— Не будет никакого слияния кланов. Клан зелёных змей остаётся неприкосновенным. Светлана, дай руку.
Вот как, а? Браслет вроде бы принадлежит мне, но сейчас, несомненно, подчиняется бабуле. Иначе бы он не оказался у неё в руках, изображая обычное украшение.
Вокруг загомонили разом.
— Невозможно.
— Исключено.
— Вы нарушаете традиции клана.
— Давайте позовём жреца!
Последнее предложение поддержали с энтузиазмом.
- Жреца? — вроде как удивилась предложению бабуля.
- Жреца, — вперёд уверенно выступила Чиаса. Я бы удивилась, если в такой момент обошлось без неё. — Не нужно делать из нас идиоток. Все присутствующие в зале знают, что браслет главы рода необычное украшение. Сама великая благословила его! Если хочешь при жизни узнать, кто займёт твоё место, то пусть жрец укажет волю нашей богини!
— Может, ты ещё и жреца где-нибудь сейчас найдёшь? — вкрадчиво произнесла бабуля. Эх, мне до неё ещё расти и расти. Как и Чиасе. Только я это понимаю, а она нет.
— Найду, — нагаасурия холодно улыбнулась и скомандовала мужу: — Приведи.
Мне было тяжело видеть, как мужчина, который, улыбаясь, протягивал мне цветок, выползает из зала с низко опущенной головой. Словно в нём что-то сломалось и он уже смирился со своей участью.
— Подготовилась, — Асами усмехнулась.
— Да! Всё знают, что последние месяцы глава клана зелёных змей не в себе. Я обязана была позаботиться о родственниках мужа.
— А я всё думаю, кто слухи распускает, — бабуля не расстроилась. Она улыбалась, словно всё происходящее её крайне веселит. Лишь один раз на её лице промелькнула неуверенность, когда Юки привёл жреца.
Дядя мужа, кстати, сразу ушёл в сторону, стараясь оказаться как можно дальше от нас. Я только один раз поймала его взгляд. Показалось или там мелькнула жалость? Ну не меня же он жалеет в конце концов!
Хотела бы я сказать, что жрец был маленький, страшненький, плешивенький и с бегающими глазками, но нет. Солидный такой нагаасур с жёлтым хвостом и большими рогами. Небрежно распахнутая хламида демонстрировала обнажённый торс. Или это мантия такая? Не знаю, я как-то у Рэйдена забыла поинтересоваться, как их тряпка называется, которой они свой статус подчёркивают. И да, тряпка, потому что на этом нагаасуре она смотрелась именно, как ненужный элемент, который срочно нужно снять. Слабая половина Ассахара издала дружный вздох. Сначала Рэйден, теперь вот этот… Я не пойму, на должность жрецов Алекса кастинг, что ли, проводит? Ну там по типу «ты глаз радуешь, проходи, а ты ростом не вышел — следующий». Если она подпитывается от возбуждения, то, может, и жрецы у неё без дела в храме не сидят?
«Ну, знаешь!» — зашипел раздражённый чужой в голове. — «Посмотрю я на тебя, когда ты возбуждение впитывать будешь! И вообще, это даже не мой жрец!»
— Ик, — это я нечаянно вслух от паники. — Простите, нервы.
Бабуля посмотрела на меня так, что я предпочла отодвинуться от неё на шаг. Что значит впитывать возбуждение? Богиня из меня, что суккубу какую лепит? Не согласная я!
«Алексина, миленькая, всё возбуждение Ассахара принадлежит только тебе», — даже в голове эта фраза казалась тихим лепетом.
«Поздно. Не отвлекай. Не хочу пропустить момент».
Действительно, жрец уже толкал речь. Профессионально так рассказывал о Великой, воздавал ей почести, уделил внимание «благословлённому» браслету, даже пожурил Асами, что она хотела обойтись без вмешательства божественной. Нагаасуры слушали его затаив дыхание. Только бабуля недовольно кривила губы и Алексина нахмурившись, сложила руки на груди. Мне вообще кажется, что богиня зверела потихоньку.
— Надеюсь, вы понимаете, кэрра Хаяси, что я буду вынужден обратится к богине и разорвать привязку к браслету, чтобы он выбрал новую хозяйку? — хорошо поставленным голосом задал вопрос «жрец».
Показалось, что Асами хотела послать его к чертям собачьим, но неожиданно улыбнулась и кивнула.
«Надо же, муассанит. Даже жалко от него избавляться», — и столько сожаления было в этой мысленной фразе, что стало понятно зачем Алексина подкинула её в мою голову.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Не избавляйся, — искренне посоветовала я, — возьми на перевоспитание».
А потом поняла, что упустила значительную деталь.
«А муассанит, это кто?»
«Слышит чужие мысли и вкладывает свои. Он уже подчинил Асами и требует, чтобы она приказала браслету выбрать главу».
«И меня слышит?» — я ужаснулась.
«Нет, я прикрыла, чтобы ты меня не выдала».
Попыталась ещё уточнить, почему браслет бабуле подчиняется, но богиня сделала вид, что перестала меня слышать и уделила всё своё внимание «жрецу». Если бы я не следила за тем, куда смотрит Алексина, то вряд ли заметила, как «жрец» тихонько раздавил в руке что-то круглое и бросил на пол.
Слабая красноватая дымка на полу появилась тут же.
— Богиня услышала, — провозгласил обманщик. Ну и…. Наверное, это молитва была, я не разобрала, что такое он запел.
Нагаасурии в зале смело шагнули ближе к кругу. На лице Чиасы мелькнуло предвкушение, когда полупрозрачная змейка поползла в её сторону.
Алексина слегка шевельнула рукой. Браслет замер. Повернулся зубастой пастью в мою сторону.
Бросок.
Я позорно завизжала.
Небольшая вспышка боли из-за нового укуса. И украшение замерло. А у меня в груди появилось странное чувство, уверенность, что теперь эта полупрозрачная пакость моя.
— Не-е-ет! — яростный крик от разочарования разрушил зарождающуюся тишину.
Бабуля разом обмякла, словно из неё выпили все соки. Фальшивый жрец, стоящий ближе всех, замешкался на пару секунд, но всё равно поймал нагаасурию раньше, чем она упала на пол. Какими бы гадами мужики на Ассахаре не были, а забота о женщинах у них в крови. А мог бы попробовать сбежать, а не приводить Асами в чувства. Бабуля открыла глаза, нашла взглядом меня, потом Чиасу и улыбнулась. Светло, радостно.
— Это ты виноват! — орала жена Юки, больше не сдерживаясь. — Мы так не договаривались! Я не за это тебе платила!
«Жрец» повернул голову к заказчице и рассеянно отозвался:
— На всё воля Великой.
Он, похоже, сам не понял, что произошло и как его слова попали в точку. Зато Алексина улыбнулась так, словно ей медальку дали, но улыбка быстро увяла.
- Её воля?! Ты всё испортил! Ты. Отдал. Моё. Чужачке! Грязной иномирной девке! Он мой! Слышите все? Мой.
И эта психованная рванула в мою сторону.
Юки, всё представление состоящий в сторонке, тоже кинулся к нам. Он успел перехватить её практически перед носом Тэкеши. Мужья встали по бокам от меня ещё в тот момент, когда Асами пыталась потерять сознание. И сейчас Тэкеши загораживал меня своей спиной, а Широ, обхватив за талию, старался оттащить в сторону. Пришлось упираться пятками в пол. Юки с женой стояли так близко, что я слышала его торопливый шёпот. А может всё дело в том, что мои чувства обострились до предела.
— Тише, госпожа. Пожалуйста, тише. Вы говорите о члене совета. Жена моего племянника не виновата в том, что браслет её выбрал. Вы же сами все видели, сами все подготовили. Тише, прошу вас.
— Племянника? — кажется, Чиасу совсем обезумила. — Не говори мне об этом слизняке! Нет у тебя никакого племянника! Моему клану не нужно родство с уродом, который даже нагаасурию взять себя в мужья уговорить не смог.
Руки сжались в кулаки от охватившего гнева. Если бы хватка Широ не усилилась, то я бы уже кинулась на эту идиотку.
— Воля нашей богини… — начал мужчина, но был быстро перебить. Кажется, напоминание во второй раз о воле высшего существа забило последний гвоздь в крышку гроба.
- Её воля? — теперь это был такой визг, от которого закладывает уши. — Да эта божественная тварь смеётся над нами!
Я успела увидеть, как Юки зажал жене рот рукой, прежде чем Широ силой оттащил меня в сторону и задвинул себе за спину.
Никто сначала не заметил стелящийся по полу красноватый дым, а потом стало уже поздно. Он поглотил всё. Заполнил собой помещение, заменил воздух и проник в лёгкие. Меня словно наизнанку вывернуло, перекрутило и приплюснуло. Я с трудом держалась на ногах. Думаю без сильных рук на талии, я бы вовсе упала. Не знаю, что чувствовали остальные, но мне было больно, даже хрипеть не получалось. Я была уверена, что костлявая протянула ко мне свою руку с косой.
