— О, мы не любим есть так поздно, правда, дорогая? Я думаю, мы предпочтем обедать в семь тридцать.
Салли неловко кивнула и проследила за тем, как администраторша записала это время в книгу.
Оказавшись на улице, Салли вздрогнула и втянула в себя запах дымка, поднимавшегося из каминных труб. Она взяла Хью под руку и с улыбкой передразнила его:
— О, мы не любим есть так поздно, правда, дорогая?
— Разве я ошибся? — спросил Баррингтон, целуя ее в лоб.
— Нет, — вздохнула она. — Не похоже.
— Ну, наконец-то ты согласилась со мной. Но поскольку мы решили обедать в такую безбожную рань, времени на прогулку почти не осталось. Я подозреваю, что ты, как большинство женщин, будешь долго одеваться к обеду.
Оказавшись у подножия лестницы, Салли с трепетом подняла глаза. Лампочки в виде свеч освещали окна из зеркального стекла и бросали дрожащие зайчики на толстый ковер и резные дубовые панели. Хью взял ее под руку и повел вперед.
Слава Богу, что нижний камин топили дровами диаметром с бревно; треск дерева заглушал стук ее сердца.
Ноги Салли утонули в пушистом серо-голубом ковре; за спиной захлопнулась дверь.
— Гм… — довольно протянул Хью. — Да, у Старого Роули губа была не дура!
— У Старого Роули?
— Кличка Карла Второго, — просветил ее Хью. — Присвоенная ему в честь знаменитого тогдашнего жеребца-производителя.
Лучше бы она не спрашивала! Двинувшись в угол комнаты, Салли заметила на стене три миниатюры.
— Карл Второй, его жена Екатерина Браганса и, конечно, наша дорогая Нелл, — объяснил Баррингтон.
Нелл Гвин, одну из фавориток Карла, Салли узнала сразу, однако лицо жены короля, португальской принцессы, было ей незнакомо. Странно, что все три портрета висели рядом. Интересно, поместил бы Хью свою фотографию между фото Серены и ее самой? Тая эти мысли, Салли отвернулась и прошептала:
— Великолепная комната, правда?
Проследив за направлением ее взгляда, Хью увидел кровать на четырех резных столбиках под балдахином из плотной голубой парчи. Он взял Салли за руку и повел к стоявшему у окна уютному дивану на двоих.
Баррингтон сел на диван и предложил Салли последовать его примеру, похлопав рукой по ситцу персикового цвета.
— Пять минут, — тихо сказал он, привлекая ее к себе. — А потом начнем готовиться к обеду.
Почувствовав прикосновение его губ, Салли закрыла глаза.
Вскоре она освободилась из его объятий и посмотрела на часы. Хью глянул на ее запястье и заявил:
— У нас еще больше часа. Может, распакуем вещи и примем душ?
Салли расстегнула матерчатый чемодан, осторожно сняла обертку и вынула платье из сине-голубого крепа, купленное специально для этого вечера. Разгладив его длинные рукава, она пошла к шкафу за вешалкой. Все вешалки были обтянуты таким же персиковым ситцем, как диван. Это заставило Салли улыбнуться. В ее шкафу были вешалки только деревянные, пластмассовые и проволочные.
Тем временем Хью положил брюки от вечернего костюма в пресс и стал сноровисто крутить циферблаты и дергать за рукоятки. Она припомнила первую попытку Ричарда воспользоваться этим приспособлением, закончившуюся тем, что стрелки на его выходных брюках оказались заглаженными не вертикально, а по диагонали.
Салли подавила улыбку. Странно, на прошлой неделе она ни разу не вспомнила про Ричарда. Пожалуй, надо было сказать ему спасибо. Если бы не Ричард, она бы сейчас не принимала душ и не одевалась к обеду.
Хью поправил шелковый галстук и потрогал левый лацкан.
— Что, нет красной розы? — спросила Салли и обвела взглядом стоявшие в вазах букеты. Все цветы были кремово-белыми и персиковыми.
Хью улыбнулся и покачал головой.
— Нет, это только для универмага. — Он поднял взгляд, полный тепла и одобрения, и шагнул к ней. — Салли, ты настоящая красавица!
На миг Салли показалось, что Хью хочет погладить ее по голове. Но он сдержался и правой рукой слегка прикоснулся к ее левому плечу.
— Что, пятно? — испугалась она. — Я все чистила щеткой!
— Нет, — мягко ответил Хью. — Мне захотелось дотронуться до тебя, но я не решился испортить твою прическу. Ну как, ты готова к обеду?
Когда Салли допила аперитив, Хью незаметно кивнул метрдотелю, и они из бара прошли в ресторан. Там по просьбе Баррингтона их усадили за угловой столик у окна, за которым виднелся залитый светом парк.
— Жаль, что на зиму выключают фонтаны и каскад. Придется вернуться сюда летом.
В этих словах было что-то успокоительное. Мысль о том, что Хью думает о совместном лете, пробудила в сердце Салли надежду. Она улыбнулась ему и увидела, что Баррингтон незаметно обвел взглядом зал. Удостоверившись, что знакомых здесь нет, он вновь переключил внимание на свою даму.
Салли пригубила бокал с белым вином и полюбовалась игрой света в хрустале, отбрасывавшем золотистые зайчики на ее волосы.
— Одобряешь мой выбор? — Салли молча кивнула. — Должен признаться, — прошептал Хью, выжимая лимонный сок в рыбное равиоли, — я мечтал разделить с тобой любимые блюда и вино. — Он покосился на метрдотеля. Тот был очень вежлив и держался на расстоянии.
Когда главное блюдо было съедено, Хью отпустил официанта, подававшего вино, и обернулся к Салли.
— Ты уверена, что не хочешь красного?
— Спасибо, нет. Если я выпиваю больше одного бокала, у меня начинает болеть голова.
— Этого нельзя допустить, верно? Во всяком случае, сегодня ночью.
Стоявший в ресторане полумрак не помешал Хью заметить, как вспыхнули ее щеки. Он нежно погладил руку Салли.
— Наверное, лучше было не говорить этого. Ты решила, что я хочу лишить тебя здешнего замечательного десерта?
Салли заглянула в меню и улыбнулась.
— Увы, я сладкоежка и обожаю шоколадные конфеты.
Когда ей принесли коробку белого и темного шоколада, а Хью — струдель с грушами и жирным сыром «стилтон», у Салли округлились глаза. Выражение ее лица заставило Баррингтона улыбнуться.
— Фрукты и сыр в одном блюде и, слава Богу, никакого малинового сиропа! Уверяю тебя, это очень вкусно. Хочешь попробовать?
Оглядевшись по сторонам, Салли нагнулась и позволила Хью положить себе в рот маленький кусочек пирога.
— Ну что?
— Не распробовала. Боюсь, я отбила себе вкус шоколадом.
— Тебе нечего бояться, — ответил Хью. — О, появилась эта компания. Пойдем пить кофе в библиотеку?
Салли погрузилась в глубокое кресло, стоявшее у камина, расслабилась и сыто вздохнула.
— Обед был замечательный. Очень вкусный и в нужном количестве. Терпеть не могу наедаться до отвала.
