Почему она до сих пор что-то утаивает от него? Что еще он должен сделать, чтобы доказать, что достоин ее доверия? Разве они недостаточно близки? Разве она не знает, что он никогда не причинит ей боль намеренно? Его единственное желание теперь – защитить ее.
– Ты требуешь от меня честности, – мягко проговорил Люка.
– Да, – отозвалась она, встречаясь с ним взглядом.
– Тогда почему ты сама не можешь быть честна со мной?
– Я честна с тобой, – возразила Нелл.
– Тогда расскажи мне о Джейке.
Она нахмурилась и отстранилась.
– Что именно ты хочешь знать?
– Все.
– Я уже рассказывала тебе о причинах моего недоверия врачам. – Она замолчала и перевела взгляд на потолок, словно пыталась побороть свои чувства.
– Но дело ведь не только в этом, не так ли, Нелл? Когда мы в первый раз встретились, ты была настроена враждебно по отношению ко мне не только как к врачу, но и как к мужчине.
– Когда мы встретились в первый раз, у меня был болен ребенок, а ты был врачом Молли. По-твоему, это было подходящее время заводить роман?
– Я говорю не о романе. Меня интересует лишь то, почему ты окружила себя неприступной стеной. Твоя враждебность была особенно заметна, когда я увидел тебя на сцене в том костюме…
– Значит, ты судишь обо мне по одежде?
– По доспехам, – мягко возразил Люка.
Он прав. Она слишком тяжело переживала обман Джейка. Она не могла забыть, как горько ошиблась. Исключив мужчин и секс из своей жизни, Нелл чувствовала себя в безопасности, но теперь снова стала уязвима. И нужно думать не только о себе, но и о Молли. Разве может она не замечать, как светится личико Молли всякий раз, когда Люка рядом? Имеет ли она право рисковать душевным спокойствием дочери, не будучи уверенной, что Люка не предаст их так же, как это сделал когда-то Джейк?
Нелл вздохнула.
– Я была замужем и очень любила мужа. Ждала ребенка. У нас было все, ради чего стоит жить. Но однажды в дверь позвонил полицейский и сказал, что произошла авария…
Нелл – показалось, что комната внезапно окрасилась в черно-белые тона. Пока она рассказывала ему о несчастье с мужем, Люка понял, что могло причинить еще большую боль, чем потеря любимого, человека. Ее предали. Он слушал, как она рассказывала ему о другой женщине, женщине, у которой был ребенок от Джейка. Она не могла ненавидеть ни ту женщину, ни ее ребенка и, скорее всего, винила во всем себя. Ей не нужно было говорить ему, как это больно, потому что он чувствовал ее боль как свою.
Нелл была уязвимой и одинокой. И поэтому, когда они в первый раз встретились, вела себя так враждебно.
– Но почему ты до сих пор чувствуешь вину? – мягко спросил он.
Некоторое время она молчала, потом повернулась к нему.
– Потому что в том, что произошло, я виновата сама. Джейк был таким горячим, таким волнующим, а я…
– Что?
– Разве ты не видишь?
– Нет, не вижу. – Внезапная вспышка гнева ослепила Люку.
Он разозлился на себя, на Нелл. Что она пытается сказать? Что до сих пор любит своего покойного мужа?
– Я была недостаточно хороша для Джейка, – прямо заявила Нелл. – Поэтому ему понадобилась другая женщина. Было очень больно узнать об этом. И если я все еще прячусь за стеной недоверия, о которой ты говоришь, то только потому, что не хочу, чтобы мне снова причинили боль.
– Для этого тебе не нужно прятаться. Достаточно просто знать, что твой возлюбленный не предаст тебя.
Нелл ничего не ответила, уставившись на свои руки, и Люка ощутил новый приступ ярости, когда понял, что означает это молчание.
– Ты думаешь, все мужчины такие, как Джейк? Что мы все легко нарушаем свои клятвы?
Она колебалась слишком долго.
– Что ж, спасибо, – выдавил Люка.
– Спасибо за что? – она встревоженно взглянула на него.
– Ты слишком увлеклась своей ненавистью к мужскому полу, Нелл. Не стоит всех стричь под одну гребенку. – Поглядев в ее глаза, он увидел, что прав. Люка соскочил с постели и стал натягивать на себя одежду. – Ты действительно считаешь, что мы с Джейком одного поля ягоды?
– Нет, конечно, нет…
– Тогда что?
Нелл пожала плечами. Она знала, что в чем-то провинилась, иначе с чего бы Джейку вести параллельную жизнь с еще одной женщиной? Она не может рисковать снова, ведь ей нужно думать о Молли.
– Джейк был двуличным трусом. Надеюсь, ты не думаешь, что и я такой же?
Она вздрогнула под тяжелым взглядом Люки.
– Трусом? – Она всегда считала Джейка настоящим мужчиной, назвать его трусом ей и в голову бы не пришло.
– Да, трусом, – горячо повторил он. – А как иначе назвать мужчину, который не выполняет свои обязательства и лжет двум женщинам, которые беременны от него? Какая низость! – С возгласом отвращения он покачал головой.
Нелл открыла, было, рот, чтобы возразить, но передумала. Она никогда не смотрела на случившееся с этой точки зрения.
– Но ему тоже было нелегко. Две женщины, двое детей… – рассуждала Нелл вслух.
– Ты ищешь для него оправдание?
– Нет, конечно.
Люка ошеломленно уставился на нее.
– Я тебе не верю.
– Люка, не смотри на меня так…
– Ты все еще любишь его?
– Что?
– Ты все еще любишь его?
Это было настолько абсурдным предположением, что Нелл не сразу нашлась, что ответить. Она не могла вымолвить ни слова, и только протянула руку, когда Люка направился к двери.
– Хорошо, что наше пребывание в горах закончилось, – резко бросил он. – Оставляю тебя принять душ, а потом иди собирай вещи.
– Собирать вещи?
– Мы возвращаемся в Венецию прямо сейчас. – Его голос был холодным и безразличным.
Нелл растерялась. Она не могла поверить, что Люка думает, будто она до сих пор влюблена в Джейка.
– Люка, пожалуйста, выслушай меня…
Но он ушел, резко хлопнув дверью.
Если она думала, что возвращение в Венецию в полном молчании было тяжелейшей из пыток, то сам приезд оказался гораздо хуже. Молли осталась ночевать с графиней, а Люка подвез Нелл на лодке до пристани ее гостиницы. Он не смотрел на нее и не проронил ни слова. Высадившись у входа, Нелл поблагодарила его и задержалась лишь, чтобы подтвердить их планы на следующий день.
– Нет причины изменять время нашей встречи, не так ли? – резко спросил он.
– Конечно, но…
– Тогда спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Люка, – прошептала она одними губами. – И еще раз спасибо.
Она благодарит его за уикенд? За то, что подвез ее до гостиницы? Люка не знал, и в данный момент ему было все равно. Он влюбился в женщину, которая все еще любит своего покойного мужа, даже если сама не сознает этого. Лучше посмотреть в лицо правде сейчас, пока не стало слишком поздно.
