в броне немца. Какую-то микроскопическую щель, куда и впрыснула свой фирменный яд, парализовавший рыцаря.
От грохота падения Вольдемара подпрыгнули даже первые ряды зрителей. Еще бы — такая масса льда обрушилась разом! Не меньше тонны навскидку будет.
Эмми тихонько присвистнула. Настя запищала от восторга, хлопая в ладоши — она болела за Госпожу и сейчас ликовала.
— Ну все, кранты Кривотолковым, — обронила Сахаринка, мрачно взирая на арену, — Вольдемар последним был, самый сильный из них. А теперь вон как — в лепешку!
Судьи уже готовились объявлять победителя. Госпожа приосанилась, расправила плечи. Торжество и превосходство прямо-таки сочились из каждой поры ее тела. Она уже праздновала свою победу!
Очухавшиеся приспешники Госпожи приветствовали ее восторженными воплями, трясли в воздухе кулаками. Воздух заметно потеплел — с поражение Вольдемара развеялся и его ледяной Дар.
Но тут случилось нечто невероятное. Огромный инсектоид, весь бой пролежавший без движения на краю арены, внезапно зашевелился, словно почуяв тепло. И прежде чем кто-либо успел хоть что-то сообразить, насекомое стремительно метнулось к Госпоже со спины!
Та вскрикнула, разворачиваясь и пытаясь закрыться. Но тщетно. Шесть лапок крепко вцепились в добычу, длинное жало мерзкой твари вонзилось точно между лопаток незадачливой победительницы. Миг — и Госпожа застыла соляным столпом, будто разом утратив не только способность двигаться, но и волю к победе…
По трибунам пронесся дружный вздох — обалдевший и недоуменный. Зрители ждали хоть каких-нибудь объяснений от комментаторов, но и те, кажется, растерялись. Судьи тоже молчали, удивленно глядя на происходящее.
Победителя они не торопились объявлять — ведь если Госпожа сейчас отключится, нужно будет подсчитывать очки, которая заработала каждая команда. И победит тот, кто наберет больше!
Тут что-то дернуло меня, заставило повнимательнее присмотреться к происходящему. Жук ведь не просто ужалил Госпожу — он закачивал в нее какое-то вещество! По полупрозрачному хвосту струилась густая черная субстанция, вливаясь в тело женщины.
Я сощурился, пытаясь ухватить ускользающее ощущение. И правда, в этой странной жидкости чудился мне некий знакомый отголосок, будто отзвук Духовной Силы, которую я уже встречал раньше…
Сам не зная зачем, я бросил взгляд в сторону медиков, оказывающих помощь пострадавшим на краю арены. Точнее, на одну конкретную персону.
Дарья полулежала на носилках, пока ей бинтовали раны и вливали восстанавливающее зелье. Но кривотолковская фурия даже не морщилась от боли. Она, не мигая, в упор глядела на замершую Госпожу. Губы Дарьи едва заметно шевелились, словно в беззвучном заклинании. А в глазах… в глазах девчонки плескались зловещие фиолетовые искры.
Меня будто обухом по голове огрели. Так вот оно что! Вот как эта стерва провернула свой финт ушами! Дарья каким-то чудом ухитрилась подчинить жука при помощи своего мозголомного Дара еще во время боя, пока была в сознании! И припасла эту тварь на крайний случай, чтобы жучило сыграло решающую роль в нужный момент!
А теперь насекомое закачивает в ослабленную Госпожу яд и чистейшую энергию Дарьи, подавляя ее волю и заставляя подчиниться!
— Получай, сучка, — прочитал я по губам Кривотолковой, сверлившей противницу ликующим взором. Ясно было как божий день — она отомстила. За тот удар жалом скорпиона еще на базе Стервятников. Кровная месть по всем канонам, чтоб ее!
Госпожа медленно, словно нехотя, подняла руку. Её глаза помутились, словно она была сама не своя. Громко и отчетливо, чтобы слышали все, произнесла:
— Я… сдаюсь. Моя команда признает поражение.
Трибуны взорвались. Со всех сторон неслись гневные крики, свист, улюлюканье. Зрители вскакивали с мест, размахивали руками. Многие были откровенно возмущены.
— Как же так⁈ — надрывался кто-то совсем рядом с нашим сектором, — Простолюдинка же победила! У нее соперников на ногах не осталось!
— Судью на мыло! Продажные твари! — вторил ему другой, — Признавайте Простолюдинов победителями, быра! Или бунд!!!
— А-а-а!!.. Я люблю пони-и-и!.. — надрывался какой-то городской сумасшедший, чья шиза обострилась из-за движухи вокруг.
— Нечестно! Кривотолковы выбыли все до единого! А теперь они, значит, победители⁈
Судьи долго совещались промеж собой, бурно жестикулируя и размахивая какими-то распечатками с правилами. Спор затягивался, страсти накалялись.
Но в конце концов вердикт был вынесен. Судейская коллегия, кряхтя и вздыхая, признала Кривотолковых победителями. Ситуация, конечно, беспрецедентная, очень спорная и неоднозначная. Но что написано пером…
Оказывается, есть в правилах турнира такой пункт. Если последний оставшийся боец признает поражение и добровольно сдается — даже в том случае, если его противники уже выбыли из схватки — то победа автоматически присуждается проигравшей команде.
— Нечестно!!! — орали на трибунах сторонники простолюдинов, — Там явно мозголомную магию использовали!
— И шо-о-о⁇.. — орали в ответ болельщики Кривотолковых, — Мозголомство не запрещено правилами! Сама дура виновата, что подставилась!
Такие дела. Занавес. Кривотолковы с минимальным перевесом выцарапывают победу из пасти поражения и проходят в финал Верхней сетки.
В нашем секторе повисла звенящая тишина. Девчата ошеломленно переглядывались, пытаясь переварить случившееся. Первой очнулась Настя. С досадой хлопнула себя по коленям, пробормотала:
— Блин, вот это поворот! Не, ну кто бы мог подумать? Дарья, чертовка, всех сделала!
— И не говори! — закивала Эмми, — Вот ведь хитрая лиса! Небось заранее просчитала все!
— Да уж… — криво ухмыльнулась Айсштиль. Ее льдистые глаза подозрительно блестели, — Тот смертный хорошо показал себя, молодец… Жаль, что в итоге проиграл бой…
— Кривотолковы себе верны — коварны и беспринципны до мозга костей. Чтобы победить, все средства хороши, — задумчиво произнесла Настя, — Надо брать с них пример!
Сахаринка лишь вздохнула, покачав головой:
— Жаль Госпожу. Она так хорошо сражалась! Считай, вывезла весь бой на своем горбу. А в итоге — эх!..
— Кривотолковы есть Кривотолковы, — Настя пожала плечами, — С ними нельзя до последнего расслабляться.
— У нее еще будет шанс в Нижней сетке, — добавила Эмми, — Кто в Верхней Сетке проиграл — падает в Нижнюю. Так что не торопись сбрасывать ее со счетов.
Я не вмешивался в разговор. Молча стоял у окна,
