прозвучало неподдельное удивление, смешанное с обидой.
— Ты совершенно права, — сказал с усмешкой Сергей и упал на кровать, откинувшись на спину и уставившись в потолок.
— Меня ещё никто никогда не отшивал, придурок! — голос девушки сорвался на крик.
— Значит, я у тебя первый, — прыснул Орлов. — Вали отсюда!
Девушка спешно надела платье, дрожащими руками пытаясь застегнуть молнию. Пальцы не слушались, и она тихо выругалась себе под нос. Затем резко развернулась и выбежала из номера, чуть не сбив с ног Ольгу, которая шла по коридору. Секретарша вздрогнула, отступила в сторону и удивлённо посмотрела вслед убегающей девушке.
— Саша… — прошептал сонный мужчина, повернулся на бок и вырубился с блаженной улыбкой на губах.
День четвертый.
Сергей.
Сергей проснулся рано — ещё до рассвета, когда за окном едва брезжил серый рассвет. Он резко сел на кровати, тяжело дыша, словно после долгого кошмара. В голове всё ещё звучал голос Александры, её смех, обрывки фраз — сон был таким реальным, что на мгновение он не мог понять, где реальность, а где воспоминания.
Злость накатила внезапно, горячая и неудержимая. Она заполнила всё внутри, вытеснив остатки сна. Орлов с силой откинул одеяло, встал и начал нервно ходить по комнате, сжимая и разжимая кулаки. Мысли о Сергеевой жгли, не давая успокоиться.
Первым под горячую руку попал Василий Васильевич — начальник отдела международных переговоров, который как раз шел к Орлову с новыми документами.
— Что вам нужно? — рявкнул Сергей, даже не глядя на него.
— Господин Орлов, тут отчёты по поставкам…
— Потом! Всё потом! — перебил он. — Идите!
Василий Васильевич побледнел, молча кивнул и поспешно убежал к себе в номер.
Внизу, около ресепшена Сергей наткнулся на своего секретаря. Как всегда аккуратная и собранная Ольга, предложила ему позавтракать и вежливо улыбнулась:
— Доброе утро, Сергей Викторович. Тут несколько звонков, которые нужно…
— Оставьте меня в покое! — оборвал он её. И чтобы больше никаких звонков! Нам уже пора собираться.
Ольга замерла, широко раскрыв глаза, но не сказала ни слова. Только кивнула и отошла в сторону, стараясь не привлекать внимания.
— Фёдора больше не приглашать на встречи, — бросил он холодно. — Ни на какие. Совсем.
Все в холле замерли. Фёдор, поймав его взгляд, побледнел и молча кивнул.
— Всем собраться! — громко объявил Сергей, выходя в коридор. — К обеду мы уезжаем. Немедленно подготовить машины, проверить документы, собрать вещи. Никаких задержек!
Сотрудники переглянулись, но вопросов не задавали — все знали, что в таком настроении с Орловым лучше не спорить.
Когда все сотрудники наконец собрались у служебных машин, им сообщили неожиданную новость:
— Господин Орлов уже уехал, — сказал водитель, поправляя перчатки. — Он отправился один, полчаса назад.
В воздухе повисло недоумение. Кто то тихо перешёптывался, кто то пожимал плечами. Ольга вздохнула и поправила сумку на плече.
— Значит, едем и ждём дальнейших указаний, — тихо произнесла она.
Алекс.
Вчера Саша привезла маму из больницы домой. Уже второй день она не отходила от нее ни на шаг: то поправит подушку, то принесёт стакан воды, то просто посидит рядом, держа за руку.
Гипс тянулся от ступни до самого колена, и передвигаться самостоятельно было невозможно. Александра всячески ей помогала: кормила с ложечки, приносила книги и журналы, устраивала удобное положение на диване, чтобы нога не затекала.
Мама чувствовала себя виноватой из за того, что дочери пришлось срочно приехать из Москвы, бросить все дела и теперь ухаживать за ней.
— Ну что ты, Сашенька, зря ты всё бросила и примчалась, — вздыхала она, глядя, как дочь хлопочет вокруг. — Я бы как нибудь сама справилась…
— Мам, ну что за глупости? — ласково отвечала Саша, поправляя одеяло. — Конечно, я должна быть рядом. Не переживай ни о чём.
В середине дня пришла соседка, баба Люба, с Мишей. Мальчишка, застенчиво стоял в дверях, а баба Люба, широко улыбаясь, спросила:
— Ну, как ты тут, Сеточка? Мы тут вам гостинцев принесли — молочко свеженькое, хлебушек да пирожки с яблоками, только из печи!
— Люба, да что ж ты, не надо было… — начала было мама, но соседка только отмахнулась:
— Да что там, пустяки! Зато свежие, домашние. Сашенька, бери, бери, пусть мама кушает да поправляется.
Саша улыбнулась и поблагодарила соседку. Когда баба Люба с Мишей уже собирались уходить, девушка вспомнила, что в доме почти закончились дрова. Она хотела сходить в сарай, но Миша, до этого молча стоявший в стороне, вдруг оживился:
— Я помогу! — выпалил он. — Я сильный, я много дров могу принести!
Саша рассмеялась:
— Спасибо, Миша. Тогда пойдём вместе.
Мальчик гордо выпрямился и поспешил за ней, стараясь шагать широко, как взрослый.
Вечером, когда Саша принесла маме чай с ромашкой и устроилась рядом на краешке дивана, мама снова завела разговор:
— Сашенька, милая, ты и так столько для меня сделала. Не беспокойся за меня больше, поезжай назад в Москву. Я не хочу тебя обременять. Ты молодая, у тебя своя жизнь, работа…
— Мам, ну сколько можно? — Саша взяла мамину руку в свои. — Мне совсем не в тягость быть здесь. Я хочу помочь.
Но мама не унималась. В её глазах читалась искренняя забота, смешанная с лёгкой грустью:
— Ты должна думать о себе, доченька. Найди хорошего, любящего человека, создай семью. Ведь старшие твои брат и сестры уже уехали, живут своей жизнью… А я так хочу понянчиться с внуками, подержать их на руках, рассказать сказки…
Саша улыбнулась, слегка сжала мамину руку и тихо сказала:
— Хорошо, мам. Я подумаю. Но сначала давай ты поправишься, ладно? А я пока буду рядом.
Мама вздохнула, но в её взгляде появилось облегчение. Она погладила дочь по волосам и закрыла глаза, словно наконец смогла расслабиться.
День пятый.
Алекс.
Рано утром Алекс встала, потянулась и решила прогуляться по магазинам — хотелось сделать маме небольшой сюрприз. Свежий воздух бодрил, а последние лучи солнца золотили крыши домов. Она неторопливо шла по улицам, заглядывая в витрины, пока не нашла подходящий магазин домашнего текстиля.
Там Саша долго выбирала новое постельное бельё: в итоге остановилась на комплекте с нежными лавандовыми узорами — мама всегда любила этот цвет. Рядом на полке попался красивый спортивный костюм в серо голубых тонах, а в соседнем отделе она купила тёплые шерстяные носки с узором в виде снежинок. «Мама точно обрадуется», — улыбнулась Саша, представляя её реакцию.
Когда Александра вернулась домой, её встретил приятный аромат свежезаваренного чая и звонкий смех. В гостиной за круглым столом сидели мама и баба Люба, пили чай из больших чашек и оживлённо о чём то беседовали. На столе красовались
