Звоницкий бросил взгляд в зеркало заднего вида и заметил, что ворота «Малины-драйв» приоткрылись, пропуская какого-то человека в синем рабочем комбинезоне. Фигура его показалась Глебу смутно знакомой, а когда тот приблизился, он узнал Электрона Ковалева. Легок на помине, как говорится…
Электрон постучал в стекло. Глеб опустил стекло, и в салон тут же хлынул раскаленный воздух летнего дня. Он приоткрыл дверцу пассажирского сиденья и предложил:
– Садитесь.
Электрон забрался в машину и завозился, устраиваясь. Мужчина явно чувствовал себя неловко, не знал, куда девать большие руки.
– Я это… Извиниться хотел за сестру! – неожиданно проговорил он.
– Да бросьте, это лишнее, – хмыкнул Глеб, гадая, чего же на самом деле хочет этот тип.
– Она бывает резкой, прямо генерал в юбке! – несмело улыбнулся Электрон. – Вы уж на нее не обижайтесь.
Глеб вежливо молчал. Электрон смущенно крякнул и, повозившись, извлек из кармана комбинезона помятую визитную карточку.
– Вот. Я подумал, вдруг пригодится.
На карточке, изготовленной явно в лучшие времена, стояло: «Александр Ковалев. Фирма «Мастер на все руки». И номер телефона.
– Вы это… если чего надо, звоните, не стесняйтесь. Я правда на все руки… в смысле, все умею. Сантехнику, электрику, по дереву и по металлу работаю. Даже ковать могу.
– И что, сейчас без работы сидите? – посочувствовал Глеб, разглядывая визитку.
– Так ведь это… Я на наследство рассчитывал! – простодушно улыбнулся Электрон. – Думал, после тетки мне останется, хватит мастерскую открыть.
– Вы что же, и автомеханик тоже? – заинтересовался Звоницкий.
– Да, вот у сестры в салоне на подхвате, – смутился Ковалев. – Но это не работа, так… В общем, если вам нужен будет мастер, звоните!
– Обязательно! – пообещал Глеб. В голове у него забрезжила одна идея, но пока смутно.
Электрон попрощался и двинулся обратно к салону. Как только его неловкая фигура скрылась в воротах, у Глеба затрезвонил мобильный. Он бросил взгляд на экран – номер был незнакомым.
– Слушаю!
– Глеб Аркадьич? – послышался насмешливый молодой голос. – Как бы нам встретиться и пообщаться?
– А зачем нам с вами… общаться? – удивился Глеб. – Кстати, вы еще не представились…
– Я Фил. Филипп Ковалев, помните меня? Давайте через пятнадцать минут в «Кулебяке», лады? Вы ведь еще не успели отъехать от теткиного салона?
– Послушайте, Филипп. Мы вполне можем пообщаться по телефону, – раздраженно ответил Звоницкий. – К тому же я не знаю никакой «Кулебяки».
– Ой, да ладно вам! – засмеялся нахальный юноша. – А «Кулебяку» просто погуглите, и все дела. До встречи. – И Ковалев-младший оборвал связь.
Глеб посидел пару минут, пытаясь справиться с возмущением. Каков нахал этот Фил! Ни малейшего сомнения, что Звоницкий, который в два раза его старше, прибежит на встречу как миленький. Почему Филипп так уверен, что он придет? Может быть, юноша действительно знает что-то такое, ради чего стоит поторопиться?
Глеб Аркадьевич последовал совету юного нахала – достал телефон и погуглил. «Кулебяка» оказалась ресторанчиком неподалеку. Интересно, откуда Филу известно, где в данный момент он находится…
Ответ на этот вопрос Глеб получил почти сразу. Он спустился по ступенькам в полутемное помещение, расписанное под хохлому – красным и золотым, и обнаружил Филиппа мирно сидящим за столом, на который официант в малиновой рубахе с пояском уже выставлял какие-то блюда. Юный наглец радушно махнул рукой:
– Присоединяйтесь, Глеб Аркадьевич!
Звоницкий уселся за низкий стол под насмешливым взглядом Фила.
– Кулебяки здесь просто волшебные! И солянка выше всяческих похвал. Закажите, не пожалеете! – посоветовал юноша.
– Благодарю, я не голоден, – поморщился Глеб. Развязные манеры юноши действовали ему на нервы. – О чем вы хотели со мной поговорить, Филипп Альгидасович?
– О-о, вы запомнили мое безумное отчество! Потрясающе!
– Ничего безумного в вашем отчестве я не вижу, – сухо отозвался Глеб. – Кстати, у меня мало времени. Так что вам нужно?
– Это я вас хотел спросить! – Фил внезапно сделался серьезным, как будто клоун решил изобразить председателя совета директоров. Не очень убедительно… – Моя сестра бьется в истерике после вашего визита. А ведь она крепкая тетка! Что вы такое ей сказали?
– Ничего особенного. Вы что же, защищаете от меня Гертруду Александровну? Уверяю вас, вашей сестре ничего не грозит.
Филипп смерил Звоницкого взглядом и вернулся к прежнему насмешливому тону:
– Пожалуй, вот тут вы правы. Чтобы причинить вред кому-то из нашей семейки, нужен кто-нибудь покруче ветеринара… Кстати, вы уже видели кота? Ну, наследничка? Как он поживает? Признаться, скучаю по скотине…
Звоницкий разглядывал юношу. Сегодня Фил был одет в белые джинсы и легкий пиджак, черные волосы спадали на плечи, и улыбка очаровательного проказника необыкновенно шла молодому человек. Младший из Ковалевых явно привык использовать свое обаяние как инструмент для достижения своих целей. Считает себя умником, а остальных – недалекими примитивными личностями…
– Скажите, Филипп, вас очень расстроило известие о том, что наследство баронессы не достанется вашей семье?
– А вы поставьте себя на наше место, – фыркнул Ковалев. – Вы бы очень расстроились, лишившись двадцати «лимонов» баксами из-за какого-то кота?
Звоницкий вежливо промолчал, а Фил, тяжело вздохнув, продолжил:
– Да, скрывать не буду – для нашей семейки это был удар. Мы как-то, знаете ли, привыкли рассчитывать на то, что когда-нибудь получим эти денежки. Конечно, мы не торопили на тот свет добрейшую тетю Лиду. Но точно знали, что после ее смерти будем богаты. И надо же было ей отбросить коньки раньше старшей сестры!
Глеб Аркадьевич разглядывал Филиппа, который возил вилкой по тарелке. Внезапно Ковалев поднял взгляд, искрящийся весельем, и тихо проговорил:
– Не надо смотреть на меня так, будто я насекомое под лупой. Я ведь знаю, что вы сейчас думаете.
– Сомневаюсь, – мрачно усмехнулся Глеб.
– А вот и нет! Проверим? – азартно воскликнул Фил. – Вы думаете: «Какой негодяй! Старая тетка вырастила его, а он так пренебрежительно отзывается о ней – «коньки отбросила»! Никакого почтения к старости, никакого уважения к смерти! Да он просто клоун, этот парень!» Ну как, верно?
Звоницкий молча кивнул. Надо сказать, ход его мыслей был примерно таким. Но главной мысли Филипп Ковалев не уловил. Звоницкий думал о том, что парень и вправду клоун и что ему не хватает внимания. Ничего этот юный негодяй не знает, никакой важной информацией поделиться не способен. Просто любит устраивать представления и шокировать почтеннейшую публику. А поскольку собственная семейка давно уже устала от выходок «милого ребенка», Филя нашел себе свежее развлечение в лице Глеба Звоницкого….
– Мне пора. – Глеб попытался встать, но Фил внезапно схватил его за руку. Тощий юноша оказался неожиданно сильным. Глеб бросил многозначительный взгляд на свою руку – и пальцы Фила разжались.
– Извините, – на мгновение смутился юный негодяй и вдруг воскликнул: – Стойте, я хочу сказать вам нечто важное!
Глеб снова сел и сложил руки, сплетя пальцы.
– Я любил тетку, – не глядя на него, заговорил Филипп. – Я за ней ухаживал, пока сестра не наняла сиделку, вставал по ночам, чтобы дать лекарство. Конечно, я знал, что она скоро умрет – все-таки ей было сто лет… но меня действительно расстроила ее смерть. – Он немного помолчал, потом через силу выдавил: – Мне меньше всех в нашей семье было нужно это проклятое наследство. Просто хочу, чтобы вы знали…
Звоницкий подождал, не скажет ли Фил что-нибудь важное, но молодой человек молчал. Тогда он встал и покинул ресторан, оставив Филиппа сидеть перед тарелками с едой, к которой он даже не притронулся.
Что ж, люди такого сорта были Глебу хорошо знакомы. Гордый неудачник – вот кто он, и, кажется, искренне любит свою семейку. А весь этот цинизм – просто юношеская бравада. Так ежик ощетинивается всеми колючками, чтобы защитить ранимое нежное брюшко…
Пора было возвращаться в клинику. Стоя в пробке, Звоницкий набрал номер Пестрякова.
– Саша? Здравствуй. Знаю, ты человек занятой. Не буду отнимать у тебя время, просто скажи в двух словах: есть что-то новое по делу Старикова?
Александру нечем было порадовать Глеба. Он рассказал, что следствие изъяло записи с мобильных телефонов у всех присутствовавших на юбилее и сейчас занимается обработкой видео. Мобильный Старикова по-прежнему не найден.
– Глеб Аркадьевич, когда будет что-то дельное, я вам сообщу, – пообещал Пестряков.
В клинике Звоницкого ждал неприятный сюрприз – в приемной между двух старушек с котами сидела, закинув ногу на ногу, Арина Старикова, вся в белом. Увидев Глеба, девушка ослепительно улыбнулась и поднялась ему навстречу:
