Но даже сейчас, когда я собиралась оставить всё позади и отправиться к своей мечте, в голове уже крутились идеи для новой истории.
— Я вот только не пойму, куда ты сплавила мальчек? – вдруг спросила она и я заулыбалась. Видела бы она мое лицо сейчас все бы поняла.
— К дальней родственице уехали Ань, что тут рассказывать – ответила и почувствовала как краснеют щеки.
Да, врать я так и не научилась.
На самом деле, мальчики сейчас находятся у матери Александра. Несмотря на то, что между нами установились чисто рабочие отношения – он мой начальник, а я его подчинённая, и в принципе никаких других отношений и не было – его мама никак не могла с этим смириться. Во время моего пребывания в больнице она так привязалась к детям, и они в ответ полюбили её всем сердцем. Удивительно, но даже при живых родных бабушках ребята не получали столько тепла, заботы и внимания, сколько от Веры Степановны. Когда начались летние каникулы, она позвонила мне и сообщила, что забирает мальчиков к себе на всё лето.
Странно ли всё это? О да. Но счастье моих детей дороже всех пересудов со стороны других. Пусть люди говорят что хотят – главное, что мои мальчики счастливы и окружены заботой. Вера Степановна стала для них бабушкой, и я благодарна судьбе за такую встречу. Она не просто присматривает за ними – она действительно любит их, как родных внуков. А это самое важное для любого ребёнка.
Я часто звоню им, и каждый раз слышу в их голосах радость и умиротворение. Вижу, как они расцветают под её чутким руководством, и понимаю, что приняла правильное решение, доверив ей своих детей.
Что у нас с Сашей? Да ничего. Он босс, я подчинённая. Всё. Хотя не отрицаю, что были некоторые моменты, в которые мы хотели поддаться чувствам, но… Он сам же всё прекратил, даже не начав. Это и к лучшему – сама я остановиться бы не смогла.
Около месяца назад я заметила, как к нему в кабинет стала захаживать красивая длинноногая брюнетка. Её стройная фигура в облегающем платье словно пронзила меня острой иглой ревности. Я машинально сжала пальцы, чувствуя, как внутри всё сжимается от непонятной тревоги.
Эта женщина двигалась с такой кошачьей грацией, что у меня перехватило дыхание. Её тёмные волосы переливались в свете ламп, а ярко-красная помада на губах казалась слишком вызывающей.
Моё сердце билось так громко, что, казалось, его стук мог услышать весь офис. Незнаю, почему я так остро реагирую? Но каждая клеточка моего тела восставала против этой незнакомки.
Каждый раз, когда она выходила, одаривала непонятной для меня улыбкой, а однажды даже помахала рукой.
Я старалась сосредоточиться на работе, но образ этой брюнетки постоянно всплывал перед глазами. Что она ему говорит? О чём они разговаривают? Эти вопросы, словно назойливые мухи, кружились в моей голове, не давая покоя.
Внезапно я поймала себя на мысли, что завидую этой женщине – завидую её уверенности, её красоте, её возможности находиться рядом с ним. Завидую тому, что она может смотреть ему в глаза, улыбаться ему, говорить с ним. А я… Я хоть и начала ходить в зал, наносить косметику, ходить с Анькой по магазинам и покупать красивые вещи, даже вылечила лицо от прыщей, но выглядела всё равно не так роскошно.
— Ты ещё тут? — услышала я в трубке голос подруги.
— Ань, посоветуй салон красоты, где можно волосы покрасить, — произнесла я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.
— Ого? Ты чего вдруг решила, у тебя свой прекрасный цвет волос, — в её голосе слышалось искреннее удивление, и я невольно улыбнулась, хотя она этого не видела.
— Хочу в тёмный перекраситься, надоело быть блондинкой, — сказала я, ощущая, как по спине пробегает приятная дрожь. Это было похоже на то чувство, когда стоишь на краю скалы и собираешься прыгнуть в воду — страшно, но так хочется!
Аня на мгновение задумалась, и я буквально физически ощущала, как она подпёрла щёку рукой. Я наблюдала за ней внутренним взором, затаив дыхание.
— Я крашусь в салоне «Ирида» на Советской. Там работает отличный мастер Марина, она просто волшебница.
— Будет у нее время заняться мной завтра, хочу перед морем обновиться
— Я договорюсь, но... скорее всего, нужно будет прибыть к ней рано утром, чтобы успеть к самолёту. Кстати, Александр нас отвезёт, он тоже вроде куда-то летит по работе.
Услышав его имя у меня перехвалило дыхание, а сердце готово было выпругнуть из груди.
— Я написала ей – ворвалась в сознание Анька – К восьми нас будет ждать у себя, за пару часов успеет сказала.
— А мы что, на такси не можем в аэропорт уехать? – спросила, стараясь говорить как можно увереннее.
— Ну Вик, как отказать боссу, если он сказал, отвезёт. Тем более это он помог с путёвками, выбил по огромной скидке через каких-то там друзей своих.
Я закрыла глаза, чувствуя что-то тут неладное.
— Ты мне об этом не говорила, – произнесла сквозь зубы.
— Ой, мне малыш звонит, позже созвонимся, – сказала она и сбросила, оставив меня в очень смешанных чувствах.
Утром, как и сказала подруга, я прибыла к салону в назначенное время и вошла внутрь. Анька была уже там – она сидела в кресле для клиентов и оживлённо болтала с администратором.
– Вик, ты как раз вовремя! – воскликнула она, увидев меня. – Я тут уже всё обсудила, и знаешь что? Тёмный шоколад – это именно то, что тебе нужно!
Моё сердце забилось чаще. Тёмный шоколад… Звучало так изысканно, так по-взрослому. Но в то же время я чувствовала лёгкий трепет – а вдруг не подойдёт? Вдруг я пожалею?
– Ань, ты уверена? – спросила я, нервно теребя ремешок сумки. – Может, лучше что-то более светлое?
– Даже не думай! – подруга схватила меня за руку. – Ты же хотела перемен, помнишь? Этот цвет подчеркнёт твои глаза, сделает образ более глубоким и загадочным.
Я закрыла глаза, пытаясь представить себя с тёмными волосами. В голове крутились картинки – элегантные причёски, блестящие локоны цвета горького шоколада… И правда, почему бы не рискнуть?
– Хорошо, – выдохнула я. – Тёмный шоколад.
Анька захлопала в ладоши, словно ребёнок в кондитерской.
– Вот это да! Ты не пожалеешь, обещаю! – она заговорщически подмигнула.
Мастер,
