«Пока»? — хмыкнул отец.
— Уверен, скоро и это придумают, — ответил я.
Скорость сбора урожая с помощью жатки выросла значительно. Настолько, что отец даже запереживал:
— Это чем же мне с душ теперь барщину собирать?
— Не нравится, что они не заняты? — рассмеялся я.
Он мне сейчас типичного армейского старшину из анекдотов напомнил — ну, который приказывает «копать отсюда и до обеда» по принципу «чем бы солдат ни занимался, лишь бы… кхм, устал».
— Раз должны повинность отрабатывать, то и нечего им спуску давать, — пробурчал отец.
— Когда лесопилку нам улучшат, да дерево от Михайлюка пойдет — кто те бревна станет от берега до лесопилки таскать? — намекнул я на возможное применение силам высвободившихся крестьян. — Или нам специально грузчиков нанимать для того?
Глаза папы расширились в удивлении.
— А ведь верно говоришь! Не подумал я о том.
Оставив Ивана работать дальше, мы вернулись домой. Мама все еще хандрила и насколько это затянется, я не знал. Но если завтра будет в том же настроении, то попытаюсь ее все же вытянуть из этой меланхолии. Зато пока появилось свободное время, позвал Пелагею. Раз уж пообещал ей усилить ее обучение, надо выполнять данное слово.
Пока девушка старательно писала слоги, я параллельно готовил ей задание по математике. А конкретно — писал таблицу сложения-вычитания, да умножения-деления. Будет учить, пока я занят. Еще и заданий набросал штук сто. Простейшие «сложить два плюс два» или «три минус один». Для начала хватит, а там еще напишу.
По поводу ее обучения манерам пришла мне в голову мысль привлечь свою сестру. Если же мама вдруг вздумает воспротивиться, то у меня уже был готов аргумент в пользу моей идеи: «обучая — обучайся». Ведь объясняя что-то другому человеку, ты сам начинаешь замечать в пройденном материале то, на что не обращал внимания раньше. Ну и запоминаешь заодно тему лучше. И не откладывая дело в долгий ящик, я пошел к Люде.
— Учить твою служанку манерам? — удивленно посмотрела на меня сестра.
— Да. Сможешь?
— Но разве это не против… — тут она замялась. — То есть… ну как-то… служанку…
— Нормально все. Со мной Валентина делилась, что ее няня воспитывала — обычная служанка. И как думаешь, откуда она узнала о манерах высшего общества, если бы ее не обучали этому? И что бы она тогда передала Валентине и ее сестрам?
— Ааа, понятно, — облегченно выдохнула Люда. — Тогда ладно, подучу ее, конечно.
— Спасибо! Буду должен, — подмигнул я сестренке, от чего она зарделась в смущении.
Мамина хандра продлилась до вечера. Но к ужину она все же вышла и, когда все поели, огорошила нас заявлением:
— Я еду к брату. Хочу с ним повидаться и на могилу отца сходить.
Спорить не было смысла, да и причин, поэтому отец лишь уточнил, когда выезд и как долго она планирует отсутствовать.
— Завтра поеду. На сколько — пока и сама не знаю.
— Митрофана заберешь? — спросил отец. — Мы сами с Романом собирались до Дубовки съездить. Кого на хозяйстве оставить?
— Между собой договаривайтесь, — отмахнулась она. — Нечего вам двоим сразу там делать.
— Это уж нам решать — есть или нет, — оборвал маму отец.
Та сначала хотела вскинуться, но потом поняла, что глупость сказала. Указывать главе семьи, чем ему заниматься? Не то время сейчас.
— Прости, Сергей Александрович, от горя забылась.
— Прощаю, — кивнул отец. Потом чуть подумал и добавил. — Вместе поедем. А Роман пока в поместье за старшего останется. Заодно и посмотрим, — посмотрел он на меня, — как ты справишься.
Учитывая, что они не на один день едут — вполне серьезное задание мне дали. Как и доверие проявили. Что ж, вот мне и будет первый практический урок самостоятельного ведения дел.
Глава 8
15 июля 1859 года
— Иди сюда, — позвал меня отец в кабинет после завтрака. — Смотри, Роман, — начал он мне объяснять, где что находится. — Тут вот я деньги храню, — палец отца уперся в выдвижной ящик стола. — Вот тебе ключ от него. Мало ли, вдруг срочно понадобятся. Но ты все же их бездумно не трать. Во вторник на лесопилки съездишь, заберешь недельную выручку и сюда потом положи. Запись о том не забудь сделать.
Также он показал мне, где располагаются документы по заключенным договорам, да иные бумаги.
— Книги тоже можешь читать, только обратно их на место верни обязательно. И за душами следи — как они зерно убирают. Чтобы не думали, будто поместье без хозяина осталось. Обязательно в понедельник проверь все поля около наших деревень!
— Сделаю, отец.
— Ну и добре, — выдохнул он.
Мама давала наставления Люде. С близнецами они просто попрощались, наказав слушаться меня и Корнея. Но в первую голову — меня.
На улице их уже ждал Митрофан на тарантасе. Больше всего перед отъездом волновалась мама. Как я понял — от того, что редко она нас оставляет вот так — без присмотра взрослых. Для нее я еще тоже мальчишка. Причем даже формально она права. Лишь в следующем году официально признают совершеннолетним.
Но все подходит к концу. Вот и затянувшееся прощание наконец завершилось и тарантас с родителями покатил по дороге в сторону Дубовки. Лично я не особо волновался их отъезду. Да, я теперь за старшего, но в жизни поместья ничего не поменяется. Ну не будет их неделю, может полторы — что тут поменяться-то может? Все процессы налажены. Крестьяне занимаются уборкой зерна. Слуги знают свои обязанности на зубок. Из изменений — только то, что сегодня Михайло должен подойти с парочкой крестьян, да начать туалет нам строить. И все. Ритм жизни нынче неспешный. У меня много событий
