Читаем без скачивания Проклятие для леди - Патриция Вентворт

— Если у вас есть свободная минутка, сэр…

Это была его коронная фраза, предвещавшая очередную неприятность — семейную ссору или, скажем, намерение уволиться… Вот и сейчас Джеффри почуял беду. Миссис Флэксмен была превосходной кухаркой, а ее муж — отличным дворецким. Им платили высокое жалованье, зато в доме все шло как по маслу. Джеффри приготовился услышать, что миссис Флэксмен теперь тут очень не по себе «после смерти юной леди, сэр», но втайне с облегчением вздохнул, так как разговор пошел о другом, не менее важном во все времена предмете.

— Я хотел спросить, сэр, не считаете ли вы возможным прибавить нам с миссис Флэксмен жалованье.

Поставив поднос, дворецкий отошел к дальнему концу стола и остановился в почтительном ожидании. На его ладной фигуре хорошо сидел серый полотняный костюм для дома, а черты лица казались менее резкими и темными, ибо он стоял спиной к окну.

— Ну… — произнес Джеффри, стараясь вложить в голос как можно больше сомнения. Флэксмены прослужили у него почти два года, не заслужив ни одного нарекания.

Он понимал, что жалованье повысить придется, иначе они могут уволиться. Но сдаваться без борьбы не хотелось. — Ну, не знаю, Флэксмен…

Дворецкий склонился к камину и начал разводить огонь.

— Мы прослужили вам два года верой и правдой, и, полагаю, вы могли бы это оценить. К тому же смерть юной леди явилась для миссис Флэксмен большим потрясением.

Не то чтобы мы хотели уйти — мы всегда думаем о ваших интересах…

— Очень любезно с вашей стороны, — рассеянным тоном промолвил Джеффри.

— Нисколько, сэр. Просто интересы хозяина прежде всего — мы всегда следовали этому девизу.

Джеффри насторожился. В голосе дворецкого ему почудилась некая многозначительность.

— Что вы имеете в виду? — резко осведомился он.

Флэксмен повернулся спиной к камину, отряхивая руки и не поднимая глаз.

— Интересы хозяина прежде всего, — повторил он. — Не будь это моим девизом, я мог бы кое что рассказать на дознании.

— О чем? Говорите же!

— Ну, сэр, я не стал бы говорить об этом никому другому. Вы джентльмен и обойдетесь с нами по справедливости. В воскресенье, когда с мисс Марго случилось несчастье… — Он сделал паузу не потому, что колебался, а словно желая дать собеседнику время понять, что означает это предисловие.

Джеффри Трент, сидевший лицом к окну, вероятно, понял, что яркий свет сейчас ему отнюдь не союзник. Он Повернул свой стул боком к столу, оперся на стол локтем и прикрыл часть лица ладонью. Движение выглядело достаточно естественным, а поза стала более непринужденной.

Флэксмен остался у камина. Когда Джеффри сказал «ну», он продолжал тем же почтительным тоном:

— Возможно, вы помните, сэр, что в воскресенье, когда с мисс Марго случилось несчастье, утро было очень сырое.

— Да, — кивнул Джеффри. Он, безусловно, это не забыл.

— Мы с миссис Флэксмен должны были уезжать автобусом, который отходит от церкви в два сорок пять. Миссис Флэксмен не любит торопиться, поэтому мы подошли к остановке в половине третьего. Как раз в этот момент дождь прекратился и выглянуло солнце, а на миссис Флэксмен поверх пальто был прорезиненный плащ. Она сказала, что не может ходить по Рейдону, одетая так тепло, и попросила меня сбегать в дом и принести ей более легкое светло-коричневое пальто. Миссис Флэксмен плотной комплекции, сэр, и ей быстро становится жарко. Я ответил, что боюсь опоздать на автобус. Мы начали спорить, но тут подъехал на своем велосипеде Тед Боултер и сказал, что автобус застрял в Уэст-Элдоне, и его прислали сообщить, что в Блике он " будет не раньше трех. Это означало, что у меня достаточно времени, поэтому я отнес в дом плащ миссис Флэксмен и нашел пальто, которое она просила. С женской одеждой хлопот не оберешься, сэр. Когда я вышел из дома, мимо меня, смеясь, пробежала мисс Марго, и мне пришло в голову, что она опять что-то замышляет. «Я думала, ты ушел, Фред, — сказала она мне. — Не говори никому, что видел меня». Ну, я посмотрел на часы — у меня еще оставалось минут шестнадцать-семнадцать, и я решил посмотреть, куда мисс Марго пойдет. Она двинулась в сторону сарая мистера Хамфриса, и я подумал, что он разозлится, если увидит там беспорядок. Должно быть, мисс Марго знала, где искать ключ, так как она уже была в сарае, когда я подошел. Церковные часы пробили без четверти три, когда она выбежала оттуда, посмеиваясь и что-то пряча под плащом. Мисс Марго не видела меня, а я не хотел задерживаться, но как только отошел, у сарая появился сам мистер Хамфрис. Он был очень сердит и пожурил мисс Марго за то, что она взяла его веревку. А мисс Марго скорчила гримасу и ответила: «Мне разрешил Джеффри!» Больше я не стал слушать, так как боялся опоздать на автобус.

Взгляд Джеффри Трента был устремлен мимо дворецкого на пламя в очаге. Его лицо, на котором обычно играл здоровый румянец, было мертвенно бледным, как в день смерти Марго. Тогда это произвело на всех тяжелое впечатление.

Флэксмен сохранял абсолютную невозмутимость. Если мистеру Тренту нужно все хорошенько обдумать, пусть, спешить некуда. В конце концов хозяин найдет верное решение — ведь их интересы совпадают.

— Я ничего не разрешал мисс Марго, — сдержанно заговорил Джеффри. — Мне бы и в голову не пришло позволить ей трогать эти веревки. Если она так сказала, значит, просто хотела отделаться от садовника. Не понимаю, почему Хамфрис не заявил об этом на дознании? Ему ведь задавали вопросы о его встрече с Марго, но он ни словом не обмолвился о том, что она якобы сослалась на мое разрешение взять веревку.

Его щеки вновь порозовели. Убрав локоть со стола, он выпрямился и смело посмотрел на дворецкого: на его полном почтения лице было написано явное одобрение.

— Интересы хозяина прежде всего, сэр, — с готовностью отозвался Флэксмен. — Мистер Хамфрис много лет состоит на службе в «Доме для леди». Я уверен, что вы можете на него положиться — он не станет об этом рассказывать.

— Вы решили меня пошантажировать, Флэксмен? — напрямик спросил Джеффри.

Даже сам архиепископ не мог бы выглядеть более оскорбленным.

— Мистер Трент! Как вы можете такое говорить!

Джеффри поднял брови.

— А вы сами?

— Я никак не ожидал от вас этого, мистер Трент! Мне просто хотелось привлечь ваше внимание к обстоятельству, о котором, как я считал, вам следует знать…

Джеффри расхохотался.

— Ради бога, перестаньте говорить как по учебнику! Я никогда не разрешал бедной девочке брать эту чертову веревку. После шутки, которую она сыграла накануне, днем раньше, с мисс Мьюр и со мной, я ее здорово отругал и надеялся, что это на нее подействовало. Оказалось, что нет. То, что влетало ей в одно ухо, тут же вылетало из другого. Но я, разумеется, не позволял ей трогать веревки в сарае. Они были гнилыми!

— Подобная история может принести немало вреда, сэр. — Голос дворецкого был лишен всякого выражения. — Что касается меня, вы можете полагаться на мою осмотрительность.

— Интересы хозяина! — Джеффри не удержался от усмешки.

На лице дворецкого отразились боль и горечь.

— Да, сэр, интересы хозяина. Но мне, конечно, незачем вам напоминать, что подобное отношение должно быть взаимным. Преданность одной стороны поощряется и стимулируется доверием и щедростью другой. Понимаете, сэр, выгода должна быть обоюдной.

Джеффри Трент вскинул голову.

— Не беспокойтесь, Флэксмен, я отлично вас понимаю!

Вы выразились достаточно ясно. И сколько вы рассчитываете получить за то, что будете держать язык за зубами?

— Умоляю вас, мистер Трент, не нужно быть таким резким. Я доказал вам свою верность как слуга, пекущийся о благе хозяина. По-моему, в моей просьбе повысить нам жалованье нет ничего неподобающего.

— На какую сумму?

Дворецкий ответил уважительно, но твердо:

— Вдвое, а мне полагается премия, о ней мы договоримся позже.

Он вышел из комнаты и закрыл дверь.

Глава 23

В первый момент Джеффри Трент ощутил только облегчение. Флэксмен ушел, и ему не придется действовать немедленно. Конечно его шантажировали — изящно, со знанием дела и крайне почтительно. За шантаж полагалось суровое наказание, но если бы он позвонил в полицию и обвинил дворецкого, никто не смог бы подтвердить его слова. Джеффри не сомневался, что Флэксмен не растеряется и сумеет вывернуться, дав убедительное объяснение. Он и его жена уже два года верой и правдой служили мистеру Тренту и полагали, что могут рассчитывать на повышение жалованья. Что касается слов мисс Марго о веревке, то он и не думал упоминать о них, раз мистер Трент ничего такого не говорил.

Джеффри понимал, что если он обратится в полицию, то ему самому придется об этом упомянуть, а сказанное вслух назад не вернешь. "Мисс Марго скорчила рожу и ответила: «Мне разрешил Джеффри». Именно так она и должна была поступить, столкнувшись с разъяренным Хамфрисом. Случайные пустые слова, произнесенные только для того, чтобы отделаться от садовника, но их уже не забудут. Теперь вес станут шептать ему вслед: «Эта бедная девочка, его подопечная, карабкалась по гнилой веревке и погибла. Вроде бы она сказала садовнику, что Трент разрешил ей взять веревку. У нее было много денег, а теперь их заполучил он». Конечно в суде всякие слухи вряд ли сочтут убедительным доказательством, но этих разговорчиков будет достаточно, чтобы в обществе отвернулись от него раз и навсегда. Подобные вещи не забываются.