что вот это у вас совершенно нормально носить? — я поправила рукав платья и повернулась к девушке.
Катинка осмотрела меня, и с удивлением, смешанным на лице с неловкостью, ответила:
— Да, княжна. Подобные наряды носят женщины вашего сословия и с вашим титулом.
— Тти-тулом? — я поперхнулась, а потом ощутила как подол платья резко потянул Ярик.
— Да! Вы теперь княжна. И выглядите в этом красиво, — малыш улыбнулся и стал расправлять платье, размахивая грубой красной тканью со стороны в сторону.
— Ну, раз Его Высочество говорит, что красиво, мне ничего не остаётся, как признать это.
Однако был ряд нюансов. В подобном не то что ходить невозможно, в этом повернуться трудно, учитывая что белья под платьем нет, а заменяет его тканая сорочка. Все прелести это чудо удерживает корсажем.
"Хорошо хоть трусы не заставили снять, а даже позаботились о сменке! А то вдруг княжны белья вообще никакого не носят?" — я посмотрела на себя в зеркало и естественно скривилась, понимая что платье то на мне шикарное, но вот на голове в это время куриное гнездо, а на лице серые после инфекции синяки прямо под глазами.
"Отличный видок! Он явно впечатлит твоего папаню!" — я улыбнулась мальчику опять, и потрепала волосы по голове малыша, умоляя высшие силы услышать меня и отвадить ребенка от затеи женить на своем отце.
"Не дай бог! Мне ещё этой прелести не хватает для полного счастья, учитывая что я застряла здесь, а на поиски обратного пути…" — моя рука замерла в волосах мальчика, а сама я посмотрела на своё отражение снова, наконец уловив в глазах настоящие слезы отчаяния, — "Это может занять годы, Стежа. Или не произойти совсем. Ты можешь не вернуться домой и вовсе. А значит… Ты здесь никто… И в случае того, если не произойдет новой сказочной грозы, ты станешь пустым местом на обочине в мире, который не твой, и которому ты чужая…" — продолжало шептать в мыслях, пока мои руки мягко гладили чужого ребенка по волосам. Мальчика, ставшего в этом ужасе, подобным свету для меня. Ведь с каждым днём этот мир действительно становился всё реальнее.
По прошествии целой недели всё вокруг и правда начало восприниматься, как настоящее. Всё выглядело как правда, и даже голограмма Арысь уже не пугала меня настолько, как к примеру два дня назад.
Уверенности в том, что после удара молнией наступила кома тоже не было, однако как раз в неё я и впадала, как в бешенство при виде холодного взгляда, с которым меня постоянно осматривал, как экспонат в музее папаша. Вот и только что, он стоял в дверях так, словно перед ним диковинный зверёк на убой.
Сразу за папаней в хоромы влетела Катинка. Она впопыхах осмотрела меня, и с досадой закусила губы.
— Не успеть мне вас привести в порядок, княжна.
— Расслабься, Катюша, — я лишь отстранённо отмахнулась от её потуг, хотя совершенно не понимала, что такого в том, что князь изъявил великую волю и честь поесть рядом со своим сыном.
"Ну бред же!" — хмыкнула и посмотрела на застывшие фигуры персонажей мультика в воздухе.
"Ты найдешь выход, Стежа! Иначе никак! Мало того! Ты должна вспомнить и хорошие стороны такого "путешествия". Вероятность поймать тварь, которая убивает людей стала намного выше…"
— Нужно только найти всё на этих мольфаров, которые пропали. Они моя нить к разгадке грозы, а она моя дорога домой. И пока я не найду то, что вернёт меня назад, должна попытаться отыскать максимум информации о том, как преступник мог протащить к нам оружие из этого места, — бормоча себе под нос, как мантру, я шла следом за Катинкой и Ярославом, в окружении троих молодчиков из охраны князя.
Длинный коридор, стены которого отделаны опять же натуральным деревом, заканчивался широким лифтом. В него мы и вошли. Когнитивный диссонанс от подобной картины сочетания древности с передовыми технологиями наступил ровно через пару секунд моего пребывания в полностью прозрачной кабине, которая спускалась, как капсула вниз, и открылась прямо на задний двор резиденции.
Катинка тут же замерла и склонила голову, как и остальные прибывшие со мной смерды. Я осмотрела эту картину, и наконец вдохнула полной грудью, почувствовав как на лицо упали солнечные лучи.
— Обычно, когда князь созывает обед, его за это благодарят поклоном, простолюдинка! А ты смеешь не то что голову не склонить, но и дурой прикидываться перед Его Величеством!
Я хорошо запомнила голос княжны Ольги. Как только мой взгляд упал на широкий стол, накрытый прямо на свежем воздухе, перед глазами замаячила рожа солдафонки. Рядом с ней сидели ещё несколько женщин. Не скрывая своего отвращения точно так же как и она, шептались и посматривали в сторону совершенного экспоната пофигизму. Папаня словно и не замечал женщин, а горефутболист спокойно попивал что-то из кубка, переговариваясь с Всеславом и кивая головой на его хмурый взгляд.
Князю казалось вообще побоку, что перед ним стоит Ярослав. Однако спустя несколько секунд, Всеслав стрельнул взглядом в малыша, и улыбнулся совсем незаметно. Мальчик тут же побежал к отцу и залез на колени.
"Матерь Божья! Да ты реально умеешь это делать?!" — съязвила в голове, а Катинка кивнула мне на стол.
— Идите, княжна, — шепнула девушка и указала мне на один из высоких стульев, рядом с женщинами.
Но лишь посмотрев на тот серпентарий, который убивал меня взглядом раз за разом, мне не то что есть перехотелось, мне жить стало тошно. Потому и садиться за стол рядом с ними у меня не было никакого желания. Более того, только теперь я поняла, какую засаду мне устроил малец. Барышни то выглядели иначе. В лёгких платьях, с меховыми накидками на манер наших.
"И тут я! В своей мечте косплеера "Игры Престолов"?! Запакованная по самое горло, только корсаж всё облепил!"
Невольно скривившись и чертыхнувшись, наплевала на любые глупости, и уверенно пошла в совершенно другую сторону. Схватилась за стул по левую руку от горефутболиста, и под застывшие огорошенные взгляды серпентария, села за стол.
— Как ты посмела? — убито прошептала одна из подружек солдафонки, пока та с вызовом бросила салфетку прямо перед собой на стол, и повернулась к папане.
— Ваша…
— Ольга! — Всеслав громко и резко осёк солдафонку, переведя только взгляд в её сторону от тарелки, в которую накладывал еду сыну.
— Это неслыханно, Государь! Это оскорбление всех женщин за этим столом! Как она посмела сесть на мужскую половину?! Рядом с Воеводой! — завопила уже вторая подруга Ольги, на что я откинулась на
