Трудились они не покладая рук, делая лишь небольшие перерывы, чтобы утолить голод и жажду. По берегу было разбросано много разного хлама, и кое-что могло пригодиться: обрывки тканей, жестяные банки, которые можно было использовать в качестве кухонной утвари, если удастся высечь искру и поймать рыбу.
Пока Фредерик искал в лесу подходящее дерево, Элизабет собирала фрукты и орехи, стараясь не уходить далеко от вершины холма на случай появления вертолета.
Затем они принялись за сооружение палатки. Подобранные на берегу длинные палки, веревки, проволока – все пошло в ход. Разумеется, пригодился и нож. Элизабет старалась помогать Фредерику всем – и советом, и делом.
Но тишину и этот день ни разу не нарушило долгожданное появление вертолета, а в водах океана они не заметили ни одного проходящего мимо судна. Однако Элизабет утешала себя надеждой на то, что рано или поздно это обязательно произойдет.
К вечеру палатка была готова. Бетти не переставала удивляться изобретательности Фредерика. Из палок и толстых ветвей они соорудили четырехугольный каркас и натянули на него парусину. Убежище получилось просторным, в нем можно было даже лежать. Вход находился со стороны океана и тоже завешивался куском толстой ткани, который при необходимости можно было поднять. Задняя стена опиралась на толстый ствол дерева, боковины были плотно прижаты к песку камнями. Если пойдет дождь, ткань, разумеется, намокнет, но внутри будет сухо.
– Великолепно, Фредерик, просто великолепно! – радовалась Элизабет.
Мужчина придирчиво осмотрел сооружение, затем одобрительно кивнул:
– Сойдет.
– Не то слово! В следующий раз, когда вертолет полетит над берегом, нас непременно заметят.
Взглянув на небо, Фредерик подтвердил:
– Думаю, ты права. – Он улыбнулся. – Я хочу искупаться и постирать одежду. Пошли вместе.
Действительно, не мешало бы помыться после тяжелого трудового дня, подумала Бетти. Если они отправятся по очереди, то смогут раздеться.
– Сначала иди ты, а потом – я.
– Элизабет, ведь уже совсем стемнело! А под деревьями вообще тьма кромешная.
Зачем ему нужно, чтобы мы купались вдвоем? – подумалось ей.
– Мы… не должны одновременно уходить с открытого места, – сказала она первое, что пришло в голову.
– Но в такое позднее время уже никто не прилетит.
Возразить было нечего. Она отвернулась от Фредерика, от его взгляда, полного надежды. С ним, приятно оказалось работать вместе. Нетерпеливости, резкости, свойственных другим мужчинам, в нем не было и в помине. Такое его поведение лишь усилило чувства, которые она испытывала к нему.
Элизабет уже понимала, что влюблена во Фредерика. Ее сердце сладко замирало от каждого его взгляда. Она хотела, конечно, чтобы к нему вернулась память, и в то же время мечтала, чтобы он остался таким, как теперь, Бетти надеялась, что их скоро найдут, но опасалась, что, погрузившись в прежнюю жизнь, Фредерик опять станет таким, каким был прежде.
– Не смущайся, – произнес он тихо. – Иди сначала ты, а я побуду здесь.
Она почувствовала себя глупой маленькой девочкой.
– Выжди несколько минут, пока я войду в воду, а потом приходи.
– Не будешь возражать?
Бетти смущенно засмеялась.
– Фредерик, я не знаю, что и сказать. Конечно, ничего страшного, если мы искупаемся вместе в темноте.
– Разумеется, – согласился он. – Ты мне нравишься, Элизабет. Я не собираюсь это отрицать. Возможно, ты права: мы здесь одни и поэтому нас тянет друг к другу. Но мне кажется, это не единственная причина.
Если я не буду держать себя в руках, произойдет нечто очень серьезное, думала она. Но если все время противиться желаемому, то можно упустить свое счастье…
Девственность природы, теплый бархатистый воздух, запахи цветов и морского ветра, их совместная работа, трапезы, шутки и смех… Да и сам этот мужчина – необычайно красивый, волнующий. Какая женщина могла бы в таких условиях устоять?
– Я тебе нравлюсь, – заметил Фредерик.
– Да. – Бетти слабо улыбнулась.
Он хотел к ней подойти, но она попятилась.
– Приходи через несколько минут.
Он засмеялся.
– Хорошо.
Элизабет успокоилась. Не стоило больше стесняться, она не подросток. Фредерик будет купаться рядом. Что такое нагота в конце концов?! Кроме того, здесь так темно, что они не очень-то и разглядят друг друга.
И все же, она сбросила одежду и плюхнулась в воду так поспешно, как будто сам дьявол преследовал ее. Теплая вода ласково приняла ее уставшее тело.
Появившийся вскоре Фредерик был обнажен и даже не пытался прикрыться. Элизабет затаила дыхание и почувствовала, что краснеет до ушей. А он спокойно стал плескаться и тщательно мыть голову, видимо получая от этого большое удовольствие. Она тоже начала перебирать волосы, стараясь не смотреть в его сторону.
– Неземное блаженство, – сказал Фредерик со вздохом и лег спиной на воду.
Она никогда не видела нагого мужчину, плавающего на спине. Кожа его была светлее воды и кое-где оттенялась черными полосами. У него были длинные ноги и руки, а торс стройным и мускулистым. Сама Элизабет держалась под водой так, что видны были только плечи.
– Знаешь, – произнес Фредерик задумчиво, – если иметь все самое необходимое, тут можно провести всю жизнь.
– Ты шутишь.
– Представь себе, что мы здесь построили дом. Из чего бы его можно было построить?
Бетти прокашлялась.
– Ну, хотя бы из кирпича… И отделать местным камнем.
– Кирпичный дом – это здорово. Я мечтаю о простой хижине.
Вряд ли тот Фредерик Джоэл, которого она встретила в роскошном замке, мог бы мечтать о такой ерунде.
– Что ж, хижина тоже подошла бы…
– Правда, мне здесь не было бы так хорошо, если б я находился в полном одиночестве, – продолжал он.
– Я бы тоже не хотела остаться здесь совсем одна.
– Нам хорошо вместе?
– Думаю, что любые два человека, оказавшись в таких условиях, поладили бы. Ведь взаимная вражда не улучшила бы положения.
– Наверно, ты поладила бы с кем угодно.
– Да… Я бы старалась.
– А ты любишь бывать в обществе? Я уверен, что у тебя много друзей.
Элизабет рассмеялась:
– Я не веду светский образ жизни, но у меня, конечно, есть друзья.
– А близкого друга нет, – произнес он тихо, встал ногами на дно и двинулся к ней. Теперь вода доходила ему до пояса.
Бетти еще немного присела, чтобы спрятать грудь под водой. Хотя уже совсем стемнело, очертания ее тела все-таки были видны.
Фредерик остановился.
– Элизабет, ты расстроишься, если я увижу тебя без одежды?
– Мне такая мысль не очень по душе.
– А меня нагота не смущает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
