Читаем без скачивания Сокровище «Капудании» - Владимир Васильев

Повинуясь внезапному озарению, принц велел Ральфу:

– Вынимайте вторую!

Тот повиновался и спустя неполную минуту протянул Александру второй полупрозрачный квадратик.

Он ничем не отличался от обнаруженного ранее, только штришки и точки на нем располагались иначе.

Еще через пару минут квадратиков в руках Александра было четыре.

– Вот и все, господа! – довольно произнес принц. – Осталось только совместить квадратики, правильно расположив их при этом, и взглянуть сквозь них на что-нибудь достаточно яркое, на солнце или горящую лампу. Я читал о подобных трюках.

– Тысяча чертей, – пробурчал капитан Фример. – Какие сложности! А нельзя было просто спрятать тут добрую карту?

– Откровенно говоря, нынешний вариант также не представляется мне слишком уж сложным, – заметил Александр. – И наше счастье, что все четыре квадратика Леро спрятал в одном и том же доме. Мог ведь и на разных берегах Эвксины – одну тут, вторую в Колхиде, третью в Тавриде, а четвертую и вовсе где-нибудь в Родопских горах. С ног бы мы с вами сбились, уверяю!

– Погодите, принц, – вмешался Зимородок. – А вы уверены, что таких пластинок должно быть четыре? Вдруг больше? Пять, шесть? Или все десять?

– Полной уверенности, разумеется, быть не может, но обыкновенно подобный крипт подразумевает баланс между числом сторон (или, если угодно, углов) каждого фрагмента и числом фрагментов. У квадрата четыре стороны. У нас четыре квадрата. Баланс соблюден. Осталось правильно совместить крипт.

– Что значит – правильно совместить? – не понял Фример.

– Правильно расположить фрагменты, – пояснил Александр. – Как видим, каждый из четырех фрагментов может быть ориентирован восемью различными способами.

– Восемью? Хм… А не четырьмя? – засомневался Фример. – Это же квадраты, вы сами говорили, что у них только четыре стороны… А, понял! – Толстяк хлопнул себя по лбу. – У квадрата, кроме четырех сторон, есть еще лицо и изнанка!

– Верно, дядя, вы попали в самую точку.

– Дайте-ка мне этот ваш крипт! – азартно сказал капитан, протягивая руки.

Александр с усмешкой уступил ему квадратики со штрихами. Фример некоторое время тасовал их и так, и эдак, словно карточный шулер, и ежесекундно пытался разглядывать полученный крипт на просвет.

– Тысяча чертей! – выругался он вскоре. – Слишком темно, ничего не видно!

– Нужно действительно смотреть на солнце, – посоветовал Ральф. – А кроме того, следует отсюда убираться… если мы действительно нашли то, что искали.

– Вот убедимся окончательно – и уберемся, – решил Александр. – Дядя, пойдемте на балкон. И дайте крипт мне, у меня в складывании подобных головоломок опыта побольше вашего. Во второй раз должен вам сообщить, что сидение в библиотечной башне – отнюдь не бесполезное занятие.

Фример скептически покачал головой, но крипт Александру все-таки отдал. И на балкон пошел без возражений.

Александр вертел полупрозрачные пластинки, одновременно пытаясь с ходу сосчитать число возможных комбинаций.

Не успел. Нечто похожее на карту ему посчастливилось сложить чуть-чуть раньше.

Ральф Зимородок,

воды, лето года 864-го

Закатное небо нависало над Амасрой. Было еще совсем светло, но на солнце уже удавалось глядеть почти без рези в глазах.

Ральф, Александр и Фример сидели на самом краю изъеденного морем волнолома, тоскливо поглядывая на мысок, из-за которого завтра около полудня должны были появиться «Гаджибей» и «Дельфин». Тут же валялся на прогретых за день камнях и кассат. Чуть поодаль, у объемистого сундука, примостились оба солдата с мушкетами в руках. Сундук был пуст, но об этом солдаты не знали. Ральф и Александр прихватили его в одном из домов на той же улице, где был обнаружен тайник с криптом.

Еще дальше расположилась Альмея Сократес с телохранителями. Ральф несколько раз перехватывал ее быстрые взгляды. Сундук ее, похоже, интересовал – но кого на ее месте не заинтересовал бы подобный предмет, добытый в сходных обстоятельствах? Да и вообще по природе своей женщины очень любопытны.

– Не нравится мне здесь, – в который уже раз пробурчал Фример. – Как вспомню этих черных, так мороз по коже гуляет. А ночь все ближе…

– Они же нам помогли, – напомнил Александр. – По крайней мере один из них.

Фример понизил голос:

– Все равно корабли за нами придут только завтра. Нужно где-нибудь переночевать. И не худо бы при этом вздремнуть, хотя бы по очереди. Александр! Неужели вы так и намерены торчать тут, на волноломе?

– Мне нужно было подумать, дядя.

– Думать можно и на месте ночлега.

– И тем самым заранее раскрыть его? Успокойтесь, дядя, я знаю, где мы проведем ночь. Ральф, пойдемте-ка со мной! Ножичек все еще при вас?

– Разумеется!

– Отлично. Мы быстро, дядя.

Александр порывисто вскочил и, ловко прыгая по округлым бетонным чушкам, добежал до парапета, взобрался на него и соскочил на причал внутренней бухты. Зимородку ничего не осталось, как последовать за ним.

– Мы быстро, – бросил он кассату, только потом сообразив, что невольно повторил слова принца.

Кассат не двинулся, лишь чуть заметно шевельнул ухом. Конечно же, он отпускал приятеля по непонятным человечьим делам и, конечно же, он будет ждать его на этом самом месте – ждать столько, сколько потребуется. Хоть целую вечность.

На причале у парапета раскорячился ржавый остов какого-то древнего механизма. Даже такой – потрепанный временем и ветхий – он внушал подспудное уважение, равно как и рукотворный волнолом из насыпанных у берега бетонных чушек. Все-таки до катастрофы люди были воистину царями природы, раз так легко перекраивали ее под себя. Но – с другой стороны – не за это ли постигла их ужасная кара?

– Что вы задумали, Алекс? – поинтересовался Ральф, догоняя принца.

– Нам нужно найти лодку.

– Лодку? – Зимородок невольно покосился на жалкие остатки рыбацких лодчонок, там и сям догнивающие чуть далее, на песке, неподалеку от места, где таинственные скелеты Амасры сражались с телохранителями Альмеи Сократес. – Помилуйте, это же дрова, а не лодки! Трухлявые и гнилые!

– А во-он там, видите – купол? Как полагаете, что это?

Ральф взглянул. Шагах в пятидесяти от береговой линии и впрямь виднелись какие-то строения.

– Почем мне знать? – пожал он плечами.

– А рельсы, к ним ведущие, вам ни о чем не говорят?

Ральф присмотрелся повнимательнее. Действительно, к строениям от воды тянулись все еще живые металлические рельсы, по которым запросто можно было запустить слиповую тележку.

– А ведь правда, – пробормотал Ральф. – Вы на редкость наблюдательны, Алекс. Но сомнительно, чтобы даже под крышей сохранилась какая-нибудь посудина, все еще пригодная для плавания. Дерево, к сожалению, недолговечно.

– Плавание… Кто говорит о плавании? Нам и нужно-то всего лишь: выйти из бухты, обогнуть волнолом и догрести до островка напротив восточного мыса.

– До островка?

– Это самый безопасный ночлег, который я в состоянии придумать. – Александр хитро подмигнул. – Ночевать в городе и впрямь неразумно. А вот остров – дело другое. Корабль к нему не пристанет, да и лодке, как я видел, будет непросто сделать это. К визиту же непрошеных гостей мы, в случае чего, успеем как следует подготовиться.

– Если за ночь поднимется ветер и волны, – протянул Ральф скептически, – мы можем на этом островке крепко застрять. При даже очень умеренном волнении лодку будет нещадно колотить о скалы. Не уверен, что она это переживет.

Александр хитро улыбнулся:

– Ветер… Пристало ли нам боятся ветра, если среди нас заклинатель ветров?

Зимородок застыл на полушаге. Мысль принца была настолько простой и неожиданной, что доселе ни разу не приходила Ральфу в голову. Штархи взывают к стихиям лишь на борту ушедших в воды судов, это считалось само собой разумеющимся и обсуждению никогда не подлежало. В самом деле – кому может понадобиться заклинать ветер на берегу? На берегу от ветра легко укрыться, не то что в водах.

Хотя такой небольшой островок в принципе можно рассматривать как корабль… Как севший на мель корабль.

– Я сказал что-то крамольное? – посуровел Александр, видя замешательство Ральфа.

– Нет, – покачал головой Зимородок. – Ничего крамольного. Неожиданное – да, сказали. Мне, да и другим штархам тоже, никогда не доводилось взывать к стихиям, находясь на берегу. Как не приходится матросам менять галсы на стоящем у причала корабле. Ваша идея… ваша идея просто за пределами моего воображения.

– Но ведь от этого она не становится невозможной, а?

– Не знаю, – честно ответил Ральф. – Представления не имею, станет ли помогать мне кассат, если я попытаюсь обратиться к стихиям с берега. Не знаю, отзовутся ли стихии, даже если услышат зов. Не знаю, поскольку никто до сих пор не пытался проделать это.