вечер пролетел, как одно мгновение, – причитала Натали, прощаясь с гостями.
– Только неприятности длятся вечно, милая Наталья Сергеевна, – томно сказал Эдик Соболевский, целуя ей руку. – Все приятное – это краткий миг!
Пока Соболевский набивался в бойфренды к бабуле, Шуйко вручил Лизе свою визитку и объяснил, как быстрее всего добраться до его офиса. Контора располагалась в одном из переулков поблизости от Цветного бульвара. «Это не так уж далеко от Мясницкой», – Лиза подумала о «Шахерезаде», и дальнейшие слова Шуйко осветили события яркой молнией на темном небосклоне.
– Мы там недавно, – сказал он, дохнув на Лизу терпкими парами виски. – Не удивляйся, снаружи здание занюханное. Зато внутри – что надо!
– Это большое везение, – машинально сказала Лиза. Ее сердце застучало гулко и с перебоями. Все совпало! Сначала «джип». Теперь смена места базирования фирмы.
Между тем Шуйко продолжал:
– У меня там – пентхаус.
– Вот как?! Это шик!
– Да, внизу официальный кабинет. А прямо из него можно подняться наверх, в комнату для релаксации.
Лиза невнимательно слушала последние слова. Она еще не знала, какую важную, чуть ли не мистическую, роль сыграет расположение Петиного «пентхауса».
Как бы между прочим спросила, заглядывая в визитку:
– Кстати, как называется твое детище?
Если бы Лиза увидела сейчас на бежевом поле витиеватую надпись «Шахерезада», то она упала бы в обморок прямо здесь, в ногах у Шуйко. К счастью, он не был профаном и сменил название. На визитке значилось: сначала «рос», затем «инвест», а после этого шла еще парочка аббревиатур. Это спасло Лизу от обморока. Новое название не ударяло по нервам. Она криво улыбнулась, а он захохотал:
– Название тебе не поможет. Дуй по моим ориентирам – доберешься.
Во время церемонии прощания все обещали нежно и трогательно любить друг друга, часто перезваниваться и многократно встречаться в милом Зараево. Ведь грядет лето!..
Было решено считать этот пикник «разогревом» перед долгим и желанным «концертом».
Лиза и представить не могла, насколько пророческими окажутся последние слова их тусовки… Ждать «концерта» – да еще какого! – оставалось недолго.
Глава 12
Вечером бабуля присела на край Лизиной постели.
– Мне кажется, ты решила пуститься в туманное путешествие…
– Не поняла, – сонно пробормотала Лиза.
– … По дебрям человеческих душ.
«Ты посмотри, отсекла, – внутренне хмыкнула Лиза. – Говорят, что каждый год у человека отмирает по пятьдесят тысяч клеток в мозгу. Это актуально для всех, кроме моей Натали». Теплая волна омыла Лизино сердце. Несмотря на приступ сентиментальности, она сказала ледяным тоном:
– Так надо.
– Частное расследование – это опасное хобби.
– Это не хобби, а долг. И я сделаю все возможное.
– Ладно, – согласилась Натали, как будто ее несогласие могло остановить Лизу! – Только, пожалуйста, сообщай мне хотя бы о наиболее важных этапах этого расследования.
Следующее утро было воскресным. Перед походом на базар Натали получила от Лизы кое-какие инструкции.
Весенний рынок оказался набит слухами также, как свежим редисом и укропом. Бабуля вернулась оттуда с золотистым румянцем на щеках и с ворохом сплетен. Многое из ее щебета Лизу не интересовало, и она приказала:
– Давай об Антоновых!
– Эмму Михайловну скрутил радикулит…
– Ни он, ни Эмма меня не трогают! Что болтают о любовнике Маринки?
– Многое!
– Мне нужна суть.
Выкладывая пучки зелени на кухонный стол, Натали лукаво улыбнулась.
– Во-первых, он не один.
– Как?! – От удивления Лиза села на табурет. – Ты хочешь сказать, что Маринка держит гарем из мужиков?
Натали поморщилась.
– Не будь циничной, Лизок…
– Но ты же сама сказала…
– Я сказала: есть несколько кандидатов на это звание! Марина подолгу торчит теперь в Европе. И в связи с этим называются разные фамилии меценатов, – последнее слово Натали многозначительно выделила.
– То есть любовников, – поддакнула Лиза.
– Это не одно и то же.
– Я считаю иначе. Короче, кто они? – Лиза плотоядно облизнулась.
– Дальние родственники Антоновых называют Егорова.
У Лизы вытянулась физиономия.
– Егоров? Тот самый?! Замешанный в скандале с алмазами?!
– Да!
– Ну и ну! Это же миллиарды!
– Есть и другие претенденты, – напомнила Натали. Выдержав паузу, во время которой Лиза ерзала на табурете так, будто это был противень с горячей пиццей, бабуля сказала:
– Суслин!
– Ого! Финансовый воротила?!
– Но и это еще не все. Соседи из дачи напротив выдвинули свою кандидатуру. Они намекают на Уфимцева!
У Лизы пресеклось дыхание.
– Уфимцев?! Громкое дело о перекачке денег в западные банки через десяток дочерних компаний?! – Лиза жестко отерла лицо ладонью. – Ну и зверинец собрала Маринка! Егоров. Суслин. Уфимцев. Каждая фамилия звучит, как суперхит сезона!
Натали увидела, что бедное Лизино сердце может не выдержать такой нагрузки, и наконец сказала мягким тоном:
– Но и это еще не все.
Сначала Лиза замерла, а потом хрипло проронила:
– Если ты сейчас назовешь владельца компьютерной империи Била Гейтса или какого-нибудь саудовского магната, то я не удивлюсь… Латиноамериканский тип женщин многим по вкусу.
Отрезая редис от зеленых корешков, Натали с искрами смеха в голосе заметила:
– Самую интересную теорию выдвинули другие соседи, с ближней к ним дачи.
– Вот как?! Удалось что-то подглядеть?
– Нет. Удалось сделать выводы. На основе многолетней практики общения с мамашей Эммой Михайловной. – Натали игриво взглянула на Лизу. – Они утверждают, что все это – блеф!
Лиза икнула.
– Блеф?!
– Они говорят, что Антоновы, особенно Эмма Михайловна, всегда сами запускают сплетни о своем процветании. Называются самые громкие фамилии. На какое-то время это дает им карт-бланш в некоторых делах. Ведь Россия всегда верила слухам.
– Так могут говорить от зависти! – Лиза передернула плечами. – Таких красивых женщин, как Маринка, часто оплетают домыслы!
– Но даже таким красивым женщинам частенько приходится самим зарабатывать на хлеб насущный, – назидательно сказала Натали. – Говорят, что она во все лопатки пашет в частных галереях. Когда спустя время какие-то ее полотна продаются, Эмма Михайловна начинает пускать пыль в глаза. Здесь уж по ветру летят громкие имена политических деятелей и всяких там магнатов!
В кухне воцарилась тишина.
– А что? – Лиза с хрустом надкусила сочную редиску. – Блеф – не последнее оружие для беззащитных женщин.
– Я тоже так думаю. – Бабуля загадочно улыбнулась. – Они молодцы: и Эмма Михайловна, и Маринка. Без красивой сказки в наши дни тоже не
