ему было заранее известно, в частности он принимал 107 мм заряды 10–30 года, собранные без тесьмы на крышках, что не давало возможность при стрельбе стрелять с уменьшенным зарядом.
Гранаты 152 мм сталистого чугуна принял непокрашенными ржавыми в количестве 8500 штук, которые без исправления хранил целый год.
Гранаты 152 мм с вложенными детонаторами в которых имелась воздушная пробка. Результатом чего — отказ от разрыва снаряда.
Произвел отправку на завод двух гранат окончательно снаряженными, вместо неокончательно снаряженными, что не дало возможности заводу проверить партию в качестве снаряжения.
В 1937 году принял от мастерской „Б“ 76 мм патроны с порохом марки „СП“, в то время как указанный порох подлежал освежению, в силу этого патроны были некачественными.
В 1936 году отправил по специальному назначению тротиловые гранаты вместо аматоловых.
Забивал имуществом проходы в хранилищах, в что в случае пожара не давало войти в хранилище, чем грубо нарушал противопожарном отношении существующие правила.
В течении 1936 и 1937 года умышленно задерживал отправку образцов на физико-химические испытания, чем умышлено задерживал разгрузку пороховой площадки. подготовляемую как объект для совершения диверсионного акта.
Также задерживал отправку образцов порохов от патронов и зарядов. С целью порчи имущества производил бесцельные переброски из одного хранилища в другое.
2, Коннов А.Н. — принимал от мастерской „Б“ вредительски изготовленные боеприпасы, оформляя актом, что имущество доброкачественное, в то время как ему было известно, что оно вредительски изготовлено.
Разрешал сборку 76 мм патронов из пороха марки СП, который подлежал освежению. Такие патроны являлись недоброкачественными.
Разрешал исправление брака посредством удара молотком по находящемуся в каморе (или камере — неразборчиво) патрону, что приводило к тому что из незначительного брака патроны превращались в негодность.
Давал распоряжения о принятии зарядов без тесьмы, 152 мм гранат с воздушной пробкой,122 мм зарядов с неправильным клеймом, патроны к 76 мм пушке с большим браком.
Смешивал пороха разных марок и годов изготовления, благодаря чему нельзя было определить качество такового и безопасность хранения.
3. Погребной Е.М. — изготовлял и хранил патроны без капсюльной втулки, что может повлечь за собой самовозгорание пороха, а, следовательно, к пожару и взрыву хранилища.
Им были собраны 122 мм заряды из недоброкачественного пороха, которые военсклад № 22 признал негодными, требующими переделки.
Заведомо неправильно подготовлял образцы порохов и зарядов для отправки на физико — химическое испытания, что тормозило разгрузку пороховой площадки и создавало угрозу самовоспламенения пороха.
4. Корольков П.М. В 1936 году являлся ответственным за работу мастерских, с ведома его мастерские изготовляли вредительскую продукцию, которая сдавалась на хранение, а затем рассылалась по войсковым частям.
Разрешал мастерской смешивать пороха разных марок, а потом сдавал их на пороховую площадку, что угрожало порчи (sic!) пороха и угроза его воспламенения.
Привел в запутанное состояния учет и отчетность по мастерским, благодаря чему нельзя установить точное наличие выстрелов и элементов.
Корольков, являясь помначком (слово зачеркнуто) склада, присутствовал на совещаниях, проводимых Булгаковым, где последним давались вредительские установки что Корольковым проводилось в жизнь и следил за их выполнением другими участниками военно-фашистского заговора.
В.: Какие задачи вредительского характера давали вы Немченко, Мирному и Бондаренко, и что ими было выполнено?
О.: Специальных заданий я им не давал. Целью втягивания их в диверсионную работу преследовал создать благополучные условия для моей подрывной контрреволюционной работы, которая возможно была очевидной для них, чтобы они молчали.
В.: Что вам известно о диверсионно-вредительской деятельности на складе № 27 Шляпникова, Ходосько, Белоконя?
О.: О диверсионно-вредительской работе на складе Ходосько, Белоконя и Шляпникова мне известно следующее.
1. Шляпников и Белоконь, будучи работниками мастерской „Б“ умышлено выпускали вредительски изготовленную продукцию, заранее зная, что она будет принята согласно данных установок Булгаковым.
В 1936-м году (это вписано в уже готовый текст) ими было выпущено 76 мм полевые шрапнельные выстрелы в количестве 190000 (или 100000 — так написана одна цифра) штук, из которых 30 % с явным браком.
В 1937 году Белоконь, будучи начальником цеха мастерской „Б“ продолжал выпускать указанные патроны с еще большим процентом брака.
Также ими ремонтировались патроны к полковой пушке 76 мм, которые выпускались негодными.
Производили сборку патронов с порохами марки С.П, благодаря чему патроны не являлись доброкачественными.
Смешивали пороха разных марок, сдавая их на пороховую площадку, чем загружали таковую, этим подвергали порох порче и возможности самовоспламенения с вытекающими отсюда последствиями — пожара и взрыва хранилищ с боеприпасами.
1. Ходосько — давал распоряжения о отправке в войска части имущества из мобзапасов, чем искусственно снижал запасы на мобпериод.
Запутал учет и отчетность, благодаря чему не представлялась возможность учесть наличие имущества и полную комплектность, а также и качественное состояние имущества.
Ходосько выполнял все вредительские установки Булгакова по работе склада — знал о вредительской деятельности других участников заговора, принимая участие в выполнении заданий Булгакова.
В.: Следствию известно, что со склада № 27, благодаря вредительской работе участников заговора, создались благополучные условия к хищению артимущества. Что вы знаете об указанных выше фактах хищений.
О.: Случаев хищения со склада артимущества мне не известно. За все время моей работы на складе расхитителей не обнаруживали».
На сем допрос был закончен.
Подписи следователя и допрашиваемого.
Примечание авторов
Авторами записи воспроизведены максимально близко к ним, ошибки частью не правились.
Из текста протокола допроса видно, как большинство перечисленных работников склада следователем вплетены в деятельность группы заговорщиков. Тем самым получается, что они, согласно записям, осведомлены об практически всех сторонах деятельности, в том числе и о планируемых диверсиях на складе. Отчего при помощи этого протокола можно подводить всех перечисленных под 8 часть статьи, то есть террор и диверсии.
Сидел на совещаниях, Булгакова слушал? Да.
Слышал, как он всем раздавал ценные указания, в том числе и про возможный теракт с помощью пожара пороховой площадки? Получается, что да.
Не сообщил, куда следует? Нет.
Итого статья 54-8, то есть с применением закона от 1 декабря 1934 года. Приговор выносится и приводится в исполнение в тот же день.
* * *
Теперь проанализируем сказанное.
Большинство фактов уже упоминались, но есть и новое.
1. отправка в 1936 году по спецназначению тротиловых гранат вместо аматоловых.
Тротил считается более стойким при хранении ВВ, нежели аматол. Поэтому на складе оказалось меньше более безопасных при хранении боеприпасов.
Но авторы думают, что это больше пример отношения к службе и выполнению приказаний, чем угроза безопасности склада.
2. Рассказ Власова про сотни тысяч некачественно отремонтированных 76 мм выстрелов получает подтверждение.
3. Участие в нарушениях на складе в этих показаниях расширяется, теперь в них виноват не только Булгаков, Фостий, сам Трахтенберг плюс
