находилась в руках Башен, чьи приказы выполнялись беспрекословно. Но при этом их руководство давным давно не выбиралось за пределы четырёх стен. А если и показывало себя миру, то в компании одних и тех же соратников, которые всегда говорили им одни и те же слова. Как несложно догадаться, именно те, которые от них желали услышать.
Полевые структуры оказались максимально оторваны от иерархов — преданностью там и не пахло. Определённый уровень лояльности обеспечивали клятвы. Но те в основном были завязаны на выполнение приказов и инструкций. Если убить того, кто имеет право командовать, то основная масса всех иных попросту разбежится. Никто не станет по собственной воле умирать за далёких и неведомых иерархов, которые даже не представляют, что творится в низовых эшелонах их собственного Дома.
Это радовало. Дом Кали всё больше казался слепым и глухим гигантом, который едва способен двигаться.
Когда беседа уже подходила к концу, вновь заработал артефакт связи и в голове послышался голос Варвы.
— Меркурий, у нас проблемы. Только что из портала вышел ещё один разумный. Он угрожает отрядам Дома Кали и… Как бы тебе сказать… Этот тип тоже называет себя Меркурием.
Глава XII
На пару секунду я впал в состояние ступора. Особенно, когда Варва добавила, что новоприбывший «я» вступил в бой с отрядами Дома Кали.
К моменту, когда я объяснил происходящее эвенкилам и вернулся в зал наблюдения, всё уже было кончено. От доброй сотни воинов Дома Кали остались лишь плавающие в пространстве ошмётки, в стороне от которых парила моя копия.
Выглядел он точно так же, как и я сам, если говорить о божественной оболочке, а не теле Афеева. Разве что черты лица были немного грубее, да глаза порой полыхали золотом. В остальном — идеальное совпадение.
При этом он был намного сильнее. Даже если отталкиваться от текущего уровня развития «искры», я совсем не был уверен, что смог бы справиться с таким количеством противников. Каждый по отдельности, был намного слабее. Но все вместе они представляли собой силу, которая вполне могла меня уничтожить. Не говоря уже об артефактах, которые наверняка имелись у каждого из прибывших сюда вражеских воинов. А вот мой дубль разделал их за считанные секунды и как мне показалось, толком даже не устал.
— Он дрр-р-руг или врр-р-раг?
Звук голоса Сандала прокатился по помещению, а я качнул головой. Потом повернул голову, опустив взгляд на Мьёльнира. Тот сразу же уловил мысленный посыл и соединил меня с наблюдательной системой артефактов, которая мониторила пространство около крепости.
Если сам я, находясь внутри, ничего не чувствовал, то чувствительные артефакторные сенсоры моментально зафиксировали целый набор разнообразных оттенков энергетического фона.
Первое, на что среагировал разум — энергия мёртвых душ. Она была в настолько концентрированном виде, что пробивалась сквозь личный доспех моей копии и проходила через барьеры Крепости Духа. Следующим фактом, который заставил удивиться, оказалась «искра». Мало того, что она так полыхала силой, что её фон опять же, спокойно пронизывал все щиты, так ещё и формат оказался отличным от привычного.
Божественная суть, которой располагали римские боги имела чёткий и структурированный вид. А внутри его божественной оболочки ярко сиял шар сырой первозданной силы. Да такой мощи, что становилось понятно, каким образом тот смог разделаться с отрядами Дома Кали. Собственно, в его случае, для этого не требовались никакие плетения. Хватило бы и удара голой силой.
Мой дубль подплыл ближе к барьерам, приглядываясь к стенами крепости. И неожиданно заговорил. Использовал нечто напоминающее Глас, но силы влил столько, что казалось, завибрировала вся огромная постройка, которая висела в пустоте.
— Я хочу говорить с той, что создана по образу моей сестры Дианы. Богиней, которая смогла захватить эту крепость. Выйди ко мне. Выслушай. Прими решение!
Слова вроде бы звучали относительно безобидно, но что-то в них царапнуло сознание. И только несколько секунд спустя я понял, что именно. Фраза «создана по образу моей сестры». Либо он попросту использовал странную формулировку, либо передо мной был тот самый Меркурий, которого Рассен использовал в качестве оригинала.
Но если так, то выходило, что мы были созданы уже после нашего рождения. То есть оригинальный Меркурий существовал на момент эксперимента Рассена по отделению от Древа. А все мои воспоминания до момента копирования, на самом деле принадлежат ему. Самое страшное — я не понимал, где именно заканчивалась чужая память и начиналась моя собственная.
Сознание на момент захлестнула волна настоящей и первобытной ярости. Вроде той, что испытывали легионеры, когда шли в бой против варваров, вырезавших население пограничного римского города. Не сказать, что она была нацелена на оригинального Меркурия, хотя судя по оттенкам энергии мёртвых душ, ничего хорошего от него ждать не приходилось. Скорее уж на Рассена. Насколько далеко надо было зайти в безумной жажде власти, чтобы вот таким образом наращивать число своих последователей? На фоне подобного, любой правитель, посылающий подданных на смерть ради своих личных желаний, казался образцом порядочности.
Спутники плеснули силой, окружая себя щитами и готовясь к схватке. Что именно вызвало мою вспышку гнева они не поняли, но зато прекрасно её почувствовали. Как и Варва, которая отступила к стене и вжалась в каменную кладку, развернув перед собой барьер. Да и Урген с эвенкилами попятились назад.
Вот оказавшаяся в зале Диана не испугалась. Лишь бросила на меня косой взгляд, после чего вернула внимание на того Меркурия, что парил в пространстве и отображался на артефакторном экране.
— Знаешь, я наверное выйду и поговорю с ним.
Я даже не пытался скрыть вспыхнувшее изумление, а сестра пожала плечами.
— Он тоже Меркурий. Точно так же, как и ты. Только гораздо сильнее. Наверняка и о происходящем ему известно намного больше.
Либо долгое пребывание в Крепости Духа настолько изменило богиню, либо её характер изначально отличался от той Дианы, которая была знакома мне.
— От него несёт энергией мёртвых душ, а «искра» отличается от наших. Это опасно.
Та повернула ко мне голову и в глазах блеснул холодный огонь.
— Запретишь мне? Поступишь точно так же, как и смертные, которые сделали меня своей рабыней?
Искушение отдать приказ было велико. Тем более я мог это сделать — в её разуме стояла моя божественная печать. Но с другой стороны — тогда я получал под боком озлобленную деву, которая являлась богиней и прекрасно знала, как можно обойти любую клятву. Нужно ли мне такое? Пожалуй, нет. Раз её так тянет
