- Начинаем наступление! – увидев горящий броневик, тотчас же приказал Василий.
Остаток дня прошел в какой-то суматохе и практически не запомнился… После уничтожения БТРа сразу начали работать по полной их пулеметчики, которым теперь врагу было нечего противопоставить, а вот на бандитов оно оказало сильный деморализующий эффект! И тут-то на них обрушилась и находившаяся до того в резерве третья сотня ополченцев, в рядах которой пошел и сам Василий.
Видя избиение своего войска, Барон был в шоке, но ничего поделать уже не мог. Все его планы, все надежды рушились, он не мог даже вывести из города оставшуюся часть своей орды чтобы спасти ее от полного уничтожения, а это означало лишь одно. Что все кончено! Оставшейся при нем полусотни откровенного сброда не хватит больше ни на что, а все те, кого он привел под свою власть, попросту бросят атамана-неудачника и пойдут дальше по своим делам… А, значит, оставалось только одно – бросать все и спасать свою шкуру! Чем он немедленно и занялся, но уже было поздно… Ведь к этому времени на лагерь вновь напали «мафиози» Пальцева и в коротком бою уничтожило всех бандитов. А вскоре все было кончено и в городе… Пленных не брали, уничтожали всех до единого.
- Ну что, молодцы! Справились! – вернувшись в город и посмотрев на итоги сражения, похвалил помощника Аркадий Тимофеевич, но тому было практически пофиг.
Вытерев со лба грязь и копоть, Василий еще раз оглядел итоги прошедшего сражения… Полсотни погибших, включая почти всех уничтоживших БТР добровольцев. Ранения разной степени у большинства ополченцев, причем, некоторые из них точно станут калеками. Десяток сгоревших зданий, где пытались укрыться бандиты… Штурмовать их и нести большие потери Василий даже и не думал! У него и так людей мало чтобы нести потери. Так что они просто поджигали здания и расстреливали из пулеметов тех, кто, спасаясь от огня, выскакивал из них. О таких «мелочах» как расход боеприпасов можно было и вовсе молчать. И все же они победили… «Права не дают, а берут»? Что ж, они отстояли свое право на жизнь – хотя порой Василий чувствовал себя ублюдком. За то, что посылал на смерть своих людей. За то, что приказал поджигать дома… За приказ не брать пленных… Или все же это было правильно, единственно верно в сложившихся обстоятельствах?
Встав с побитого пулями капота стоявшей у дороги машины, Василий еще раз все осмотрел и, убедившись, что все его приказания выполняются, усталым шагом потопал домой. Дом его встречал пустотой, но, спустившись в подвал, он постучал условным стуком в дверь, и спустя полминуты Мелисса распахнула ее. Короткий миг она смотрела на Василия, а потом буквально повисла у него на шее, принявшись целовать в щеки, лоб, нос и вообще куда получится, не обращая внимание ни на копоть на лице, ни на вонь сгоревшего пороха и пота…
- Вернулся, - тихо шептала девушка, - мой любимый, мой родной… Вернулся с победой…
- Вернулся, - чуть приобняв девушку, попытался улыбнуться Василий, вот только улыбка получалась какой-то жалкой и вымученной. – Налей мне виски, и побольше, - осторожно отстранив девушку, произнес он. – И дай посидеть одному…
Хотелось только одного – нажраться до поросячьего визгу и забыться…
Глава 5
- В настоящее время Иранская ССР, помимо обеспечения внутренних потребностей, обеспечивает производство пятой части необходимой для остальной части СССР сельскохозяйственной продукции, - произнес заместитель министра сельского хозяйства на совещании. – Снижение средней температуры на планете привело к увеличению влажности, что позволило нам распахать прежде неиспользуемые земли полупустынь. Если раньше под сельское хозяйство использовалось лишь 12% земли, то сейчас мы увеличили этот показатель до 20%. Вторым важным для нас фактором стало широкое применение современной сельскохозяйственной техники, минеральных удобрений и агротехники, что позволило увеличить продуктивность ранее используемых земель. И, в-третьих, мы практически полностью прекратили выращивание многих традиционных для Ирана сельскохозяйственных культур, которые не годятся в пищу, таких как хлопчатник, чай, табак, пряности. И именно собранный в прошлом году на территории Иранской ССР урожай позволил нам растянуть запасы до этого лета – и того же само следует ожидать и от нынешнего года. Таким образом, сельское хозяйство Иранской ССР приобретает для нашей страны стратегическое значение… Даже с учетом того, что ученые-климатологи прогнозируют, что пик похолодания будет пройдет в течение двух-трех лет.
- Вот только мы сегодня собрались чтобы обсудить проблемы сельского хозяйства Иранской ССР и пути их решения? – заметил министр сельского хозяйства товарищ Бенедиктов.
Несмотря на накопившуюся за эти полтора года усталость, министр делал вид, что ему все нипочем… А ведь работать-то приходилось столько, сколько никто из собравшихся этим вечером на совещание не работал уже давно. А кто-то и вовсе никогда… Это когда-то в сталинское время ему доводилось работать порой по четырнадцать-шестнадцать часов в сутки, но… Одно дело – работать так в тридцать пять, сорок, даже пятьдесят лет… И совсем другое – когда уже далеко за шестьдесят. Это тогда, до войны, советское правительство было одним из самых молодых в мире, многим наркомам и первым секретарям было лишь немногим за тридцать, но с тех пор многое уж поменялось. «Вытянем Долгую зиму – и пора нам на пенсию, - неожиданно для самого себя вдруг с какой-то грустью подумал министр. – Когда-то товарищ Сталин целенаправленно выдвигал молодежь – и это было правильно. Если бы мы вступили в войну с шестидесятилетними наркомами и командующими армиями, ее результаты могли бы быть иными… Решить невиданные по сложности задачи и выдержать чудовищное напряжение военных лет, а затем восстановительного периода сумели бы лишь творчески, нешаблонно мыслящие и действующие молодые люди». (P.s. Примечания от автора – практически дословно слова товарища Бенедиктова из интервью с В. Литовым).
А сейчас отвыкли уж они от такой работы… Пусть в этой реальности, в
