Грусть мешалась со злостью. Николь старалась концентрироваться на злости, потому что так было немного легче.
С рассветом ей стало чуть лучше. Несмотря на приказ Сантаны, Николь решила поехать в офис. Лучше сейчас погрузиться в дела. Приняв душ и приведя себя в порядок, она отправилась на работу. Увидев ее, Молли была крайне удивлена.
– А я думала, что вас сегодня не будет!
– Почему же?
– Люк оставил мне записку. Предупредил, что вас не будет как минимум неделю.
– Неужели? – Николь почувствовала укол раздражения. – Наверное, мы просто друг друга не так поняли. – Она собрала свою почту. – Задержи все звонки на пару часов, хорошо? Мне нужно закончить с бумагами.
– Конечно. – Секретарша улыбнулась в ответ. – Вы сегодня выглядите лучше.
– Вообще-то… да, я сегодня действительно чувствую себя лучше. – Николь неожиданно вспомнила, что ее не тошнило с утра.
Это было такое же сумасшедшее утро, как и обычно. Николь это нравилось. Из-за всяких факсов и писем у нее не было времени думать о чем-то еще.
В десять часов дверь приоткрылась и в кабинет заглянула Молли.
– Люк на проводе. Соединить?
Николь колебалась. Какая-то часть ее хотела сказать «нет»… Но тогда Сантана может подумать, что она от него прячется.
– Да, конечно.
Она сделала невероятное усилие и заставила голос звучать сухо и сдержанно.
– Доброе утро, Люк, чем я могу тебе помочь?
– Мне показалось или я просил тебя взять выходной? – Сантана явно был удивлен.
– Если мне понадобится отпуск, ты узнаешь об этом первым, – ответила Николь спокойно.
– Ну ты и упрямая, – пробормотал Люк. – Как ты себя чувствуешь? Не тошнило, голова не кружилась?
– Все в порядке, я же сказала. – Николь нахмурилась… Что Сантана о себе возомнил? Она не верит в его заботу. – Послушай, мне действительно нужно работать. На другой линии у меня как раз…
– Я собираюсь заказать для нас столик в ресторане. Пожалуйста, освободи время после двенадцати тридцати.
– Я не намерена завтракать с тобой, Люк, – сказала Николь сдержанно.
– Нет, намерена, – ответил мужчина не менее сухо. – Я кое-что решил, и нам нужно это обсудить. Встретимся в фойе в двенадцать тридцать.
В трубке раздались гудки. Николь нахмурилась. Что значит «кое-что решил»? Ему тут нечего решать. Это только ее ребенок. Она попыталась переключить внимание на работу, но в мозгу все еще звучали слова Люка. Что же он все-таки имел в виду? Может, собирается сообщить название какого-нибудь абортария? Николь поджала губы. Хорошо, независимо от того, что Сантана хочет ей сказать, она его выслушает.
В половину первого Николь взяла свою сумочку и, не торопясь, отправилась в фойе. Не плохо будет заставить Люка немного подождать. Надо дать ему понять, что ситуацией управляет она. Но несмотря на всю злость, она не смогла не испытать радости, увидев ожидающего ее Люка.
– Я уже думал, что ты никогда не придешь. – Он обернулся и улыбнулся.
А ведь Сантана и вправду самый сексуальный мужчина, которого она встречала.
«Порше» Люка был припаркован снаружи. Сантана открыл пассажирскую дверцу и проследил за тем, чтобы Николь устроилась поудобнее на кожаном сиденье.
– Кстати, ты сегодня прекрасно выглядишь. – Люк бросил на нее взгляд, когда они остановились на светофоре.
– Спасибо. – Николь старалась держать себя в руках, чтобы не попасть под очарование бывшего любовника. Когда нужно, тот мог быть чертовски обаятельным.
– Как спалось сегодня?
– Люк, давай ты не будешь прикидываться, что тебе не все равно. Меня это раздражает, – отрезала женщина, отводя глаза в сторону.
– Я спрашиваю, потому что беспокоюсь за твое здоровье… и здоровье малыша, – мягко добавил Сантана.
Николь бросила на него хмурый взгляд.
– Послушай, я понимаю, что вчера наломал дров…
Было что-то в его голосе… что-то, отчего Николь почувствовала себя совсем беззащитной. Но она знала, что, скорее всего, Сантана просто пытается заморочить ей голову и заставить согласиться с любым его решением.
– Слушай, давай просто забудем об этом, – нервно отмахнулась она. – Я знаю, что ты не доверяешь женщинам. Я не исключение.
Люк нахмурился. Казалось, он о чем-то задумался. Затем улыбнулся.
– Что ж, наверное, пришло время нам обоим поумерить пыл, – наконец сказал Люк. – Думать сейчас нужно не только о себе. Речь идет о ребенке. – Он заметил настороженность в глазах бывшей любовницы. – Ладно, пойдем перекусим что-нибудь.
Николь внезапно поняла, что кивает в ответ. Хорошо, она вполне может снизить планку. Но не сильно. Ей прекрасно известно, какой умиротворяющий эффект производит на нее этот человек.
Их столик располагался в тени навеса посреди оранжереи. Музыканты играли сальсу, несколько пар уже танцевали. Взору Николь открывался прекрасный вид на белый песок пляжа.
Люк подозвал официанта.
– Минеральной воды.
Официант принес заказ и ушел.
– Здесь красиво. – Николь попыталась расслабиться.
– Да… – Сантана откинулся на спинку стула. Его взгляд задумчиво блуждал по Николь.
– И музыка хорошая. – Она старалась не замечать этого взгляда и сконцентрировать внимание на играющей группе.
– Такая же, как в тот раз, когда я впервые пригласил тебя на свидание, – неожиданно произнес Люк. – Помнишь?
– Конечно. – Никки улыбнулась. – Мы поужинали, а потом ты утащил меня в соседний клуб… И мы танцевали кубинскую сальсу весь вечер…
– При том, что мы не умеем танцевать, у нас получилось очень даже неплохо.
Николь засмеялась. На секунду перед ее глазами возникла картинка их первого свидания. Как они тогда смеялись, а в конце Люк обнял ее и поцеловал. Толпа словно исчезла в тот момент, не осталось ничего, кроме сильного тела Люка, его прикосновений. Щеки Николь покраснели.
– Кстати, ты часом не смотрел тот контракт, о котором я упоминала вчера?
– Ни слова о работе, – сухо прервал ее Сантана. – Есть более важные темы для разговора.
– Что-то важнее бизнеса? – Николь не могла удержаться от сарказма. – С каких пор, Люк?
– Что ж, пожалуй… в последнее время мои приоритеты несколько изменились. Как и твои.
– Ой, прости! – вскипела женщина. – Я ни в коем случае не хотела вмешиваться в твою размеренную и спокойную жизнь…
– Нет, ты просто предпочла молча сбежать.
Николь бросила на Сантану сердитый взгляд.
Сердце едва не выскакивало из груди.
Официант вернулся за заказами. Николь еще раз взглянула на меню и поморщилась. Все, чего она сейчас хотела, – поскорее уйти.
Люк же, напротив, расслабленно болтал с официантом. Слишком расслабленно, подумала про себя женщина. Осознание этого заставило ее почувствовать себя не в своей тарелке. Обычно такое его поведение означало, что в запасе у него есть какой-то план. Николь взяла бокал и сделала глоток. О чем, собственно, ей волноваться? Это она у руля ситуации. Это только ее ребенок.
