бог, даю клятву простому роду смертных… ну и что с того? Они приютили меня, дали мне возможность сделать первый рывок. И за это я им благодарен.
Я первым разомкнул круг и еще раз оглядел свою команду. Что ж, все готовы. Пора выходить на арену и показать, на что мы способны.
— Командам Безумовых и Соколовых приготовиться выйти на Арену! — раздался снаружи громогласный голос ведущего, — Второй бой Верхней сетки начнется через пятнадцать минут!
Я усмехнулся. Сразу попали на фаворита… Но ничего. И против Соколовой можно найти прием. Благо, мы готовились в том числе и к встречи с ней.
* * *
В секторе команды Соколовых царила расслабленная, почти беспечная атмосфера. Казалось, никто из присутствующих ни капли не волновался перед грядущим поединком.
Афина, юная Одаренная с редким даром создания ледяных клонов, сосредоточенно тестировала своих двойников. Под мелодичный мотивчик, который она беззаботно напевала себе под нос, девушка обходила застывших истуканами копий, придирчиво осматривая на предмет малейших трещин или дефектов. Убедившись, что клоны в полном порядке, Афина удовлетворенно хмыкнула.
Рядом на ковре развалилась Марья, черноволосая красавица, рослая и крепкая, словно молодой дуб. Одной рукой она лениво почесывала за ухом здоровенного лавового пса, своего верного боевого товарища. Пес млел от удовольствия, порыкивал и всячески подставлялся под ласку, а Марья приговаривала, сюсюкая будто с младенцем:
— Ах ты мой хороший, мой верный дружочек! Ну какой же ты у меня классный, а? Самый лучший лавовый песик на свете!
В дальнем углу комнаты двое магов-сенсоров вполголоса о чем-то переговаривались, изредка бросая короткие взгляды на девушек. Эти двое отвечали в команде за информационную поддержку и разведку, благодаря своему редкому дару улавливать малейшие возмущения магического фона. Один из них, тощий и взъерошенный, нервно постукивал пальцами по подлокотнику кресла. Второй, более флегматичный увалень, меланхолично жевал жвачку.
В центре комнаты на роскошном кожаном диване восседала, закинув ногу на ногу, сама Светлана Соколова — признанная фаворитка турнира, краса и гордость рода. Обворожительная синеволосая дева с точеной фигуркой скучающе взирала в большой плазменный экран, где как раз транслировался бой между Кривотолковыми и Госпожой с подручными. Однако, вопреки ожиданиям, на прекрасном лице девушки не отражалось ни капли интереса к схватке. Она лениво потягивала вино из бокала и была сама невозмутимость. В конце концов, так и не досмотрев бой, она переключилась на видеохостинг и принялась смотреть разные смешные видео про котиков.
Четверо ее спутников, оторвавшись от своих дел, внимательно следили за поединком, обсуждая его в мельчайших деталях. Когда битва закончилась, Марья с любопытством покосилась на Светлану. Чуть помедлив, она рискнула спросить:
— Слушай, Свет, а ты чего не следишь за поединком-то? Там такие страсти кипят, закачаешься! Один Вольдемар чего стоит — прям машина для убийства! Неужто тебе совсем не интересно, а?
Светлана медленно, с явной неохотой оторвала взгляд от планшета. Смерила Марью ледяным, исполненным снисходительности взором и процедила:
— Ну и что с того? Могу тебя заверить — ни Кривотолковы, ни Безумов, ни эти загадочные простолюдины не стоят и мизинца моего внимания. Я прекрасно чувствую, даже отсюда — по сравнению со мной они все просто жалкие букашки. Возня насекомых, не более того.
Марья слегка стушевалась под презрительным взглядом княжны. Спасовала, опустила голову, принявшись с удвоенным рвением чесать брюхо лавовому псу. Афина тоже отвела глаза, сделав вид, что всецело поглощена своими клонами.
Неловкое молчание прервало появление князя Соколова собственной персоной. Глава древнего рода вплыл в комнату со значительным видом, разодетый в парадный камзол. Все, кроме Светланы, вытянулись перед ним по стойке смирно. Даже лавовый пес вскочил и вытянулся в приветственном поклоне, уважая субординацию.
Сама же Светлана, напротив, скривилась, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень недовольства. Она терпеть не могла, когда отец лез с ненужными напутствиями и советами, особенно перед важным поединком. Небрежным жестом девушка отставила опустевший бокал и откинулась на спинку дивана, всем своим видом выражая вселенскую скуку.
Впрочем, Георгий Константинович, похоже, ничуть не смутился столь прохладным приемом. Он бодро зашагал к дочери, на ходу расплываясь в ободряющей улыбке:
— Светочка, солнышко мое! Ну как ты тут, готова надрать всем задницы? Уверен, с твоим-то талантом и командой за спиной это раз плюнуть! Порвешь их как Тузик грелку!
Но Светлана лишь закатила глаза и раздраженно цокнула языком. Процедила сквозь зубы:
— Ой, папа, ну хватит уже! Говорила же тебе — я прекрасно справлюсь одна. Все эти… — она брезгливо повела рукой в сторону Марьи, Афины и застывших истуканами магов-сенсоров, — Эти недотепы мне только мешаются под ногами. Я бы куда быстрее со всеми управилась, будь на арене только я одна!
— Но доченька, — попытался урезонить ее князь Соколов, — Даже такой могучей воительнице, как ты, не помешает поддержка надежного тыла! Ну же, не упрямься! Позволь ребятам тебе ассистировать, прикрывать…
Светлана оборвала его неприязненным смешком:
— Ассистировать? Ха! Да эти недоумки только путаться под ногами будут! Обуза, а не команда!
Афина и Марья сконфуженно переглянулись. Покраснели до корней волос, но возражать не посмели. Лишь истово закивали, словно китайские болванчики:
— Что вы, княжна, мы вас не подведем!
— Обещаем выложиться на полную, все для победы сделаем!
Но Светлана пропустила их лепет мимо ушей. Она пригубила вино и, поднявшись с дивана, грациозно потянулась всем телом, упакованным в стильный синий мундир. Прошлась по комнате, словно пантера мерила шагами клетку. Внезапно замерла посреди комнаты и с мечтательной полуулыбкой произнесла:
— Эх, вот бы сейчас объявился тот самый Монстр, что саму Луну поцарапал! Ну, тот, о котором все судачат. Вот с кем был бы интересный бой! Сошлись бы один на один, без всяких там формальностей…
Она прикрыла глаза, погрузившись в грезы о схватке с неведомой тварью. Марья с Афиной опасливо покосились на нее, но промолчали.
— Да уж, доченька, тебе палец в рот не клади! — хохотнул Георгий Константинович с плохо скрываемой гордостью, — Но думаю, тот монстр даже тебе не по зубам будет.
— Пфе-е-е!..
