– она встретит смерть с поднятой головой… И пусть дальше уж будет что будет! Как католичка она должна была бы бояться адских мук после смерти, но бояться как-то не получалось. Да и сама ее вера… Да, она не была особо-то набожной, практически не бывала в той же церкви, за что неоднократно получала упреки от родителей и осуждение со стороны старшего поколения… Но сейчас у нее не осталось и той крохи веры, что была в прошлом. Все словно выгорело, испарилось, развеялось прахом… И она уже разучилась бояться каких-то там посмертных кар – тем более, что люди на Земле, как она уже знала, порой могут быть не лучше тех чертей. Но вот плен… Нет, такого ужаса она точно больше не хотела!
- Дай мне оружие! – когда они закончили с завтраком, произнесла Мелисса.
- Зачем? – даже удивился Василий.
- На всякий случай, - ответила девушка. – Чтобы, случись чего, погибнуть в бою.
- Ты умеешь стрелять?
- Нет, - пожала плечами Мелисса. – Но отстрелять магазин и застрелиться последним патроном я смогу…
Несколько секунд Василий простоял в раздумьях на счет услышанного… Сможет ли вот эта вон девчонка вот просто так вот взять и застрелиться? Раньше бы он в это точно не поверил, но сейчас почему-то сомнений не было. Просто потому, что знал ее историю – и страх нового плена перевесит в ней любой инстинкт самосохранения. Просто потому, что такая жизнь может оказаться ужаснее смерти, особенно относительно быстрой и легкой. И все равно сомнения оставались… Тем более, что лишних пистолетов у него попросту не было – все они выданы на руки.
- Сумеешь воспользоваться? – все же решившись, достал из стоявшего у стены рюкзака гранату Василий.
- Если объяснишь, то да, - согласилась девушка.
Что ж, привести в действие механизм и бросить под ноги гранату она всяко успеет… Тем более, что там не оказалось ничего сложного. А потом, поцеловав на прощанье ее, Василий ушел.
- Береги себя, Солнышко, - тихо произнес он. – Спускайся в подвал, запрись там и жди меня…
- Почему Солнце? – только и смогла удивленно переспросить девушка.
- Потому, что ты для меня как лучик Солнца посреди этого царства тьмы, - только и усмехнулся в ответ парень. Откровенно говоря, он и сам не знал, почему так сказал, ну а уж объяснение придумал прямо по ходу… Оно ведь и впрямь недалеко от истины было.
Василий ушел, а Мелисса еще долго смотрела ему вслед и, сама того не замечала, тихо плакала, а в голове только и крутилась одна мысль: «Вернись живой!» Какая она все же дура… Почему даже сейчас она не сказала, что любит его, что будет ждать? Дура! Лишь когда где-то вдалеке послышалась стрельба, она поняла, что пора спускаться в подвал, в укрытие… Которое, возможно, станет для нее последним.
Как ни странно, но чувства Василия были во многом аналогичны… Правда, он сразу же засунул их куда подальше. Не до того! Сейчас его задача – защитить их город, ведь если он этого не сделает – все остальное будет бесполезно. Никакого будущего у них попросту не будет. Рабство – это не жизнь, лишь отсроченная смерть. А именно это и ждет всех в случае поражения. Это он прекрасно понимал… А, значит, они будут драться до конца, до своего последнего вздоха! Так всегда было и так всегда будет – ведь русские не сдаются и не просят прощения, не стоят на коленях перед врагом. Во всяком случае, таково было убеждение самого Василия. Предателей он русскими не считал.
Что, не все тут русские? Ну да, есть и выходцы из Восточной Европы и даже некоторое количество американцев – хотя последних Пальцев брал в город не больно-то охотно, боялся, что достаточно немногочисленные эмигранты «растворятся» среди них. Но сейчас это тоже не имело значения… В конце концов, именно русский язык стал тут языком межнационального общения?
- Сестры и братья! – не решившись обратиться «товарищи», но и не пожелав говорить «господа», обратился к собравшимся ополченцам Василий. – Сегодня пришла наша пора постоять за наш город… Вражеская орда пришла грабить, насиловать, убивать и обращать в рабство. Они хотят превратить всех нас в бессловесную скотину, рабочий скот… Но мы не дадим им этого! За нами наши близкие и родные, наши сестры и матери, жены и дети, сыновья и дочери. И мы должны отстоять их и наше право на жизнь – ведь права не дают, а берут. Если мы не вырвем из зубов врагов это право, никто другой нам его не даст! А потому вперед! Покажем врагу, где раки зимуют! Надерем им жопу! Нам отступать некуда – все решится здесь и сейчас!
Ответом ему был воодушевленный вопль ополченцев… Сотни парней и девчонок, кто решился взять оружие и встать на защиту их городка, не скрывали своей готовности умереть, но не сдаться. «Лишь бы не побежали!» - только и подумал, глядя на них, Василий. Эх, ему бы сейчас хоть пару взводов советской армии…
Заняли свои позиции они на удивление быстро и четко – все же оно было тщательно отработано. Быстренько приготовили и линию связи на основе полевых телефонов. По плану обороны, главной задачей было защитить электростанцию, промышленный район с заводами и складами всего необходимого и центральную часть города, где жило большинство жителей. Причем, именно так, по уменьшению приоритета. Дескать, жилье в случае чего можно отстроить новое, до зимы еще далеко, или даже переселиться в другое место. А вот найти другую электростанцию, другие заводы, набрать нужные припасы – это уже проблема. А Пальцев ведь рассчитывал на них…
Заняв свой наблюдательный пункт, Василий принялся наблюдать за окрестностями, стараясь определить план
