- Ты не мог, - проговорила Джейн с внезапным всплеском доверия. Он был слишком собственником, чтобы спать со служанкой, если бы его ждала невеста.
Проблеск надежды промелькнул на его лице.
- Я упомянул об этом лишь как о вероятности, а не как о реальности. Я никогда не захочу кого-либо настолько, насколько я хочу тебя прямо сейчас.
Николай навис над ней уже через секунду, его рот был прямо над ее. Он взволнованно дышал, его руки опустились рядом с ее грудями, его член оказался между ее ног.
Наконец. Прикосновения, которые она так ждала. Он был ее, ее и только ее. Она могла поверить и в меньшее.
- Может, ты и не знаешь себя, но думаю, я тебя знаю, - сказала она. - Поверь мне, тебя не ждет женщина.
Джейн не упрямилась и не закрывала глаза на ситуацию. Даже если отодвинуть в сторону его собственническую натуру и тот факт, что его женщина получила бы все его внимание, оставалось то, что он был вампиром, а вампиры был однолюбами. Они физически не могли изменить. Исследования доказывали это. Так что есть память или нет, Николай не среагировал бы на Джейн, если бы его сердце принадлежало другой.
- Возможно, я ужасный человек, поскольку не забочусь о близких, - сказал он. - Но я не могу противостоять тебе. Я не сопротивляюсь тебе. Не отвергай меня, Джейн. Я должен попробовать тебя, всю тебя. Пожалуйста.
Он не стал дожидаться ее ответа и одолел оставшуюся часть пути вниз.
- Николай, - она хотела сказать ему, что тоже не могла устоять перед ним, что никогда не отвергнет его, что он не был ужасным человеком, но ее слова были потеряны в пылком поцелуе, когда их губы слились.
Его язык протиснулся мимо ее зубов и стал ласкать ее язык. Жарко, как жарко.
У него был вкус мяты и... конфеты. М-м-м. Да, конфеты. Сахарно-сладкий аромат всего, что ей хотелось вкусить.
Не удержавшись, она скользнула пальцами в его волосы.
- Да. Пожалуйста. Пожалуйста, - сказала она, умоляя его.
Ее ногти впились в его голову, притягивая к себе. Джейн нужно было большего, еще больше, а все остальное уже было забыто. Ее колени сжали его талию, и она стала двигать бедрами. Голодный вздох радостно вырвался из нее. Боже! Ощущение его эрекции было умопомрачительным, сокрушительным, жизненно необходимым, и это было лучшее, что она когда-либо знала. И поэтому она была столь чертовски влажной и готовой. Так что она делала это снова, покачивала бедрами и задыхалась.
Зарычав в знак одобрения, Николай протиснул язык еще глубже. Их зубы клацнули друг о друга.
Головокружительное трение было желанным, но мучительным – ей нужно было уже большее. Тогда он склонил голову сильнее, еще больше углубляя их касания, она почувствовала прикосновение его клыков. Вот, это было необходимо. Чистая, неразбавленная необходимость. Джейн хотела быть укушенной, снова и снова, и снова. Чтобы быть для него всем. Любовницей, питанием, дыханием.
Ее кровь невыносимо нагрелась, ее живот дрожал. Все дольше длился поцелуй, пока у них не осталось больше кислорода в легких. Пока Николай не стал ее единственным спасательным кругом.
- Пожалуйста, - прохрипела она. - Сделай это.
- Боги, Джейн. Ты... ты, как огонь. Я хочу быть сожжен тобой.
- Да.
Он облизал пульсирующую вену у основания шеи. Собирался ли он в этот раз укусить ее? Нет, он продолжил лавировать по пульсу ее вен, посасывая его, а в это время его руки обхватили ее грудь и начали поглаживать. Он ущипнул пульсирующий сосок, и острие потрясающего ощущения пронзило все ее тело.
Рай и ад, такое сладостное предложение... она настолько близко была к падению в эту пропасть. Но когда она сделает этот шаг, если она его сделает – пожалуйста, позвольте - куда она попадет? На небеса или в огненную яму?
Был лишь один способ узнать это...
- Николай?
- Да, мое сердце.
Сердце. Его сердце, возлюбленная.
- Укуси меня.
- Джейн, - стон. - Ты соблазняешь меня. Я не должен.
Не должен, потому что он все еще думал, что ей необходимо исцелиться? Или потому что частично он все еще верил, что его ждала другая женщина? Если случилось невозможное, и он... Почему невозможное? Она хотела бы знать это. Джейн ведь была здесь, не так ли? Так что не было ничего невозможного.
Осознание этого посеяло в ней первые сомнения. Джейн презирала обманщиков, но она также ненавидела и истории, в которых двух людей заставляли оставаться вместе не из-за любви, а из чувства долга. Николай не был влюблен. И если у него была женщина, то почему она его не искала? Не спасла его? Такого не может быть, снова подумала Джейн. Нет, подружка этого парня не отпустила бы его просто так. Так что Джейн все еще могла заполучить его.
Но она не хотела, чтобы он обижался на нее. Или же чувствовал давление. Или сожаление от сделанного ими.
- Все в порядке. Мы можем и не...
- Мы будем. Я лишь не хочу поранить тебя.
Облегчение. Такое огромное облегчение, просто мерцающий экстаз в пределах досягаемости.
- Ты никогда не причинишь мне боль. Николай, пожалуйста. Сделай это.
- Да, да, пожалуйста. Я буду умолять, если придется. Но мне нужно большее... - Его клыки вернулись к ее шее и задели ее пылающую кожу. - Я умру, если не почувствую твой вкус.
- Сделай это, - выдохнула она и застыла, мысленно приготовившись к нападению. Удовольствие или боль – она не была уверена. Все, что она знала, это то, что нуждалась в этом.
Николай медленно вдохнул.
- Ты уверена? Я не голоден. Я могу остановиться.
- Не останавливайся. Прошу, не останавливайся. Я лишь боюсь неизвестности.
До-о-о-олгое облизывание.
- Не бойся, маленькая Джейн. Я буду осторожен с тобой. Я буду держать себя в руках.
Затем с мучительной медлительностью он вонзил клыки в ее шею, начал посасывать и глотать ее кровь.
Она не раз испытывала боль, но удовольствие, ох, боже, удовольствие... точно такое же, как она представляла себе в самых эротичных снах. Недостающий кусок головоломки в ее жизни.
Обжигание рта, посасывание его языка – все это вызывало бурные реакции в ее теле. Джейн обхватила его спину, вцепилась ему в волосы, наслаждаясь блаженством, которое не могло быть возможным. Вскоре она извивалась и билась под ним, пытаясь кончить.
Николай мурлыкал, его дыхание было теплым. Потом нечто горячее, чудесно горячее вошло в ее душу. И хорошо, что раньше она не испытывала такого удовольствия. Это удовольствие было всем. Удовольствием в чистом виде. Сила, жар, энергия. Она чувствовала их в себе.
Ее колотило от неуловимого удовлетворения, все еще колебавшегося так близко. Джейн прижималась к его эрекции снова и снова, вздрагивая от ощущений, пробегающих по ней каждый раз, когда он глотал. Боже. Она могла бы подняться с ним до пика горы. Могла бы съесть его, по одному аппетитному кусочку за раз. Могла бы остаться в его руках навсегда.
