монголам. Так Терхан останется у разбитого корыта, а вернее и дальше будет только капать слюной на наши плодородные земли, полные полезных ископаемых и того самого скадония.
— Я не женюсь на чужачке! — Всеслав сжал кубок в руке, и твердо закончил, — Этому не бывать никогда! Мне хватило одного ребенка, который теперь испытывает мучения, потому что помешаник. Он даже по́стриг пройти нормально не смог, пока мы домой не вернулись!
— Тебе нужна княгиня, Всеслав! И точка! Не хочешь дочь викинга, бери Ольгу и на том порешили! Ни один князь ставленник не захочет отдать тебе свою дочь из-за Ярослава и его родной матери. Ты и сам понимаешь, что никто из них не будет в восторге от того, что помешаник с монгольской кровью будет стоять выше, чем родной внук! Поэтому… Либо Миневра, либо Ольга, Всеслав! Тебе нужен наследник, на котором не будет клейма монголов!
Всеслав окаменел, смотря в глаза брата. По телу мужчины прошла волна боли такой силы, что свела все жилы. Каждый день он проклинал себя за то, что случилось с той бедной девушкой, которую вынудили родить Ярослава. Её намеренно заставили стать женщиной Всеслава только ради рождения ребенка.
— То есть, если я правильно тебя понял, ты хочешь, чтобы я женился только для того, чтобы в ложе упражняться, да детей строгать? — Всеслав холодно усмехнулся и отчеканил, — На нашу землю не ступала нога ні одного саксонского виродка! І не ступить! *(На наши земли на ступала нога ни одного саксонского отродья! И не ступит!)
— Очевидно, не ступит, потому что они часть наших колоний, Всеслав. Однако! У нас их земля, и они очень хотят её обратно! Как и остальные! Особенно король галлов Фридрих! — Ярополк приподнял лицо и сверкнул глазами так, словно уже просчитал шаги монгольского хана в этой игре наперед.
— Тогда пусть платят своей кровью за то, что утопили вместе с османами пятьсот лет назад Днестр в нашей крови. Как только число станет равным, я подумаю, что делать с их регентами при наших Ставлениках. Может разрешу подписывать дозволение на строительство сортира или отхожего места!
Ярополк снова скривился, и зло выдохнув, только холодно прошёлся взглядом по Всеславу.
— Жениться не детей рожать, бестолочь! Мы что, в древние века живём? Ярослав может остаться единственным твоим наследником! Однако факт остаётся фактом! Пока ты не женишься, Терхан рано или поздно потребует встречи с Ярославом. Для монголов кровь одна на всю орду! Тебе ли не знать об этом?! И если он затребует кровный брак, то мы потеряем Киев!
Всеслав только хмуро посмотрел на брата, но с его словами обязан был согласиться. В Ярославе ордынская кровь, а это прямая дорожка к княжьему трону для Терхана.
Братья так и смотрели в глаза друг другу, пока Всеслав не пророкотал, допив вино:
— Раз ты так настаиваешь, у меня нет выхода. Придется начать строгать наследников!
— Боги ярые, дайте мне сил не прикончить этого сопляка! Всеслав!!! — Ярополк поднялся, а его голограмма подошла прямо к князю аккурат под самые очи, и брат зашептал громким басовитым шепотом:
— Покажи своему народу, что к ним вернулось величие! Покажи, сопляк, что русины это одна кровь и никогда не прогнутся даже под таких тварей, коих как муравьев под ногами. Растопчи Терхана и верни себе ИМЯ, — Ярополк повысил голос, но следом замер и продолжил уже спокойно, — Верни мне опору, а я верну тебе свою. Кровь за кровь…
— Брат за брата… — прошептал Всеслав, — Ибо таков закон богов.
— Я не настаиваю, Всеслав. Ты волен поступить так, как считаешь нужным. Однако ты и сам понимаешь, что это необходимо. Это поможет показать мировому сообществу, что новый князь Киевской Руси не мальчик, прибежавший домой из плена, а Князь, который привез из завоёванных некогда земель наследника, а теперь укрепляет свое положение создав семью!
Князья замерли смотря в глаза друг другу опять, а потом Всеслав приподнял подбородок и ответил:
— Пусть тогда огнебог Семаргл решает, кого небо прочит мне в жены.
— Это древний обряд. Он опасный, Всеслав! — Ярополк прищурился, однако ухмыльнулся.
— Опасный, однако именно он опять покажет всему миру, что Славянская империя это не место для казнокрадов и купеческой швали, брат! — Всеслав расплылся в холодной ухмылке в ответ, — Как раз через две недели близится день очищения.
— Тогда нужно поторопиться и дать возможность девицам приготовиться, — Ярополк сложил руки на груди, однако покачал головой и закончил, — Созвать всех князей в стольный Киев будет не просто.
— Достаточно тебя и Мстислава с Миндовгом, — пробасил Всеслав и обратился к Арысь:
— Арысь, вели смотрителям палат киевского дворца приготовить ристалище на берегу Днепра. Да пошире пусть место найдут, чтобы поместились все делегации!
— Слушаюсь, Государь! — ответил женский голос, а князья переглянулись.
— Смотри, а то на такой древний обряд целая дружина девиц заморских прилетит, — Ярополк опять ухмыльнулся, однако подобное веселье не трогало сердце Всеслава совсем.
— Аэропорт столицы работает круглосуточно, — съязвил Всеслав, — Он в состоянии принять даже дочь падишаха.
— Тогда может и султанша какая прилетит, — приподнял бровь Ярополк, а глаза его говорили именно о том, что обряд обрядом, но женой Всеславу всё равно будет дочь конунга Миневра.
Обряд был действительно трудным. Однако князь итак понимал, что не ему решать, кто станет его частью. Всё решит судьба правителя, у которого нет сердца, а есть лишь разум. Именно он должен думать только о народе и его благополучии, а остальное, как и то, кем будет жена князя, не важно.
— Встретимся в Киеве, брат!
Ярополк тепло улыбнулся Всеславу, на что князь кивнул и замер взглядом на том, как исчезает фигура одного из самых близких и надёжных людей. Ведь именно Ярополк и Мстислав помогли ему вернуться домой с Ярославом. Если бы не их депеши ордынцам, Терхан ни за что не отпустил бы наследника монгольских кровей с отцом на его родину.
Всеслав надел длинный кожаный жилет поверх сорочки и быстрым шагом вышел из палат, только мазнув взглядом по страже, которая стояла у дверей.
— Велите подать коня, Государь? До вече в Яремче ещё полдня, — послышался вопрос за спиной, однако Всеслав пропустил его мимо слуха, и нахмурился.
Женский смех, разливающийся бурными звуками вдоль коридора, как та самая река за окном, был настолько громким, что на секунду выбил мужчину из колеи. Всеслав собирался найти Радолира, чтобы расспросить, что тот узнал о пропавшей семье мольфар у местных старцев. Направлялся как раз в конюшни к другу, когда замер, и плавно повернувшись на смех, махнул прислуге, чтобы те
