вполне реальный верховный бог пантеона. Одним из членов которого является ваш внук.
После недолгой заминки та кивнула.
— Его «искру» я видела. Но Ратик всегда любил ввязываться в сомнительные авантюры.
Пару мгновений помолчав, поинтересовалась.
— Скажи, как так вышло, что обычный бог из локального пантеона не просто выстоял в борьбе против Домов, но ещё и смог подмять под себя сотни иных миров, получив их мощь?
Я обозначил лёгкое движение плечами, после чего махнул рукой, расслабленно замерев в кресле.
— Сначала ты расскажи мне о своих предках, целях и желаниях. Вопросы ведь были нужны, чтобы понять, союзники мы или враги, верно? Как по мне, самое время узнать, к какому выводу ты пришла?
На момент смертная замерла, рассматривая меня. Потом медленно кивнула.
— Думаю, мы скорее союзники, чем враги. Мой отец мечтал всё исправить. Вернуть эти миры в лоно Великого Древа и восстановить связь. Долгие века только это и держало его на плаву. Заставляло двигаться дальше. А когда он осознал, что осуществить это невозможно, закончилась и его жизнь.
Я невольно подался вперёд, впившись взглядом в её лицо. Раз её отец желал вернуть всё на свои места, значит был либо одним из тех, кто застал мироздание таким, каким оно было раньше, либо оказался потомком кого-то из них.
— Кем он был?
Афея вновь разжала губы в усмешке.
— Когда-то их называли Орденом Равновесия. Разумные, которые следили за соблюдением правил. Кто-то мог бы сказать, что они поддерживали баланс, но на самом деле скорее наблюдали за целостностью Древа, вмешиваясь, если речь заходила об уничтожении или опустошении сотен миров.
Вздохнув, несколько секунд помолчала.
— Отец был одним из них. А когда всё случилось, оказался здесь. Вместе со всеми, кто на тот момент был внутри их пирамиды. Сначала они растерялись, но потом принялись искать выход. Превратившись из наблюдателей, готовых вмешаться при крайней ситуации, в активных участников игры. Что в конце концов изменило их полностью.
Предсказуемо. И вполне логично. Хотя, сейчас меня куда больше тревожил совсем иной вопрос, который я озвучил.
— Насколько они были сильны? Какой мощью располагали? И как далеко простиралась их власть? Где находилась эта самая пирамида?
Теперь по её лицу скользнуло выражение лёгкой печали.
— Их сила в знаниях. Комплексах плетений, которые более никому не известны. Артефактах, что остались со времён единства со Древом. Информации, которой больше ни у кого нет. Что до их пирамиды, она была в нашем скоплении. Собственно, поэтому отец и остался именно в этом мире. Хотел присматривать за бывшими соратниками, опасаясь, что те попытаются установить свой диктат над всеми Домами.
Мало мне было Дома Кали — теперь ещё оказывается, где-то под боком располагалась пирамида с остатками древнего ордена. И кто знает, чем занимались его члены и какие цели преследовали. За столь долгое время всё могло измениться. Старые клятвы, которые они когда-то дали, уже давно потеряли свою актуальность.
— Что именно случилось с твоим отцом? И как ты оказалась в том коконе?
Лицо смертной сразу помрачнело. Она даже зубами чуть скрипнула.
— Он погиб. Был убит на улице, якобы в драке во время ограбления.
Она скривилась в издевательской гримасе.
— Человек, по своей силе не уступающей Великому Мастеру и знающий в десятки раз больше них, погиб от рук пары грабителей. Веришь? Они ещё и выжгли его энергоструктуру, разрушив абсолютно всё — каркас, разум, душу. Прикончили так, чтобы наверняка.
Судя по выражению её лица, сейчас предполагалось продолжение, так что я не стал вклиниваться с уточнениями. И действительно — спустя пару мгновений, женщина заговорила вновь.
— После этого я начала заниматься по разработанной им методике. Рассчитывала стать той, кто сможет отыскать пирамиду и отомстить. Это они убили отца, посчитав его отступником. Как же ещё? Ведь он отказался продолжать их игры и просто ушёл. Выбрал путь самостоятельных изысканий, решив, что сможет найти подходящий вариант самостоятельно. А когда понял, что такого не существует, потерял осторожность.
Теперь прояснялась и ситуация с её заточением в библиотеке. Как минимум, у меня появилось крайне вероятное предположение.
— Считаешь, они же пытались убить тебя здесь, в университете?
Вздохнув, смертная на момент прикрыла глаза — как бы она не изображала из себя железную женщину, состояние княгини всё же оставляло желать лучшего.
— Не сами, естественно. Как обычно действовали чужими руками. Я должна была погрузиться в ментальные тренировки. Ускорить своё развитие и за полсотни лет пройти путь, который потребовал бы пяти веков. А эти гнилые выродки, судя по всему, проникли на территорию университета. Скорее всего завербовали кого-то из персонала. Возможно попросту подменили клоном. И сделали так, что вместо изолирующей оболочки, появилась та тварь, желающая меня сожрать.
Издав негромкий смешок, добавила.
— Только не учли того факта, что техника погружения в ментальную медитацию, может и принадлежит им. Но вот комплекс по которому я тренировалась разработан отцом. И я уже прошла солидную часть обучения. Думаю они здорово удивятся, узнав, что я жива.
В общих чертах ситуация была ясна. Правда в голове крутился ещё один момент, который не давал покоя. Напрямую к обстоятельствам дела он не относился, но всё равно изрядно занимал мой разум.
— А причём тут Кронос?
По губам Афеи скользнула улыбка.
— То обучение, которым я занималась… Оно предполагает в основном работу с ментальными техниками поиска и боя. Так что на каком-то этапе я начала видеть во снах Кроноса. Если честно, всегда думала, что это проделки моего подсознания. Считала оно специально создало фигуру с которой комфортно… проводить время во сне, чтобы помочь мне тренироваться.
Заметив некоторое непонимание, которое отразилось в моих глазах, добавила.
— Подготовка включала в себя ежедневные занятия во время сна, что сильно ускоряло эффект. Вот на это я всё и списывала. Даже жаль, что так вышло. А он ведь просил добраться до Тартара и хотя бы проверить факт его существования. И сделать мне это было проще простого.
С удручённым видом покачала головой, но я прекрасно рассмотрел немой вопрос в её взгляде.
— Кронос уже убрался в другой мир. Не захотел присягать мне на верность.
Женщина печально кивнула.
— Он всегда говорил, что ему плохо даётся выполнение чужих приказов…
У меня имелась ещё масса вопросов — требовалось выяснить очень многое. Но тут произошли сразу два события. Во-первых, я почувствовал Ратибора, который появился на первом этаже родовой башни. А во-вторых, сработал
