некоторые время. Котенок уснул на подрагивающих коленях бывшего Факела. Я допивал кофе, а старик просто наслаждался летним днем и пением птиц. Он быстро отвлекся от плохих мыслей, разглядывая голубое небо, и произнёс:
— Ну… может, оно и к лучшему. Может, я заслужил это… Сейчас у меня есть вот этот пушистый зверек и ничего больше не нужно. Хватает его тепла и любви, большего и не надо.
Хотелось ему помочь, но что может сделать бедный студент? В такие моменты, жалею, что не работал больше.
— Может пойдемте со мной? Снимем вам хостел, в душ хоть сходите, выспитесь в постели?
Дед отмахнулся.
— Ты и так за сегодня сделал достаточно для меня, парень. Я этого не забуду и отплачу, если конечно не помру завтра, хе-кхе! — он хохотнул и чуть закашлялся.
— Уверены?
— Позволь, дам тебе один совет… Не сочти за нравоучение. В тебе много силы. Это я еще способен чувствовать… — задумчиво сказал он. — Не потеряй ее, не совершай мою ошибку и не позволяй гордыне взять над тобой верх.
Я кивнул. Видно, хочет закончить разговор, но нельзя же вот так оставлять его на улице. Это ж долбанный Факел! Он герой, о нем слышали даже в самой захолустной деревне где-нибудь в тайге, хотя сверхов в последнее время становится так много, что некоторые даже не запоминают их имена и образы в рекламе. Но Факела точно помнят.
— Вы уже не сверх, но ваш опыт никуда не делся, верно?
— Опыта и историй у меня хватит на сказки для пары поколений детишек, — усмехнулся дед.
— Так может попробуете делиться опытом с подрастающими сверхами? Моя школа всего в паре кварталов…
Факел начал отмахиваться, как от мух и мотать головой:
— Нет-нет-нет, что ты… Кому интересны байки старика…
— Кроме баек у вас есть двадцатилетний опыт безупречного совершенствования и использования чакры! Вы же были одним из сильнейших. Вы уже не можете лично совершать чудеса, но можете привить полезные практики, настроить моральный компас ребят, показать пример и предостеречь от необдуманных шагов.
Старик слушал очень внимательно, и я увидел в его глазах искорку. И продолжил:
— Вы ведь можете стать отличным учителем по теории развития чакры. Кто знает о силе больше легендарного Факела? Черт, да никто! Я до сих пор помню ваше сражение с демоном-змеем, шкура которого не горела. Эта тварь была размером с пятиэтажку!
— Было дело… — улыбнулся старик и мечтательно потер грязный заросший подбородок. — Я тогда сконцентрировал энергию в ногах, и прыгнул прямо в раскрытую пасть змея… — он провел рукой в воздухе, изображая «взлет».
— Вы говорили, что смогли прямо в полете «перелить» энергию в кулаки и укрепить их до состояния камня
Тот кивнул.
— Так и есть. И прошиб змееныша насквозь, вылетев из его затылка… Хе-кхе-кхе… Если, конечно, у змей есть затылок. Ох, сколько я тогда демоновых мозгов выковыривал из волос… Хе-хе…
Улыбка старого Факела была такой живой, яркой, с душой… Так что у меня не осталось сомнений.
— Пойдём. Устроим вас в школу. Будете достойно жить, делиться опытом, спать в теплой сухой постели. Вернете себе хотя бы обычную жизнь, и перестанете голодать.
Видно, что ему было неловко и стыдно, но глаза на секунду загорелись идеей и надеждой. Впрочем, эта надежда так же быстро угасла.
— Нет-нет… Из этого ничего не выйдет… — тихо сказал он, отряхивая крошки шаурмы с пальто.
— Слушайте, вам же нужна помощь, почему вы не хотите пойти со мной?
Дед громко вздохнул и почесал бороду.
— Это бесполезно. Я понимаю, ты хочешь сделать доброе дело, но Они мне не дадут жить нормально. Но даже не это самое плохое, — усмехнулся старик. — Самое хреновое, парень, это новая надежда, которая обречена на смерть.
Я нахмурился.
— «Они» значит? Вы нажили себе настолько могущественных врагов?
— Понимаешь… — Анатольевич ещё чуть помялся, а потом махнул рукой и начал говорить уже без запинок на одном дыхании. — Если известный и раскрученный сверх, вроде меня, идет наперекор корпорации, то у него появляются проблемы.
— Не помню хоть одного скандала связанного с вами, а я слежу за новостями в мире сверхов.
— А скандала и не было. Они всё сделали очень тихо, им даже не пришлось дополнительно очернять меня. Меня просто отменили. Контракты на рекламу, съемки в кино, другие виды сотрудничества… отменили всё! — на последних словах старик рубанул ладонью воздух.
— Но почему?
— Они не хотели, чтобы я проходил ритуал Возвышения. Когда я сказал своим спонсорам, что собираюсь возвыситься, мне дали понять, что это будет последнее, что я сделаю под их крылом. Ни одна из корпораций не отдаст курицу, которая несет золотые яйца. Если бы я стал Божеством… — Факел мечтательно посмотрел в небо. — Может быть я бы вообще ушел в другой мир, может перешел бы в другой план мироздания… Никто не скажет какие знания таятся за гранью, но я бы точно не остался здесь и не стал бы работать на эту корпоративную машину по выкачиванию денег.
Я попробовал вспомнить, на какую компанию работал Факел. Среди российских контор есть три гиганта и десятки компаний поменьше, один из таких гигантов — Пантеон. Какая же ирония, что Пантеон сначала не дал добро на обожествление, а затем вообще отменил своего сверха. Пантеон специализируется на сильных и харизматичных сверхах без заморочек. Сверхи просто должны снимать влоги, делится фотографиями повседневной жизни, и регулярно появляться в сети. Конечно, рядом с ними для этого присутствует специальный человек. Другие компании выстраивают сверхам целые легенды, с ними работают мастера рекламы и построения образов. Прежде чем сверх появится хоть где-то в сети, сперва с ним плотно работают эти умельцы, а потом новенький Герой появляется с каким-то мощным и зрелищным видео материалом. Потому-то Пантеон и подкупает своей прямотой. Никакой легенды, просто регулярное появление в сети и рекомендуемый формат видео-блога. Люди потихоньку проникаются героями, и начинают скупать рекламируемую продукцию.
— Отменили? Просто вычеркнули вас из списка своих героев?
— Да, вот так просто, — усмехнулся Факел. — Я вроде бы и есть, но теперь я абсолютно никому не интересен. Поэтому любая твоя помощь рано или поздно разобьется о стену реальности, в которой нет места старому Факелу.
— А как же другие компании? Не могли же…
— Могли. — кивнул старик. — Теперь я довольствуюсь тем, что есть…
Факел улыбнулся и потрепал котенка за ухом. Улыбка была такая добродушная и открытая. Если он когда-то и злился на людей, на судьбу, то уже нет. В его глазах нет сжигающей ярости, кажется, он и правда научился жить по новому.
