машине. Хмурый Васьков, выкуривший несколько сигарет, заметил мятую испачканную одежду на смущенной парочке, отсутствие верхних пуговиц на блузке девушки и недоверчиво покосился на Самородова:
— Я не въехал, она призналась, где наши деньги?
— Деньги будут, — заверил Антон и обнял Сану за плечи. — Уголек теперь с нами, как раньше. Нас ждет крупное дело.
21
Конферансье Левон — невысокий пухленький лысый армянин, в концертном фраке с бабочкой чем-то напоминал пингвина. Левон служил доверенным лицом Мосягина и был приставлен к музыкантам дублирующего состава в качестве руководителя. Мягкий по натуре Левон привык к разгильдяйству артистов и до последней секунды ждал Шаманову, задерживая концерт. Однако солистка не явилась. Пришлось доложить Мосягину о случившемся. От души выругавшись, администратор дал команду работать под фонограмму и срочно выехал на личной «волге» в Краснодар.
Мосягин въехал в город, когда концерты уже закончились, и направился в гостиницу, где проживала группа. Он нашел Левона в закрывающемся баре. Конферансье потягивал коньяк, клюя большим носом в широкий бокал.
— Как прошло? — спросил Мосягин, подсаживаясь к приятелю, и тоже заказал коньяк.
— Жуть! Мы чуть не спалились. В середине концерта фонограмма заела, дублерша не сориентировалась и замолчала, дура.
— И что?
— Левон спас положение, — похвалили себя конферансье и выпил. — Десять минут анекдоты травил, пока аппаратуру настраивали.
— Найду нашу красотку, ноги ей обломаю, чтобы никуда не бегала.
— Сана у себя. Действуй! — махнул рукой конферансье.
— Она нашлась?
— Второй концерт отработала. Душевно, как никогда.
Мосягин залпом допил бокал и стремительным шагом вышел из бара. Он ворвался в номер Шамановой в смешанных чувствах: она напугала его своим исчезновением, но осчастливила быстрым возвращением.
— Ты что творишь? Подвела коллектив. Это недопустимо! — набросился он на певицу.
Сана только что вышла из душа. Она была в длинной ночной сорочке и увлажняла лосьоном ноги, попеременно ставя их на кровать и оголяя бедро.
— А вы платите больше, чтобы я ездила на такси, — парировала она.
— Что ты несешь? Причем тут такси?
— При том! Я вынуждена толкаться в автобусе. Из-за моего особенного лица ко мне цепляются пьяные придурки, издеваются. Сегодня меня чуть не изнасиловали. Вот, полюбуйтесь! — девушка указала на блузку с оторванными пуговицами и синяк на запястье.
— Как? — опешил Мосягин.
— И так и этак. — Сана опустилась на кровать, прикрыла лицо ладошками, имитируя слезы, шмыгнула носом. — Меня чудом спас старый знакомый, отбил от троих. А я, вместо того, чтобы заявить в милицию, попросила отвезти меня на концерт. Пою, а у самой слезы.
— Не надо в милицию, — вырвалось у администратора. — Кто тебя спас?
— Виктор, он сильный, я его по Барнаулу знаю. Он на своих «жигулях» на отдых приехал.
Мосягин задумался. По большому счету, Сана — это курица, несущая золотые яйца. Если кто-то свернет ей шею… Нет уж! Куклу-дублершу заменить легко, а вторую такую как Сана еще поискать. Лучше потратиться на ее охрану и продолжить штамповать денежные купюры.
— Сильный, говоришь, и со своей машиной. А заработать он хочет?
— Как?
— Будет возить тебя и охранять от придурков.
— Я спрошу. Мы утром договорились встретиться.
— Червонец в день твоего Витю устроит? — спросил Мосягин.
— Наверняка.
— Завтра в девять на него посмотрю. Если исполнительный и не болтливый — возьмем. Получать будет через Левона. И чтобы больше, никаких опозданий!
Сана благодарно кивнула.
Утром Васьков приехал к отелю на «жигулях» с алтайскими номерами. Мосягин положительно оценил его угрюмый вид, немногословие, хорошее состояние автомобиля, предупредил, что все расходы на машину лежат на водителе и дал добро. Теперь Васьков мог открыто и в любое время приезжать за Шамановой и получать за это деньги.
Первым делом Виктор отвез Сану к Самородову.
— Мой план сработал, — гордился собой Антон и похлопывал приятеля по плечу. — Поздравляю, Витек, ты теперь телохранитель, но не к телу прикасатель. Усек?
— Червонец в день — нехило, но где остальные деньги? — ворчал Васьков.
— Их мы возьмем у Мосягина, — заверил Антон и обратился к Сане: — Администратор еще здесь?
— Сразу укатил в Сочи.
— Замечательно! Приступаем ко второй части моего плана. Сейчас найдем свободный телефон-автомат, и ты поговоришь с дублершей голосом вашего администратора.
Сана выслушала инструкцию и позвонила в гостиницу. Когда ее соединили с дублершей она заговорила вкрадчивым, но требовательным голосом, каким Мосягин общался с артистами:
— Деточка, это Иосиф Мосягин, напомни, тебя как зовут?
— Лена Сидорова.
— Неправильно, — пожурил администратор. — На сцене ты кто — Арина Славская! Тебе же нравится быть известной певицей?
— Конечно.
— Настало время стать настоящей Ариной Славской — сменить паспорт. Понимаешь, о чем я?
— Нет, — честно призналась дублерша.
— Деточка, Лен Сидоровых, что грязи, а Арина Славская одна единственная. Ей станешь ты!
— Как это?
— Очень просто. Сейчас поедешь в милицию и скажешь, что ты певица Арина Славская, у тебя украли паспорт и деньги. Подаришь им свой диск с автографом и лучшие билеты на концерт.
— Свой диск?
— Ты же Арина Славская! Вдолби себе это в прекрасную головку. Как тебя зовут?
— Арина Славская, — с тщеславной улыбкой ответила дублерша.
— Молодец, привыкай к новому имени. Все! Больше не могу болтать по межгороду. Остальное тебе растолкует Шаманова.
После разъяснений по телефону Сана заявилась в номер к дублерше и повела себя, как начальник.
— Дай паспорт, — потребовала она, а когда получила документ, тут же его порвала.
— Зачем? Ты что! — на глазах дублерши выступили слезы.
— Тебе же Мосягин объяснил — ты теперь не Сидорова, а Арина Славская!
— И как мне без паспорта?
— Едем в милицию. Там поплачешься и скажешь, что у тебя пропал паспорт и кошелек. Вчера были в сумочке, а сегодня нет, где украли, не знаешь. Тебе срочно нужен новый документ.
— А мне дадут?
— Конечно! Там же мужики работают, они будут рады помочь известной певице и красивой женщине. Надень мини-платье, колготки в сеточку и туфли на каблуке. Я тебя жду в машине.
Антон и Сана привезли дублершу к главному управлению милиции Краснодара.
— Ты — Арина Сергеевна Славская, — напомнила Сана. — Требуй паспорт, крути попой, дыши грудью и вытирай слезы.
Когда девушка зашла в здание, Сана сосредоточила слух на ее голосе и стала рассказывать, как ее принимают милиционеры.
— Узнали, сочувствуют, обещают найти вора.
— Не то, не то, — бормотал недовольный Антон.
— Пластинке и билетам рады, но предлагают выдать справку, чтобы паспорт получила в Москве по месту жительства.
— Вот же козлы! Придется задействовать тяжелую артиллерию. Ты запомнила текст?
— Мне главное
