Увы… Шут знал, что это так.
6
Ваэлья пообещала узнать точней, когда корабль Элеи покинет Острова. Она оставила Шута со своей библиотекой, зная, что тот всегда был охоч до книг, и до вечера уехала в город по делам.
Но Шуту, который и на свою собственную жизнь смотрел теперь с тоской, чужие истории более не казались ни волнующими, ни даже просто интересными. Впрочем, он честно попытался занять себя полезным чтением, да только вот строки расплывались перед глазами, а слова были лишены всякого смысла. Какое-то время он упрямо пытался вникнуть в содержание книги, которую уже давно искал и вдруг нашел у наставницы, но вскоре понял, что это совершенно бесполезно. Каждая новая фраза не увязывалась с предыдущей, и ему несколько раз приходилось заново пробегать глазами одни и те же предложения. Осознав всю тщетность этого занятия, Шут со вздохом отложил книгу и, подперев опущенную голову руками, уставился в никуда. Волосы, как обычно, свесились ему на глаза, скрыв от взгляда половину комнаты. Шут бездумно двигал носком ноги, катая туда-сюда позабытый матушкой Керой клубок темной шерсти. После того, как Ваэлья «поработала» с ним, мыслей по-прежнему было мало, и Шута это устраивало. Конечно, он без труда мог бы по новой начать обдумывать все, что так заботило и волновало, но зачем?
Скрипнула створка двери, и Шут, вскинув голову, увидел, как в гостиную вошел рослый парень в скромном темно-зеленом наряде. Модный болотный цвет…
«Слуга Ваэльи», — узнал его Шут. Год назад он уже видел этого работника мельком, но тогда наставница очень быстро отослала парня из дома на все то время, пока занималась со своим новым учеником.
Слуга вежливо, но без особой расторопности поклонился и, подойдя к полкам с книгами, принялся искать что-то, перебирая корешки фолиантов так уверенно, точно они были его собственными. Шут с любопытством разглядывал парня, пытаясь понять, каков этот человек, и почему он позволяет себе подобное. Ваэлья ничего не рассказывала о нем, только порой, беседуя с другими обитателями дома, упоминала имя слуги — Раол…
Парень, судя по всему, никак не мог найти искомое, и Шут не то догадался, не то на ухо кто шепнул…
— Эй, — дружелюбно окликнул он слугу, — тебе не это случайно надо? — и показал ту самую книгу, которую так и не осилил дальше первой страницы.
Раол нахмурился. Разглядев пухлый томик в руке у Шута, он кивнул, но не подошел, а остался стоять у полок. Лицо слуги отразило всю палитру эмоций от разочарования до привычного Шуту небрежения, которое у парня не достало умения скрыть.
Странно. Уж этому человеку господин Патрик при всем желании не успел бы попортить жизнь. Раола, в отличие от старого добряка Пера, ни разу не просили возиться с хворым гостем Ваэльи. А в прошлый раз, только познакомившись с ведуньей, Шут видел молодого слугу всего несколько раз, да и то все больше издали.
Может просто он по природе своей такой хмурый?
Шут встал сам и протянул книгу:
— Возьми. Мне все равно сейчас не нужно, — увесистый томик заметно подрагивал в его вытянутой руке. А Раол стоял, будто примерз. — Ну как хочешь, — Шут пожал плечами и, оставив книгу на столике у кресла, направился к двери. Он не испытывал никакой радости уговаривать этого чудака, да и вообще находиться с ним в одной комнате.
«Ваэлья, похоже, много ему позволяет, — подумал он, покидая гостиную. — Ну, да это не мое дело».
Шут вернулся в свою комнату и, отыскав по углам вчерашние луковицы, принялся отрешенно подбрасывать их. Руки его стали несколько послушней, а траектории полета «шариков» уже не походили на результат нервных конвульсий. Впрочем, до нормального узора было еще так же далеко, как до прыжков через голову и здорового цвета лица.
Но Шут об этом не думал.
«Я могу, — говорил он себе, посылая очередную луковицу в полет. — Я могу».
Эта мысль становилась его молитвой.
«Я могу»
Но, в конце концов, уставшие пальцы не удержали скользкую головку, и та упала, по обыкновению закатившись под кровать. Шут вздохнул и наклонился, чтобы поднять беглянку. Однако в тот момент, когда он протянул руку к луковице, в глазах у него резко потемнело, а цветной половик, сшитый из таких же лоскутов, как одеяло, вдруг крутнувшись, ринулся навстречу. Шут едва сумел удержаться на ногах, вцепившись в край своей постели. Он с досадой помянул демонов и аккуратно сел на пол. Несколько минут пришлось просто хлопать глазами, в ожидании, пока исчезнут из поля зрения острые колючие искры.
— Вот так… — пробормотал Шут, осторожно поднимая голову. Вставать с половика было боязно. Ему очень не хотелось, чтобы фокус с головокружением повторился. С другой стороны — сидеть так посредь комнаты тоже не в ходило в его планы. Упаси боги, явится еще матушка Кера и застанет в таком виде. Начнет причитать на весь дом. И даже этот сыч Раол услышит, что болезный господин Патрик опять изволили всех напугать своей немочью.
Шут не сдержал смешок, представив брезгливое выражение на физиономии молодого слуги. Но смех — смехом, а на самом деле ему вовсе не хотелось напоминать всем о своей слабости. Крякнув, Шут поднялся, стряхнул луковую шкурку, приставшую к ладони, и вдруг замер, настигнутый мыслью, которая должна была прийти ему в голову еще в обед, но отчего-то подзадержалась…
«Зачем оставаться на Островах? — думал он с нарастающей радостью. — Что меня держит здесь?»
Шут озадаченно посмотрел на свое отражение в зеркале, будто ища ответа у того тощего человека с темными синяками вокруг глаз. У этого бледного незнакомца, что насмешливо кривил губы по другую сторону стекла.
«Да… красавчик, — подумал он, показывая язык двойнику, который, разумеется, ответил тем же. — Барышни из Чертога в обморок попадают от восторга, когда увидят своего дорогого господина Патрика… А впрочем, я давно уже им не дорог»
Но и на Островах его в самом деле ничто не держало.
Кроме того, Шут подозревал, что нескоро попадет во дворец к Руальду. Нечего там делать без мальчишки. Да, все обвинения с королевского дурачка сняли, Шут это знал. Но понимал и другое — появление в Золотой все равно повлечет за собой многочисленные допросы, которые, может, и назовут из вежливости как-нибудь иначе, но сути малоприятных бесед это не изменит… А что он скажет? Поведает о неведомых магах, чьи лица были сокрыты масками? Глупо… Кто ему поверит? Всем известно, что такие маги только в детских сказках остались. Да и спросят обязательно, зачем это, мол, они так с вами обошлись, господин Патрик? Чем беглый шут поднапакостил могущественным колдунам?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
