сможем незаметно спуститься в воду, как только представиться такая возможность.
‒ А Винсант? ‒ чуть ли не плача задала Исабель последний вопрос.
‒ Оставь ящик полуоткрытым, — предложила я. — И тогда даже если Люси или граф немного задержится, то думаю, никто из команды не посмеет что-то сделать с ценным грузом.
Исабель более не спорила со мной. Всё же она была умной девочкой, так что всё понимала, просто порой очень сложно принять правильное решение и бросить родного человека. Но в дочери Миледи был стержень, это она только казалась маленькой и хрупкой, на самом деле морально и духовно она была сильнее многих других взрослых, в том числе и меня.
Это она нашла место в трюме, где мы схоронились и это она рассказала мне, что ещё вчера вечером расспросила старого матроса Кирка, как загружают и разгружают трюмы, не таская всё по верхней палубе. Старый моряк с охоткой рассказал бедующему юнге и даже показал, что, где и как.
Я почти уверена, что без новых знаний Исабель, мы бы не смогли сбежать с корабля незаметно.
Помимо этого нам сопутствовала удача. Когда мы почти достигли пункта назначения, погода резко изменилась, опустился туман. Сначала меня это сильно расстроило. Меня и так пугала мысль добираться до берега вплавь, а тут ещё и туман. Можно ошибиться и вместо берега наоборот уплыть в открытое море.
Но всё же, резкая смена погоды, оказалась для нас благом.
В туман корабль движется медленнее, а при приближении к причалу, начинается перекличка, или точнее будет сказать перезвон. А так как из-за плохой видимости, равной почти нулю, многие корабли сегодня не вышли в море и поэтому «Мария‒Тереза» должна была либо ждать, бросив якорь в нескольких милях от берега, либо причалить в грузовых доках.
Обо всем об этом мы узнали из разговора второго помощника капитана Смита и рыжебородого Вардоса. Самого капитана пока никто не будил. Смит был бодр и говорил чётко и по существу, а вот бородач много ругался и жаловался на плохой французский ром, а ещё завидовал тому, что он не капитан Нортум и не может себе позволить спать, сколько ему захочется.
Они разговаривали у одного из бортов корабля, прямо над нашими головами.
В итоге «Мария‒Тереза» пришвартовалась в одном из грузовых доках. Мы с Исабель выжидали подходящий момент. Нам достаточно было открыть боковой люк и перепрыгнуть на деревянные помосты, по которым обычно доставляли грузы к кораблям. Но мимо нас постоянно кто-то проходил, что-то куда-то носили и даже боковые люки уже открыли.
Мне и Исабель оставалось лишь сойти на берег и постараться затеряться среди портового люда.
И вот момент настал! На корабле зазвонил колокол, сообщая всем, что случилось что-то. Все матросы побросали свои дела и ринулись куда-то.
‒ Сейчас! ‒ сказала я и потянула Исабель за собой.
Мне даже неважно было, что там случилось, нашли ли окровавленное тело капитана или же кто-то увидел содержимое нашего груза. Главное, что нельзя было упустить момент.
Дальше было проще. Пряча своё лицо, я быстро шла по деревянным настилам. Исабель лицо не прятала, мальчишек в доках всегда было много, и на них никто не обращал внимания. Вот наш тюк с одеждой мог привлечь чьё-то внимание, но и в этом нам повезло. Таких как мы с тюками тут оказалось много. Так что затеряться в толпе портовых рабочих нам не составило труда.
Но именно туман стал причиной одного неприятного знакомства, случившегося в тот день в Дувре. Тогда я ещё не знала, что эта случайная встреча повлияет на всю мою дальнейшую судьбу.
Выбравшись из района доков, мы с Исабель старались держаться незаметно, не привлекать к себе внимание. Мысленно я уже искала место, где бы мы снова смогли сменить наряд. Нам срочно нужно было стать вдовой с дочерью. Мы не могли зайти на постоялый двор и снять комнату, как старик и мальчик, а потом покинуть её, как женщина и девочка.
Я уже отчаялась найти такое место, когда услышала звон церковного колокола. Ноги сами понесли меня в ту сторону.
Там-то мы и столкнулись с незнакомцем, от которого тоже потом пришлось убегать.
И снова на кону были наши жизни…
Глава 16
Чем хороши церкви в больших портовых городах, так это тем, что там можно легко затеряться в толпе. Прихожан и при этом священник не выделяет пришлых из общей массы народа. А появись мы с Исабель в какой-нибудь маленькой приходской церквушке провинциального городка, то нас бы точно заметили и быстро вывели бы на чистую воду.
Но пока нам сопутствовала удача.
И пока прихожане неспешно собирались послушать проповедь, мы с Исабель нашли место, чтобы переодеться. В этот раз я снова доверилась инстинктам тела. Ноги сами знали куда идти. Я же до этого и не предполагала, что в церквях есть столько укромных мест. Мне казалось, что там всё на виду, открыто. А на самом деле всё было не так. И ещё я сделала вывод, что Миледи знала эту церковь, потому, как она точно знала, где искать укромное место.
Или же все церкви сроись по одному шаблону?
Так как и Исабель свободно ориентировалась в этой церкви. А она точно ещё ни разу в своей жизни не покидала континент. Насколько я знала, она родилась во Франции и пробыла там до вчерашнего вечера.
Мы вновь стали вдовой с дочкой.
Одежду старика и мальчишки пришлось оставить. Я постаралась спрятать наши маскарадные костюмы как можно получше, чтобы их нашли не сразу. А лучше вообще не нашли. На последнее было мало надежды, но таскать эти вещи с собой было бы ещё больше ошибкой. Во-первых, привлекут внимание, а во-вторых, если что-то случиться и нас досмотрят то, как мы объясним наличие у нас этих вещей.
Поэтому наш тюк с вещами уменьшился больше чем в два раза. Все мои ценности легко вместились в мою дорожную сумку, позаимствованную ранее у Винсента. Я долго думала брать с собой один из пистолей или нет? В итоге не решилась его оставить в церкви и, замотав в тряпицу, убрала на дно сумки. Огарок свечи, который я забрала из каюты капитана, так же теперь хранился в моей сумке. Зачем он мне? Я и сама не знала, но не могла выкинуть.
Кулон, украденный Миледи у капитана, точно не собиралась выбрасывать. Именно ради этой, казалось бы безделушки, настоящая хозяйка тела готова была
