продукции, потом будут их испытывать… Ну а конструктора по оснастке уже разрабатывают нужные приспособления, штампы, пресс-формы, специальный измерительный и металлорежущий инструмент, технологи заканчивают свою работу по подготовке производства… В общем, идет привычная работа завода. К которой Михаил еще в свое время привык, пусть даже занимался несколько иной деятельностью.
А вообще ситуация получалась достаточно забавной… Официально все они уже считались сотрудниками Сарсельмаша… Даже на пропусках это было написано! Вот только по факту самого того завода еще не существовало! И даже сами их заказы по-прежнему выполнял авиазавод – точнее, по большей части, его вспомогательные производства, не задействованные в производстве двигателей. Здесь же, в заводской столовой, они и обедали, в конторе авиазаводе получали карточки и зарплату – точнее, ту ее часть, что осталась после вычета цены выдаваемого по карточкам и коммунальных платежей. Ну да, деньги нынче применяются лишь чтобы или что-то «дополнительное», вроде гидролизной водки, прикупить, или купить что-то у других людей. Для всего остального – продуктов, промтоваров, одежды – есть карточки. Причем, выдавали прямо по месту работы – чтобы зимой не померзли в очередях в магазины. Ну а то же топливо для печей, уголь, дрова, торфяные брикеты, развозили централизованно, не требуя за то денег. Все уже оплачено!
Кстати, недавно как раз выдача зимней одежды была. Хоть и еще август, но все же… Раздали шубы из собачьего меха – то, что нынче было доступно. Хлопка-то на фуфайки нету, шерсти тоже мало совсем, даже с учетом Иранской ССР. На одежду идет то, что можно вырастить или добыть в северных районах. Конопля, лен, крапива, которых тоже не так-то и много было собрано в прошлый год. Меха всех видов – от овец и коз с порезанной скотины до лис, волков, медведей, зайцев и вон тех же собак… Да, сколько же «Бобиков» отправили на мыло да шубы! А самой собачатиной вовсю кормили больных туберкулезом…
А вот завод, где им предстоит дальше работать… Видел его Михаил – ездил ради интереса в те места. Как раз к югу от Комсомольского поселка за речушкой Назаровкой, где в его реальности были дачи, около деревни Березина Речка возводили железобетонные корпуса будущего большого завода, где предстояло выпускать целый спектр различной сельскохозяйственной техники. Под это дело уж даже станцию неподалеку открыли и подъездные пути посьтроили,техники понагнали просто море, даже еще одну теплоэлектростанцию строить надо. А еще – целый массив «эвакауционок» для тех, кто приедет сюда из Сибири… Так что в этой реальности ТЭЦ-5 будет на юге города… А вот в «Северном» районе шло строительство уже ТЭЦ-6 – в той реальности у них в области и вовсе не было электростанции с таким номером.… Оборудование для обоих из них, как слышал Михаил, демонтировали то ли в тех местах, откуда отселяли людей, то ли и вовсе где-то в Европе, в тех странах, что не пережили Долгую зиму. А на будущее на севере планировалось и вовсе построить атомную ТЭЦ на основе какой-то «базовой модульной конструкции» мощностью в полторы сотни мегаватт тепловой мощности…
Что любопытно, их город вырос по численности населения на треть только в плане постоянного населения. А еще на зиму сюда дополнительно эвакуировали большую часть жителей удаленных сел, где оставляли лишь небольшой своеобразный «гарнизон» с запасами продовольствия, чьей единственной задачей было чистить от снега крыши домов. Обычно это было, в зависимости от численности села, десяток-другой семей без маленьких детей. Впрочем, и без взрослых тоже – им учиться надо, а потому оставляли их с кем-нибудь из родственников в городе. Жили эти люди практически «по-средневековому», зимой в тех деревнях не было даже электричества, практически каждый день выходили на работу по очистке крыш, но за их работу им были положены определенные льготы, а потому недостатка желающих не было… Хотя кого-то, похоже, такая жизнь просто устраивала. Да, после снегопадов работы полно… За то когда их нет – порой можно по целой неделе-другой ничего не делать! А вот в городе-то работа всегда найдется… Хоть даже в тех же теплицах. Как и в крупных селах, где были всевозможные зернохранилища, овощехранилища, те же теплицы, МТС, где держали племенной скот для последующего разведения… Но сейчас-то было еще лето.
- Скоро нас снова в поля отправят? – вдруг, вспомнив прошлый год, спросил Михаил.
- Вроде, нет, - ответил Леха, еще один его знакомый. – В этом году «пырейку» только на севере области сеяли, у нас тут рожь, в основном… А там и военных с трудармейцами хватит.
- Значит, учеба с первого сентября начнется? – задумчиво произнес Михаил.
- Ну, наверное…
«А ведь скоро уже!» - подумал Михаил… Август заканчивается! Хотя вон Кветка та же недавно как раз русский сдала ведь – хоть и на четверку, но и то хорошо… А через пару дней еще и историю сдавать будет. Даже вдруг вспомнилось, какой она тогда счастливой-то была, как с экзамена прибежала!
Откровенно говоря, ни Михаил, и Вика, ни даже сама Квета не знали, что от управления госбезопасности было дано указание поставить словачке оценку не ниже четверки. Что поначалу вызвало несколько неприязненное отношение к ней со стороны экзаменаторов – которое, впрочем, постепенно рассеялось. Четверку свою она получила вполне заслуженно… Зачем же это понадобилось МГБ? Ну так все же она фактически их агент – пусть и работающая за идею, искренне веря, что помогает симпатичным ей людям. Ну а в МГБ потихоньку собирали информацию о потенциально ценном кадре, кого можно будет продвинуть на нужные должности куда-нибудь в промышленные или научные министерства… «Ведь верно же говорил еще товарищ Сталин – «Кадры решают все!»
Давно уж уехал брат Михаила, недавно даже от него письма из Ирана пришло… Писал, что урожай в этом году ожидается хороший, но среди населения немало недовольных тем, что их «грабят неверные», вывозя его в СССР. А тут еще и новый закон – запретили выпас скотины на горных склонах, с наказанием вплоть до конфискации «орудия совершения преступления» и обязательных работ по высадке деревьев! Так что недовольных стало еще больше…
