Украина.
Два часа спустя я была в Киеве, но в больших городах велено было не задерживаться, поэтому сразу отправилась на вокзал. Ден посоветовал купить билет до города Ромны. Никогда ничего не слышала о нем, но куда бы я сейчас ни двинулась, все это пальцем в небо.
В Ромны я прибыла в полдень. К поездкам уже успела привыкнуть… Поначалу все, конечно, очень раздражало. В этот раз проспала всю дорогу. Почти. Не считая походы в туалет и перекусы.
Оказавшись в городе, поняла, что вновь надо начинать всё сначала.
Объяснить причину, почему, вместо того, чтобы снять номер в отеле, я бродила по городу — легко. Решила подумать, чем вообще заняться, чтобы вновь не быть пойманной. Ясно, что запросы свои нужно поубавить, и начала я как раз-таки с отеля — хотела найти дешевенький. В Варшаве я чувствовала себя слишком свободной, и даже поставила цель, что если мне удастся продержаться в этом городе больше года, то куплю дом и машину. В итоге, не продержалась и полугода.
Больше рисковать я не собиралась. Деньги не должны заканчиваться, сколько бы их там, в банке, не лежало.
Через некоторое время скитания по незнакомым местам я остановилась перед красивым сооружением, стены которого были белые, а крыша — голубой. Золотые купола православной церкви сияли на солнце, создавая великолепный вид. Я никогда не была внутри церквей и соборов, но эта приковала мой взгляд и появилось желание зайти… помолиться… Но могу ли я рассчитывать на Бога сейчас? Этот вопрос остался без ответа. Я не смогла войти внутрь, духу не хватило. Бог один, куда ни пойди, и я это знала. Однако, совершив грех, сомневалась, что мне там будут рады. Поэтому постояв немного, пошла дальше.
Март в Ромнах был холодный. Небо затянуло серым полотном, дул еще зимний ветер, поэтому я куталась в плащ и дрожала.
Заприметив кирпичный дом, решила, что нашла гостиницу и ускорила шаг. Но табличка над дверью гласила: «КНЯЖА» Страховая компания. Надо бы зайти и узнать, а не дают ли они страховку сбежавшим дочерям.
Дальше мне встретился еще один красивый дом, но и он оказался фирмой.
— Улица Луценко, — прочитала я на зеленом указателе. Где бы здесь найти интернет?
Уже совсем смеркалось, когда я поняла, что заблудилась и нахожусь в какой-то глуши города. Из-за плохой погоды вечер был похож на ночь. Вдалеке показалось высотное здание, поэтому я нырнула в первый попавшийся переулок. За заборами частных домов громко лаяли собаки. Их вой заставил меня ускорить шаг.
Откуда-то на дорогу вышел мужчина, преградив мне путь. Я замерла там, где стояла, парализованная страхом. Мужчина в резиновых сапогах и грязной неопрятной одежде смотрел на меня так, как если бы хотел прочесть мои мысли. Шагнула, чтобы обойти мужчину, но он сделал то же самое. Тогда подумала, что лучше пойти назад, но за спиной уже сидела собака и, оскалившись, глазела на меня.
— Что вам нужно? — громко спросила я, надеясь, что любопытные соседи повысовывают свои головы из окон.
— А ты зайди в дом и узнаешь, лапочка, — прозвучал хриплый, пропитый голос мужчины.
— Если вы не отойдете, я закричу.
Мужчина рассмеялся.
— Тебя здесь никто не услышит.
И не успела я опомниться, как он схватил меня, зажав рот рукой, отпер черную дверь гаража, насколько мне было видно, и бросил меня внутрь.
И всё. Осталась взаперти.
Черт! Я представить себе не могла, какая длинная и страшная ночь мне предстояла.
Почему я не выбрала другую дорогу?
***
Бангладеш, г. Рангпур
2020 год
Экспресс сделал полную остановку. Мне удалось пристроиться на краешек сиденья — одна любезная женщина немного потеснилась, чтобы я не стояла всю дорогу — поэтому тело моё затекло, а ноги были ватными, не ела долго — часов десять точно.
На негнущихся ногах вышла из вагона и первым делом вдохнула воздух полной грудью и почувствовала некоторую свободу. Люди толпились на пироне с баулами, сумками и коробками. А со мной был всего лишь мой верный рюкзачок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Теперь я думала, каков мой следующий шаг.
В Бангладеш оставаться нельзя. Мне просто необходимо связаться с Деном. Мы не переписывались с Нового года, и я не понимала, что произошло. На мои письма он не просто не отвечал, он их не просматривал даже. Я перебрала в голове кучу вариантов: потерял лэптоп или его украли, влюбился и теперь ему не до меня, еще хуже — его подкупили. Нет. Если бы подкупили, то меня давно б нашли.
Отец и его люди не могут выйти на него. Не могут.
Я проходила мимо рынка, где продавали яркую одежду, когда в голову стукнула мысль, что очень хочу переодеться. В глаза бросился красивый костюм: шальвары темно-зеленого цвета и желтая накидка сверху, с такими же зелеными окантовками в стразах.
— Я хочу купить это и сразу надеть, — сказала я продавцу на ломаном бенгальском, смешанным с английским. Он мне улыбнулся и провел внутрь, где указал на самодельную кабинку.
Когда ткань коснулась тела, я почувствовала сладкую дрожь, настолько приятный материал. Продавец помог правильно задрапировать шарф и показал на пальцах «класс». Я расплатилась и вышла.
— Эй! — вслед крикнул продавец.
В испуге обернувшись, заметила в его руке старое сари и расслабилась.
— Абрджана!* (Мусор) — крикнула в ответ и двинулась вперед по улице мимо замызганных от времени прилавков. Желудок сводило от голода, а поблизости не было ни одного кафе.
Выйдя на дорогу Таджхат, заприметила пекарню и поспешила туда. У прилавка стояли двое пожилых мужчин. Один в юбке — да, за три месяца я не успела привыкнуть к мужчинам в юбках! Второй был одет более цивилизованно.
— Мапх карбен* (Извините), — обратилась я к ним, — Котхай рестурент екхане?* (Где здесь ресторан?)
Мой бенгальский звучал ужасно нелепым, наверное, поэтому мужчины посмеялись между собой. Затем, тот, что в нормальной одежде указал на соседний дом.
— Рестурент, — сказал он, — окхане* (вон там).
Как смогла, отблагодарила мужчин и прошла к светло-голубому с потертыми стенами дому. Ни за что на свете не сказала бы, что это РЕСТОРАН.
Пришлось покружить, пока нашла вход.
Внутри он оказался весьма не дурен: открытое, без крыши, кафе с деревянными круглыми столиками, из середины которых торчали толстые шесты с широкими зонтами. Горшки с растениями вдоль входной дорожки смотрелись весьма неплохо. Пройдя чуть вглубь, можно было увидеть здоровые деревянные скамейки ярко-желтого цвета, а между ними квадратный стол. Я развернулась к официанту, который давно следовал за мной, и показала на тот стол, как бы спрашивая: «Могу я сесть?».
— Йес… йес… — суетился парнишка.
— Вай-фай?
— Йес! Йес!
Официант показал на свой телефон, и я тут же поняла, что он хочет дать пароль. Расположившись поудобнее, достала свой лэптоп, и он набрал цифры. А прежде чем посмотреть писал ли мне Ден, сделала заказ. Делала его, правда, с горем пополам, так как отвлекал шквал треньканья от приходящих сообщений. Сердце мгновенно участило ритм от волнения, потому что это означало…
Ден вернулся!
***
Украина, г. Ромны
2018 год
Стою посреди строительной площадки, а вокруг меня вбивают сваи. Песок, грязь, пыль летят в лицо, но я даже не думаю прикрыть его руками. Потом осознаю, что что-то ищу. Лает собака. Хочу найти её, но не могу сделать шаг. Такое ощущение… Вдруг поднимаю голову и ужасаюсь. Меня вбивают в землю, словно сваи! Кричу… И просыпаюсь.
Темнота.
За железной дверью где-то лает собака. Теперь догадываюсь, что это за псина.
И сколько я так проспала? По ощущениям не больше пятнадцати минут. Обычно люди запоминают только короткие сны, значит, вывод напрашивался сам собой — просто задремала.
Сделав усилие, я приподнялась, чувствуя, как онемело пол тела, и подошла к дверям. Свет от уличного фонаря пробивался в щели. Спина болела, как у старой бабки с радикулитом. Ох, как бы я хотела сейчас быть сваей.
