и слаженно, но главное, почти беззвучно. Ни скрипа половиц, ни шороха тканей.
— Слева!
Лезвие прошло близко, почти касаясь ткани рубашки.
Если бы я могла позвать на помощь! Но оставалось только наблюдать и изредка предупреждать Йотуна об особенно опасном выпаде его противников. Сердце бешено билось о ребра, как будто я сама сражалась.
Но надо отдать должное колдуну, даже незрячий, он был опасным противником. Да, еще ему удалось занять такое положение, что убийцы мешали друг другу и не могли его достать.
Одеяло в руке Йотуна служило своеобразной защитой, которая сбивала с толку, помогая избежать ранение.
Если они надеялись, что столкнуться с беспомощным троллем, то сильно просчитались.
— Опиши их амулеты! — отбиваясь от атак, выкрикнул Йотун.
— Так… Круглая оправа из золотистого металла. Похоже на золото, но приглушенно блестит, как будто не отполированно. Кристаллы лиловые, светятся.
— Граненные или гладкие?
— Многогранники.
Нападавшие не могли слышать моих ответов. И по лицам было видно, что их ужасно напрягает, что Йотун выспрашивает у кого-то невидимого об их защите.
Один отвлекся, закрутив головой, силясь увидеть в комнате еще кого-то, и пропустил выпад колдуна.
Порез получился неглубокий.
Но он подействовал странно. Я ожидала, что злодеи утроят усилия. Но они отступили и бросились к двери.
— Они бегут, Йотун!
Перед тем как выскочить в коридор один обернулся, извлек из кармана небольшой округлый предмет и ловко кинул его в сторону.
— Он что-то кинул!
Больше всего брошенная штука напоминала металлическое яйцо. Яйцо подпрыгнуло, загремело по полу и закатилось под шкаф.
Дверь с грохотом захлопнулась.
— Под книжным шкафом!
Йотун выждал мгновение, ожидая, что убийцы могут вернуться и подошел к шкафу. Лег на живот, пошарил рукой.
Я заглянула вместе с ним.
— Эта штука в другом углу. Правее, еще… Близко.
Пальцы тролля сомкнулись на предмете, он извлек его на свет.
— Тут три кристалла… — начала описывать я
Но Йотун недослушал он развернулся к окну и с силой метнул находку.
Меня оглушил звон бьющегося стекла.
«Это же целое состояние» — успела я подумать, перед тем как оказалась в темноте.
Вдохнула холодный ночной воздух, привыкая к реальности.
— Мальта! — раздалось шипение Мадса, — Ты вернулась.
Я кивнула, потому что не могла говорить, от пережитого.
— Что случилось?
— Ничего особенного.
— Да? Тогда почему ты кричала?
— Кричала? — удивилась я.
— Ну, вскрикивала.
— Просто видение было жутковатым. Не хочу о нем говорить…
В темноте я чувствовала, тяжесть взгляда Мадса.
— Я видела троллей, — сказала я, — Убийц…
Многозначительно замолчав, я предоставила Мадсу самому нарисовать картину, которая его устроит.
Не к чему ему знать, что я помогла Йотану избежать смерти.
— Вернемся к нашим спутникам, — сказал Мадс.
Мы подошли к костру. Нас встретили смешками.
— Вот она молодость.
— Долго же вы.
— Совсем измотала муженька.
Я почувствовала, как щеки заливает краска.
— А! Теперь она краснеет, как скромница.
Мадс же усмехнулся и уселся к мужчинам и как ни в чем не бывало принялся за еду.
Ко мне склонилась Кармела и прошептала:
— Ты бы осторожнее. Если понесешь, будет вдвойне сложнее устроится. Никому не нужна служанка на сносях.
Теперь пылали не только щеки, но и уши и шея.
У этих людей совершенно отсутствуют всякие манеры.
— Обязательно найди знающую ведьму, чтобы она дала тебе травы.
Я взглянула на нее с удивлением.
— А что… мужики об этом не думают. Но в городе столько соблазнов, бросит тебя с детем, как будешь крутится.
— Мадс не такой.
Она усмехнулась.
— Молодая ты еще. Глупая. Ты небось не бывала в Брегунде.
— Нет, — не покривила против истины я.
— Вот то-то и оно. Там совсем другие порядки. — Кармела с шумом зевнула. — Пора на боковую. А то небось твой тебя заездил, а завтра долгий день.
Она поднялась и ушла к телеге.
Я обрадовалась, что неловкий разговор оборвался.
Глава 11
От земли тянуло холодом. Тонкое одеяло не спасало. Я подтянула колени к груди, чтобы хоть немного согреться. Сон не шел. Усталость никак не брала свое. Остальные храпели и вздыхали.
Мне же казалось, что я превращаю в ледышку. Мучительное чувство. Костер давно догорел, так что погреться не получится. А еще скоро выпадет роса и станет еще хуже. Я с силой зажмурилась. Оставалось бегство в какое-нибудь видение, чтобы ничего не чувствовать.
Я принялась перебирать своих «знакомцев».
Вопреки обыкновению, этой ночью Бальтазар Тосса спал в своей постели. Надо же, он иногда отдыхает от интриг да заговоров. Бьянка спала в объятиях тролля Рихта. Ведьма-ворона устроилась на чердаке постоялого двора, обернулась человеком, укрылась своим плащом и заснула.
Все кроме меня пребывали в мире грез и сновидений.
Я открыла глаза и с удивлением обнаружила себя в комнате с жарко-пылающим камином.
Так приятно ощутить на коже ласковое тепло. Перед камином лежала шкура с головой чудовища. Страшная пасть скалилась острыми, как кинжалы, клыками. Вместо глаз вставлены кристаллы. А на шкуре нежилась мертвячка. Ее обнаженное тело выглядело сделанным из мрамора, на нем играли отсветы пламени.
Она то и дело брала высокий бокал, наполненный чем-то красным и подносила его к губам, но лишь для того, чтобы их смочить.
Мертвячка, смотрела в угол комнаты, не моргая. Там стояла тяжелая кровать с витыми столбиками.
С нечеловеческой грацией она поднялась, отставила бокал на столик. Стекло легонько стукнуло о дерево. Подойдя к кровати, она уставилась на спящего.
Мужчина выглядел безмятежным, его грудь равномерно вздымалась. Сон был глубок. Ресницы слегка дрожали.
Мертвячка склонилась над ним. Ее рука мягко скользнула по одеялу. Мне показалось, что еще мгновение, и ее пальцы сомкнуться у спящего на горле. Но она почти ласково поправила одеяло, потом легко и бесшумно подошла к окну, открыла створку и вылезла наружу.
Как огромный паук, цепляясь за камни, она поползла по стене в сторону, затем вверх. Ее конечной целью было маленькое окошко, в которое обычному человеку было бы невозможно протиснуться, но жутко хрустнули суставы, и существо проникло внутрь.
Она спрыгнула на пол, потянулась, разминая тело, возвращая плечо на место.
Это была лаборатория. В центре стоял блестящий металлический стол, над которым нестерпимо ярко горел магический светильник. По всей стене тянулись стеллажи с колбами, склянками, заспиртованными тварями.
Были тут две темные ниши, закрытые решетками. За одной решеткой произошло како-то шевеление.
— Ну? — раздался тихий голос, — Он мертв?
— Спит сном младенца.
— Почему он жив? Не получилось попасть в его комнату?
— Нет. Проникнуть в спальню оказалось легко. Они все тут на удивление беспечны.
— Тогда что случилось?
— Момент неподходящий, — метрвячка прошлась вдоль полок, сняла склянку
