удивленно отметил черный цвет стойки бармена. Необычно. Перед ним поставили вино, закуски. И наперебой стали рассказывать… К концу повествования, у него закружилась голова. А удивляться, он просто уже не мог.
— А напоследок, она оживила старую яблоню у колодца, — восторженно заканчивал Морф, — правда на нем листья теперь фиолетовые. А яблоки синие. А потом, она заставила меня сменить простыни и теперь спит. Есть подозрение, что это так на нее антидот подействовал. Я вам тут написал, формулу и описание зелья, для вашего мага, на всякий случай.
— Пойдем, проводишь, — Ян покачал головой и следом за Морфом поднялся наверх. Шпилька бессовестно дрыхла. Тонкая зеленая струйка из пасти капала на подушку. Морф печально вздохнул.
Ян сел на краешек и потряс. Шпилька захлопнула пасть и отвернулась. Угу. Ян наклонился к уху и заорал:
— Подъем!
Шпилька подпрыгнула, и больно ударилась о притолку. Рухнув обратно, подняла иглы и зашипела.
— Домой пора. Все вкусное съедят, — смеясь сказал Ян. Услышав его голос, она успокоилась и сладко зевнула. Укоризненно посмотрела и полезла на колени.
— Ну, нет, радость моя. Сама! Там во дворе тебя Ребус заждался.
Печально вздохнув, Шпилька выпорхнула в окно.
Ян вскочил в седло. Шпилька удобно устроилась спереди, зацепившись хвостом за шею Ребуса и свесив по бокам крылья. Тот даже ухом не повел.
А для надежности еще и передними лапами ухватилась за Яна. Снова сладко зевнула. Под радостные крики они выехали в ворота.
— Смотри, как радостно они с тобой прощаются, чудовище, — захохотал Ян, — Спи уже.
Умный Ребус, взял бодрой иноходью, — скоро они будут дома.
Глава восьмая
В поисках приключений
Кензи глубоко втянула воздух. Морозный. Тут наверху еще было тепло, но от пещеры внизу, прямо таки разило холодом. Она поежилась. Но ведь надо! Или не надо? Громко клацнув зубами, она тряхнула головой и слетела вниз. Надо!
Ее обожаемый Митя, работал над новым сплавом, и она подслушала про эти камни. Нашла пещеру, что было не просто. Осталось найти камни, но… там было холодно! Очень холодно! В утренних лучах солнца, пещера сверкала, потому что везде был лед.
Кензи потопталась на месте, но мотнула головой снова, и решительно шагнула внутрь.
Осторожно принюхиваясь, она двигалась вглубь пещеры, иней сменился снегом, лед был везде, но вроде было пусто… Пусто и темно. В любом случае, пока, кроме эха собственных шагов, она больше ничего не слышала. Холод обжигал лапы, и щипал кожу. Кензи побежала, так будет и быстрее и теплее.
Меус сказал, камни пахнут кровью. Такой запах, в ледяной стерильной, почти, пещере, она почует издалека. Так что скорость передвижения ее не смущала. А вот расстояние… Кензи начала уставать. Как долго она бежит? Хорошо хоть ответвлений не было, пещера шла вглубь почти прямо, то расширяясь, то сужаясь, немого извивалась. Это ее очень устраивало, так как надо будет еще и обратно идти.
Кензи резко остановилась и печально вздохнула, коридор раздваивался. Она снова потянула воздух… Показалось? Или слева появился слабый запах? Выбирать надо в любом случае, она двинулась влево. Запах усиливался, но кроме этого стал отдавать гнилью. Кензи совсем замедлилась, стараясь бесшумно переставлять лапы. За очередным поворотом открылся большой зал. С кучей трупов животных. Мелких и не очень. Запах оглушал, Кензи потрясла головой и попыталась не дышать. Попятилась и уперлась во что-то мягкое… И теплое.
От неожиданности, она рванула вперед, и это ее спасло. Сзади летел скрежет и рев, кого-то большого и расстроенного. Кензи ворвалась в другой просторный зал и взлетела. Приходилось часто махать крыльями, чтобы удержать себя в воздухе, но она все равно медленно спускалась… А вот этого ей совсем не хотелось. Внизу был медведь, огромный, раза в два больше чем тот, и память услужливо подсказывала, чем все закончилось.
Медведь остановился посреди зала и растерянно ловил воздух, запах и ему мешал найти ее сразу. Но тут он задрал голову и зарычал, — хлопать крыльями бесшумно, она не умела. Медведь подпрыгнул и тяжело упал обратно. Недовольно зарычал.
Поддерживать себя в воздухе становилось все сложнее. Кензи облетела комнату, медведь неотрывно следовал за ней. Можно бы дыхнуть огнем, но страх прошлой неудачи сковывал… Кензи судорожно искала варианты. Метнулась в сторону, оказавшись по другую сторону кучи трупов от медведя, тот не стал искать легких путей, и пошел прямо через них. Тогда она полыхнула огнем, и приземлилась. Крылья больше ее не держали.
Мертвые тела, неожиданно легко вспыхнули, скопившиеся от прения газы взорвались прямо под чудовищем. Медведь дико заорал от боли и страха. Купол пещеры потрескался, сверху полетели камни и глыбы льда. Едкий дым лез в глаза и горло. Кензи вжалась в пол, ища выход… Медведь безумствовал, метаясь по комнате и, раскидывая пылающие трупы, его шерсть тоже пылала. Сослепу влетел в стену, и грузно осел, рев резко прекратился. От удара, часть стены отвалилась. За ней открылся коридор. Кензи и дым резко рванули в него.
Коридор поднимался вверх все круче и круче. Кензи задыхалась, поскальзывалась на льду, двигаться приходилось почти ползком. Внезапно, дым резко устремился вверх… Коридор обрывался в шахту. Далеко вверху было светло. Горячий воздух оплавлял лед и вместе с дымом спешил к солнцу. Ей очень захотелось расправить крылья и улететь отсюда, но камни еще не найдены. Кензи посмотрела вниз, в темноту… Потянула носом, — едва заметный запах крови был, и он был внизу. Она вздохнула и полетела туда. Шахта оказалась глубокой, но внизу тоже был свет. Мягкий, холодный. Кензи осторожно приземлилась на дно. По краям были кристаллы, много кристаллов… «Огонь во льду» — пожалуй, самое точное описание, — кристаллы были словно изо льда, а внутри был яркий оранжевый свет. Кензи тронула камень лапой. На ощупь вполне обычный, только холодный. Не лед точно.
Выломав несколько крупных, она задумалась: «А собственно, КАК ей их теперь отсюда тащить!?». Тоскливо посмотрела наверх. Взяла их в лапы и взлетела. Подниматься было очень тяжело. Она надеялась дотянуть до той струи горячего воздуха, но силы оставляли ее быстрее. Плечи немилосердно жгло. Кензи опустила вниз голову и полыхнула, лететь стало легче, воздух нагревался и поднимал ее наверх. Но дышать пламенем все время, она не могла… Частыми рывками она подтянула себя к стене и рухнула на уступ, устало сложив крылья. Сил не осталось. Она сжалась в комок, обняв камни, и закрыла глаза. Надо немного отдохнуть.
* * *
Под дверью скреблись: монотонно, настойчиво… И уже давно. Ирма так и не
