– Я достаточно времени провел в странах «третьего мира», – после небольшой паузы сказал Логан. – Все диктаторы первым делом ограничивают свободу прессы, чтобы оппозиция не могла высказываться. Уверен, что Стэнфилды с удовольствием заткнули бы рот Тренту.
– Дед приберег еще одну бомбу на тот случай, если Вуди выдвинет свою кандидатуру на пост президента. Вы умеете хранить секреты?
Логан утвердительно кивнул.
Келли понизила голос, поскольку они вышли на веранду, полную гостей.
– Большую часть денег ваш отец получает не от добычи драгоценных камней. Аризона действительно стоит на втором месте в стране по добыче драгоценностей, и Стэнфилды владеют большинством шахт, но у них есть и другой бизнес.
– Торговля наркотиками?
– Нет. Ничего незаконного. Просто они снобы. Драгоценности гораздо шикарнее наполнителя кошачьих туалетов. – Логан резко остановился и недоверчиво уставился на Келли. – Семейство владеет несколькими большими карьерами. Многие думали, что Хейвуда надули, так как камень там оказался мягким, но надо отдать должное вашему отцу: он придумал, как крошить скалу на мелкую гальку.
– И ему хватило ума организовать рынок сбыта, – задумчиво сказал Логан.
– У Стэнфилдов полно компаний, но эта – самая успешная, а Хейвуд никогда о ней не упоминает. Дедушка собирается прозвать его «Кандидатом кошачьих туалетов».
Логан тихо рассмеялся.
– После того, как бог сделал Трента Фарли, он точно сломал форму.
В этот момент к ним подлетел Бенсон Уильяме, и Логан взял Келли за руку, его большой палец вжался в ее ладонь. Легкое покалывание быстро распространилось по всей руке, напомнив Келли о том, как Логан касался ее прошлой ночью. Что он пытается доказать? Келли попыталась незаметно высвободиться, но Логан не отпустил ее.
– Логан, вот ты где! – Если Бенсон и узнал Келли – хотя они виделись лишь однажды, – то явно решил проигнорировать ее. – Не снимай бейсболку и очки, пока сенатор не сделает заявление.
Логан молча кивнул. Зеркальные очки и бейсболка отлично маскировали его внешность. Никто бы не узнал в нем сына Хейвуда.
– Представь меня своей спутнице.
Подавив соблазн напомнить Бенсону о том, что они знакомы, Келли протянула руку.
– Я – Келли Тейлор из «Солнца Седоны».
Если бы взгляды могли убивать, она, бездыханная, уже валялась бы на земле. Келли мысленно послала Уильямса вечно гореть в аду и вдруг осознала, что рука Логана обнимает ее плечи.
– Моя девушка.
Попытка Бенсона улыбнуться с самого начала была обречена на провал.
– Я пришлю за тобой, когда ты понадобишься.
Уильяме исчез в толпе, и Келли не удержалась:
– Подонок!
Зеркальные очки надежно скрывали выражение глаз Логана, но его рука крепче сжала ее плечи.
– Знаете, Логан, если ваш отец станет президентом, Бенсон Уильяме будет не последним человеком в Белом доме.
– Увы! Жарко! Пошли найдем что-нибудь выпить.
Не снимая руки с плеч Келли, Логан подвел ее к столам, накрытым вокруг бассейна. Повар-китаец помешивал что-то ароматное в котелке над открытым огнем. Гости столпились вокруг него с тарелками в руках. В соседнем баре предлагали спагетти с аппетитными соусами.
Другой повар, американец в ковбойской шляпе, поливал соусом целого бычка, жарившегося на вертеле над костром из мескитовых поленьев. Дым клубами поднимался к безоблачному небу, разнося запахи дерева и пряного соуса.
Большинство гостей – влиятельные лица с Восточного побережья – прекрасно знали друг друга. Сбившись в тесные группки, они оживленно болтали.
На Келли и Логана никто не обращал внимания. Некоторые гости определенно узнали бы Келли, но, следуя инструкциям Логана, она не снимала солнечные очки и алую ковбойскую шляпу, дополнявшую ее наряд: платье из мягкой хлопчатобумажной ткани с красным кожаным поясом и красные ковбойские сапоги.
Логан наклонился и прошептал ей на ухо:
– Ну и компания! Вы ведь тоже не перевариваете этих людей! Я их просто ненавижу!
Ненависть – слишком сильно сказано, решила Келли, высвобождаясь из его объятий. Ее не волнует богатство Стэнфилдов, но бесит их высокомерие. Она никогда не понимала людей, которые считают, что деньги возвышают их над остальными. К тому же ненависть подразумевает злобу и жажду мести, а ничего подобного она не чувствует.
Ее больше беспокоил Логан. Она была абсолютно уверена, что он пытается вовлечь ее в какую-то свою игру.
Келли вспомнила, как стояла перед ним, не шевелясь, загипнотизированная его прикосновениями. Как это могло случиться? После смерти Дэниела даже мысль о других мужчинах была ей омерзительна… а прошлой ночью ее возмутило только собственное поведение и только тогда, когда мозги снова заработали.
– Зачем вы солгали Бенсону? Зачем сказали, что я ваша девушка?
– Захотелось поддразнить его. Пусть думает, что я сплю с врагом и выбалтываю семейные секреты.
– Вы презираете его. Почему? Он, конечно, скользкий тип, но вы едва его знаете.
Подошел официант. Не желая терять ясность мыслей, Келли заказала слабенькую «Маргариту». Логан, как и накануне, выбрал неразведенную текилу – «Херрадуру Аньехо».
– Уильяме – ничтожество, живет за счет Стэнфилдов, но без зазрения совести вмешивается в семейные дела.
Келли обвела взглядом собравшихся и сразу увидела Хейвуда, единственного – кроме его сына – возвышавшегося над толпой.
– Отец хотел знать, что случилось со мной, как я жил с Маккордами, спрашивал, может ли он чем-то помочь мне. Однако не успел я и рта раскрыть, как Уильяме вмешался со своими вопросами. Что будет, когда обо мне узнает пресса? Как быть с чувствами Джинд-жер? Вот тут-то бедняжка Джинджер решила упасть в обморок, и услужливый Бенсон унес ее в спальню.
– А близнецы испугались, что вы унаследуете часть состояния Стэнфилдов?
– Вот именно. Все тут же начали обсуждать возможные осложнения. Я сказал, что вернусь в «Кобру» и сохраню свое имя, а они могут подавиться своим.
– Держу пари, Бенсон аплодировал вашему решению.
– Конечно. Я ушел злой как черт. Никто не задал ни одного вопроса. Вы знаете обо мне больше, чем любой из них.
