Еще одна версия смерти Каммлера гласит, что он в начале мая 1945 года в Праге обратился с речью к своим соратникам, в которой освободил их от дальнейшего выполнения своих обязанностей и посоветовал расходиться по домам, после чего ушел в лес, где и застрелился[141]. И, наконец, согласно еще одной версии Каммлер погиб смертью героя СС, с оружием в руках сражаясь с восставшими чехами[142].
Из всего этого следует, что никто не может привести никаких убедительных фактов относительно даты, места, времени или хотя бы обстоятельств смерти Каммлера. То он кончает жизнь самоубийством, принимая яд, то пускает себе пулю в висок, то приказывает адъютанту застрелить его, то погибает в бою, то скрывается в католическом монастыре. То это происходит в Праге, то нет; то Каммлер в окружении людей, то один; то он страдает психическим и умственным расстройством, то находится в здравом уме.
Следовательно, по всей вероятности, Каммлер вообще не умер, а просто исчез. Возникает важный вопрос: куда же он скрылся?
В. Нелепая смерть генерала Джорджа С. Паттона
Пока обергруппенфюрер Каммлер был занят тем, что умирал четырежды в разных местах при различных обстоятельствах, другой генерал с точностью хирурга стремительно вел свои войска в нервный центр империи черных проектов Каммлера: это был генерал Джордж С. Паттон. Его армия была на острие американского копья, которое, к большому удивлению нацистов, русских и даже командующих частями союзников, свернуло с победоносного направления на Берлин, чтобы осуществить весьма шорную в военном отношении операцию по захвату так называемой «национальной цитадели».
Весной 1945 года эта «цитадель» была раздута в главную военную проблему верховного командования союзников, «несмотря на данные английской и американской военных разведок, свидетельствующие об обратном»[143]. Агостон прослеживает рождение «темы цитадели» в послевоенной «легенде союзников» к Управлению стратегических служб. Согласно Агостону, УСС не трудилось проверять достоверность источников информации и правдивость сведений о «цитадели»[144]. Окончательное решение отказаться от наступления на Берлин и сосредоточить основные усилия на юге, в Тюрингии, было принято Эйзенхауэром 11 апреля 1945 года[145].
Дата принятия решения Эйзенхауэром очень важна, потому что это означает, что перенос направления главного удара с Берлина на юго-восточную Германию произошел после предположительного испытания атомной бомбы в Ордруфе 4 марта 1945 года. Следовательно, возможно, что УСС получил чрезвычайно секретную информацию относительно германской атомной программы и задействованных в ней производственных центров, ибо Паттон с безошибочной точностью направил свои войска на эти сверхсекретные комплексы, многие из которых находились под землей и были тщательно замаскированы. Если принять во внимание, какой завесой секретности был окружен «Манхэттенский проект» даже от верховного командования союзников, также весьма правдоподобно, что УСС решило не делиться этой информацией с ним и сочинило сказку о «цитадели», о «спасающихся бегством нацистах» и перемещаемых архивах Третьего рейха, чтобы заставить военных переместить центр тяжести наступления с Берлина на Тюрингию.
Если сообщения УСС о «цитадели» действительно были составной частью психологической операции, которую Управление вело против собственного военного командования с целью перенаправить боевые действия на золотую жилу военных технологий и исследований, тогда один и только один генерал знал всю правду о «цитадели» и о том, что в действительности было обнаружено в Тюрингии, Лльзене и Праге, и этим генералом был Джордж С. Паттон. Паттон, чьи войска вошли на заводы «Шкоды» в Пльзене и захватили подземные заводы и лаборатории в районе «Три угла» в Тюрингии, должен был ознакомиться с совершенно секретными донесениями командиров своих дивизий, занявших эти сверхсекретные комплексы рейха. Таким образом, Паттон должен был обладать полученной из первых рук доскональной информацией о полном перечне самых засекреченных черных программ Третьего рейха.
Как отмечает сам Агостон, похоже, не сознавая важность собственных наблюдений в свете послевоенных событий: «внезапные перемены в планах союзников… позволили по крайней мере в одном сорвать богатый куш. Стремительный бросок американской Третьей армии на восток позволил ей захватить тайную империю раньше русских, в чьей предполагаемой зоне оккупации она находилась»[146]. Главной наградой стали архивы и чертежи, хранившиеся в центральном координационном управлении «мозгового центра» черных программ Каммлера на заводах «Шкоды» в Пльзене. И, следовательно, весьма вероятно, что генералу Паттону было известно по крайней мере в общих чертах многое из того, что содержалось в этой сокровищнице и какое значение это имело для дальнейшего развития секретного оружия. Таким образом, существовала прямая и непосредственная связь между генералом Джорджем С. Паттоном, генералом Гансам Каммлером и малоизвестным масштабным проектом по созданию сверхсекретного оружия, который возглавлял Каммлер[147].
А это, в свою очередь, добавляет уверенности тем, кто считает нелепую гибель генерала Паттона уже после окончания войны вовсе не трагической случайностью. Собственно, обстоятельства смерти Паттона достаточно просты.
9 декабря 1945 года вместе с генерал-майором Гобартом Греем и водителем Паттон совершал инспекционный объезд своих войск Машина, в которой он ехал, резко свернула, уходя от столкновения с тяжелым армейским грузовиком, который двигался навстречу. Внимание водителя на мгновение отвлекло замечание самого Паттона, и он, слишком поздно заметив появившийся впереди грузовик, выкрутил руль, чтобы избежать лобового столкновения.
За исключением генерала Паттона, никто из попавших в аварию не пострадал, все смогли самостоятельно покинуть место происшествия. Чего нельзя сказать о самом Паттоне. Он получил перелом шейных позвонков, и врачи опасались полного паралича. Однако Паттон, которого отправили в военный госпиталь во Франкфурте, быстро пошел на поправку. Выздоровление шло так быстро, что врачи уже собирались переводить его в Бостон. Так продолжалось до 19 декабря, когда ближе к вечеру у него внезапно начались серьезные проблемы с дыханием. В течение 20 декабря Паттона, у которого уже бывали случаи закупорки сосудов, мучили приступы удушья. 21 декабря в 17.50 он скончался во сне[148].
То обстоятельство, что Паттон единственный из попавших в аварию получил серьезные травмы, плюс улучшение его состояния, закончившееся внезапной смертью в военном госпитале, дало пищу различным версиям о заговоре с целью устранения генерала. Согласно одной из них, Паттону было известно о том, что русские расстреливали американских, канадских и английских военнопленных, и он угрожал громогласно заявить об этом и разоблачить союзное командование, пытавшееся замять дело. Эту- версию выдвинул украинский перебежчик, имевший тесные связи с советским КГБ, который заявил, что гибель Паттона не была случайной и за ней стоял КГБ. Вторая версия похожа на первую, однако согласно ей «несчастный случай» и последовавшие «медицинские осложнения» подстроило УСС или какое-то другое американское ведомство.
Если в гипотезе о некоем заговоре, стоящем за нелепой гибелью самого прославленного и известного американского боевого генерала Второй мировой войны, есть доля правды, то объяснение скорее всего следует искать в тех загадочных и запутанных тайнах, которые Паттон вместе со своими разведчиками открыли в Тюрингии и на заводах «Шкоды» в Пльзене. Бегло ознакомившись с оружием второго и третьего поколений, над которыми начали работу ученые Каммлера, специалисты УСС, прибывшие на место, сразу же определили, что все обнаруженные материалы необходимо немедленно засекретить самым строжайшим образом, не в последнюю очередь потому, что их обнародование опровергло бы зарождающуюся «легенду союзников» о превосходстве в ядерных технологиях над нацистской Германией. Паттон же представлял потенциальную угрозу для безопасности этой операции, заключавшейся в том, что работы Каммлера были продолжены в Америке в обстановке строжайшей секретности, превосходящей даже те меры, которыми был окружен «Манхэттенский проект»[149].
Если в версии о том, что нелепая гибель 11атгона не была случайной, есть правда, тогда именно эта гипотеза становится самым вероятным объяснением причин убийства прославленного американского генерала.
Паттон не привык молчать, и нужно было заставить его умолкнуть навеки,
Г. Империя секретного оружия, подчиненная особому командованию СС Каммлера
