ты взяла фамилию матери.
Кристина напряглась и сжала кулаки.
– Быков Александр Анатольевич – это ведь твой отец? Я прав?
– Допустим. – сквозь зубы нервно процедила Кристина. Воспоминание об отце заставило ее нервничать.
В допросную, пыхтя, как паровоз, медленно вбежал Ермолаев и передал Аланову папку с распечатанными документами. Уловив на себе взгляд Кристины, полный отвращения, следователь тут же удалился. Аланов же вытащил документы и бросил их на стол перед задержанной.
– Это копии записей, которые Громадзе вел, будучи простым младшим инспектором, более двадцати лет назад. – Аланов закатал рукава рубашки, расстегнул две верхние пуговицы и немного ослабил галстук. – В них есть несколько упоминаний о Быкове, то есть твоем отце. Пятнадцать лет назад он выезжал на ваш адрес по полученной анонимной заявке о бытовом насилии. К слову дом, где вы проживали ранее находился в Серодольском микрорайоне. Это была территория, которую обслуживал Громадзе.
Аланов взял листок и принялся читать:
– В отчете сказано следующее: «Сигнал не подтвердился. Произведен осмотр жилищных условий, а с родителем Быковым проведена профилактическая беседа». Громадзе ничего не предпринял и поэтому ты, с самого детства, затаила на него обиду.
– Месть. – коротко заключил Артем, посмотрев на Кристину. – Вот единственный мотив, из-за которого ты убила Громадзе. Всех остальных ты убила, руководствуясь ложным чувством справедливости. Согласен. То, что делали все те люди, которых ты "казнила", – Артем изобразил кавычки. – Выбивается за рамки морали и человечности. Однако ты не господь-бог. Ты всего лишь психопатка, наделившая сама себя правом отправления правосудия.
Аланов заметил, что Кристина заметно напряглась, сжав кулаки до белых костяшек. Артем тем временем продолжил:
– Тригером, подтолкнувшим тебя к совершению «возмездия», послужила временная работа внештатным психологом в ювенальной инспекции. Об этом мне рассказала наша общая знакомая – Маргарита Никитина, твоя однокурсница. Её то ты и подменяла на время ее отсутствия по болезни. Если помнишь, она лечилась от рака. Так вот, ни в каких документах конечно же твоей фамилии не фигурировало, а приемы ты проводила вне стен управления, у себя в кабинете. В лицо тебя никто не видел, даже Ералин. Тем не менее база данных, в которой я работал последним вечером, хранила в себе информация по всем временным пользователям. В небольшом списке, оставшемся на кэш-памяти, я и увидел твою фамилию. Оттуда ты собственно и получила всю необходимую информацию по жертвам. Информацию по последнему убитому ты получила, устроившись в управление уборщицей с испытательным сроком. Услышав о предстоящем допросе Вербаевой, ты испугалась, что она тебя опознает и поэтому, сославшись на плохое самочувствие, спешно уехала домой. И правильно сделала. Вчера, прежде чем поехать в особняк, я встретился с Вербаевой и показал ей твою фотографию. Она опознала тебя, хоть и сказала, что цвет волос и глаз были другими.
– Один момент. – сказал Марат и вышел из кабинета.
Вернулся он с двумя прозрачными пакетами, которые снова кинул на стол перед Кристиной.
– Что это? – поморщившись, спросила Кристина.
– Последние два года ты жила в том самом особняке, хоть и была официально прописана по другому адресу, которую ты неофициально сдавала приезжим мигрантам. В особняке же ты проводила большую часть времени, планируя и готовясь к предстоящему убийству. Там же следователи, при обыске, нашли контактные линзы, парики и вот это.
Из одного и пакетов Артем достал бело-серую накладную бороду.
– Уверен, что наши спецы найдут соответствие с тем клочком, который мы обнаружили на месте убийства сестры Артёма. Кира впустила Вас в дом, поскольку Вы были переодеты в костюм Деда Мороза. Идеальное прикрытие на Новогодний праздник. Я так понимаю, что о костюме убийцы маленький Майкл Вам сообщал, но Вы, разумеется, умолчали об этом, выдав поверхностный отчет о проведенной беседе с несовершеннолетним.
Кристина продолжала демонстрировать улыбчивый оскал, показывая всем своим видом своё хладнокровие.
– Люди, проживающие в частных домах, без центрального газового отопления, сами того не замечая, пропитываются запахом горючих материалов, сжигаемых в печах в очень большом количестве, чтобы поддерживать нормальную температуру во всех помещениях. – Артем прочистил горло, а затем продолжил: – Такой же специфический запах исходил и от тебя, в особенности от волос и одежды. В особняке, на втором этаже я нашел единственную пригодную для проживания комнату, где установлена металлическая буржуйка. Там же стояла кровать, под которой я нашёл вот эту блестяшку.
Артем продемонстрировал находку и подошел с ней к Кристине. Потянув за золотую цепочку на ее шее, он вытащил кулон с разноцветными камнями. Одного не хватало и на его место, Артем приложил тот, что нашел под кроватью. Кристина скривила лицо, дёрнула головой, а затем, усмехнувшись, буркнула:
– Легавые… хех. Хотите сказать прижали?
– Вы удивительно проницательны, – скрестив руки на груди, ответил Аланов.
– Ладно! – Кристина побарабанила пальцами по столу. – Ваша взяла. Давайте побульоним. Спрашивайте и, даю слово, отвечу на любые ваши вопросы. Только дайте закурить, а то уши уже в трубочку сворачиваются.
Артем, посмотрел на Марата и, получив одобрение, достал пачку сигарет и дал прикурить Кристине.
– Даты убийств. – начал расспросы Аланов, наблюдая за тлением сигареты, зажатой в зубах Кристины. – Это какие-то сакральные числа? Почему ты убивала только в определенные дни?
– Отец, – поиграв желваками, ответила Кристина и нахмурилась, – Гори он в аду, очень любил выпить, но, чтобы не казаться самому себе пьяницей или алкашом, спиртное он употреблял лишь по праздникам. Хотя слово «употреблял» нельзя применять к водяре, которую этот ублюдок выжирал за один присест.
Детские воспоминания дались Кристине легко и непринужденно, будто бы она рассказывала о каком-то фильме. Не придавая ничему красок, она поведала о всех тех зверствах, которым подверглась Настя, будучи ребенком. Отцу не нужен был повод, чтобы издеваться над дочерью. Он ставил ее на горох, голыми коленями. Бил по лицу, якобы обучая самообороне. Хлестал ремнем по ногам и ягодицам, для профилактики плохого поведения. Лупил розгами по спине за каждое непослушание, и делал много еще такого, что нормальному человеку не привидится даже в самом страшном сне.
– Как-то так, ребятки. – закончив рассказ, Кристина на сколько смогла развела руки. – Душняк отец нам с Настей устраивал только когда выпивал. А пил он соответственно только по праздникам. Как ты там сказал, следак? Сакральные числа? Возможно так и есть. Хотя, этого красавчика, – Кристина кивнула в сторону Ветрова, – Мне пришлось бы пришить просто так… без повода, без даты…
– Покажите пожалуйста свои руки. – Аланов, несмотря ни на что продолжал придерживался вежливой ноты.
– Хех, на, любуйся.
Усмехнувшись, Кристина раскрыла ладони. Лишь присмотревшись, Аланов и Ветров заметили рубцы и ожоги на кончиках и подушечках её тоненьких
